Chapter 2 "...When night falls on me"
Ludovico Einaudi – Nivole Bianche
«...Как бы хорошо было, если бы каким-нибудь волшебством или чудом совершенно забыть всё, что было, что прожилось в последние годы, всё забыть, освежить голову и опять начать с новыми силами»
Ф.М.Достоевский
После моего неуверенного стука, тяжелая дубовая дверь настежь распахивается, открывая моему взору просторную, со вкусом обставленную комнату. Минимум мебели, множество книг, льняные занавески, покачивающиеся от небольшого ветра, всё это наводит на мысль о доме, который до сих пор выжжен на сетчатке глаза, выгравирован в памяти, и заперт на дно стеклянного ящика.
Не за этим я сюда пришла, чтобы бередить старые раны. Хотелось, чтобы боль отступила, схлынула, спрятала оголённые проводки, которые столько лет не давали мне спокойствия.
Я как-то научилась жить с этой отравой, день за днём разъедающей мой мозг, я научилась прятаться за ширму, возведенную из собственных иллюзий, установок, дающих хоть какой-то смысл жить дальше.
Как бы я не старалась, стальные цепи, в которые заковалась после смерти отца, спадали, и я не знала куда деться, от подступающего отчаяния.
- Мисс Кэмпбэлл?
Невысокая полноватая женщина средних лет, с идеально уложенными волосами, кивает на кресло напротив. Помявшись, я минуту разглядываю кресло, прежде чем опуститься в него.
Тёмные глаза испытующе рассматривали меня. В очередной раз задаюсь вопросом: «А нужно ли мне всё это?»
- Правда, что всё сказанное мной здесь, никогда не покинет этой комнаты? – нерешительно начинаю я, стиснув рукав своего пиджака. Доктор Харрис, мой новый психотерапевт, медленно кивает мне в ответ.
- Конечно. Это называется врачебная тайна.
Хоть это и был мой третий по счету психотерапевт, но с каждым новым посещением мне становилось всё труднее изливать свою душу. А есть ли она? Изорванная и искалёченная, так старательно зашиваемая мной целых три года, мало походила на душу. Обычный сгусток штопанной-перештопанной материи.
- Что вы хотите вынести с моих сеансов, Джослин?
Я не успеваю ответить, как виски сдавливает тисками. Тупая, ноющая боль электрошоком засела в мозгу, распространяя по всему телу свои маленькие лучи.
Скрючившись, я сваливаюсь с дивана, задыхаясь от накатившей очередной волны. В сознании отчетливо проносится крепкая мужская рука, со всей немалой силой бьющая пощечину. Как тогда, ощущаю лицом ворс ковра, щекочущий мне нос.
Те же мужские руки, хватают меня за шиворот, и ставят на ноги. Картинка становится размытой, исчезая за пеленой слёз, вызванной жгучей боли в животе. Мой мучитель не заставляет себя долго ждать, со всего размаха пиная меня в живот.
Ты будешь послушной девочкой, Джослин?
Хриплый шёпот, касающийся мочки уха, заставляет гулять по телу стадо мурашек. Мне самой было противно от липких чужих пальцев, с видимым наслаждением, гладящим меня по спине.
Докажи, что тебе жаль. Удиви меня.
***
Резко просыпаюсь, и вскакиваю с постели. Последняя фраза эхом отдавалась в голове, кладя очередной кирпич в моё и так отягощенное сердце. Снова.
После этого я начала жалеть о своих похождениях к мозгоправу. Стало в разы хуже. Слишком много мыслей. Слишком много кошмаров.
Откидываюсь обратно на кровать, и закусываю уголок подушки, пытаясь подавить рвущийся наружу стон.
Нельзя плакать. Он этого не стоит.
Комнату едва освещал солнечный свет, пробивавшийся сквозь неприкрытые до конца занавески.
Кинув прояснившийся взгляд на часы, решительно поднимаюсь с кровати. Сегодня первый рабочий день, будет не очень хорошо, если я опоздаю.
Марго уже упорхнула на работу, оставив на столе чашку кофе, и предусмотрительно поджаренные с утра тосты. Даже записку нацарапала.
Удачи на новом рабочем месте. М.У.
Губы сами собой складываются в подобие улыбки. Уильямс нисколько не изменилась.
Наскоро уничтожив приготовленный с заботой завтрак, и быстро собравшись, я направилась в Бартс.
Небольшая квартирка, в которой жила Маргарет, находилась на Эбби-роуд - улице, являющейся местом паломничества для фанатов "Битлз". Фактически у того самого перекрёстка, где "ливерпульская чётверка" сфотографировалась на обложку своего последнего совместного альбома. Местечко довольно красивое.
В толпе изредка мелькают обеспокоенные, донельзя тревожные лица людей, занятых своими житейскими проблемами настолько, что они забывают, что они в толпе, сталкиваясь плечами с такими же занятыми своими делами людьми, как ни в чём не бывало идут дальше, не обращая внимания на возмущенные крики.
Раньше я особо не задумывалась, что тревожит таких людей, но я теперь я уподобилась им, чего раньше до жути боялась. Но если быть до конца честной, мне всегда было плевать на их чувства, также как и им было плевать на мои. Все люди по своей сути эгоисты, они плюют на чужие проблемы, пока они не коснутся их.
- Осторожно! – рявкнул голос слева, и я резко останавливаюсь перед тротуаром.
Погрузившись в свои мысли, я не заметила велосипедиста. Очередной торопившийся прохожий.
Объехав меня, молодой парень, буравивший меня недовольным взглядом, крикнул что-то, на что я не заостряла внимания. Наверняка сочёл меня за психопатку.
Наконец-то метро. Облегчённо вздохнув, протискиваюсь в узкую дверь.
Весь путь до госпиталя как будто выпал из реальности, овеянный утренней дымкой. Вскрывшийся кошмар не дал мне выспаться, поэтому мерное покачивание вагона погружало меня в сон.
Я не испытывала волнения, как обычно его испытывают при новом витке своей жизни. Это становилось довольно привычным, новое место, значит новая работа. Хотя, с деньгами у меня никогда не было проблем, но сейчас... Я не хотела, ни от кого зависеть.
Новая жизнь. Чистый лист, который нужно исписать, но уже так, как хочется самой.
Вагон резко дернулся, и остановился. Приехали. Моя остановка.
Телефон в кармане тренькнул, оповещая о пришедшей смс. Сообщение от Марго.
Второй этаж, левая дверь. Молли уже ждет тебя.
Кивнув, убираю телефон обратно в карман. Глаза натыкаются на выросшее впереди гигантское здание.
Вот он, Бартс.
Перед глазами промелькнула картина, назойливо выплывшая из воспоминаний. Когда-то я проходила практику здесь. Как будто это было вчера – здесь втихаря я ставила опыты, списывала лабораторные у сокурсников, и перебрасывалась с ними тетрадями. Один случай, когда мы чуть не взорвали лабораторию, чего стоил.
Улыбаюсь, вспоминая это недоразумение. Хорошо, хоть не все воспоминания, связанные с таким близким, и таким далёким прошлым, прогнили до конца, уничтоженные человеческим ядом.
Есть еще такие вещи, которые греют сердце.
Быстро миновав вход, я,почти бегом преодолев лестницу, сходу выверяя нужную дверь.
Молодая девушка, с длинным хвостом, одетая в медицинский халат, увлечённо переставляющая пробирки, отрывается от своего занятия. Переступив порог кабинета, я оказываюсь в довольно холодной комнате, довольно сильно отличавшейся от остального госпиталя.
А что ты хотела, Джо? Морг есть морг.
- Привет, ты Джослин? – девушка первая идёт навстречу, и улыбается мне. Стянув перчатку, протягивает руку для рукопожатия. – Я Молли Хупер, с сегодняшнего дня ты будешь работать вместе со мной. Марго мне уже всё рассказала о тебе.
- Надеюсь, что только хорошее? – улыбаюсь в ответ, отвечая на рукопожатие. Девушка была довольно мила и приветлива. Марго вообще охарактеризовала её, как серую мышку, но хорошего специалиста в своей области. А она, по моей памяти, никогда не ошибается.
- Конечно, - от моего внимания не ускользнула секундная заминка в её голосе. – Проходи, располагайся.
Снимаю с плеча сумку, кладу её на стул. Всё вроде, так как я и хотела. Тишина и спокойствие. Мёртвые никому не причиняют зла.
Натянув висящий в шкафу халат, и лежащие рядом бахилы, критично осматриваю себя в зеркало. Да уж, следы недосыпания налицо. И косметика тут не поможет.
Вздохнув, возвращаюсь к холодильнику. Молли, взяв в руки большой медный таз, ставит его на стол. Кинув на меня быстрый взгляд, она снова улыбается.
- О, хорошо, что ты уже готова. Поможешь мне со вскрытием? Можешь почистить инструменты, пока я готовлю труп? Совершенно нет времени, ничего не успеваю, - Хупер со скоростью молнии исчезает в соседней комнате. Да, девушка определённо в своей стихии.
Направляюсь к столику с инструментами, намереваясь выполнить просьбу. Я другого и не ждала, соглашаясь на эту работу. Мне было всё равно.
Соглашусь с Марго, я была заучкой. Проходя практику по криминалистике, я достаточно много раз бывала в морге. Трупы не внушали мне ужаса. Многие скажут, что это довольно странная профессия для двадцатипятилетней девушки. Я же на мнение большинства плевала с высокой колокольни. Главное, что мне нравилась выбранная стезя.
Молли вернулась в комнату, вкатив перед собой каталку, закрытую белой простыней. Положив почищенные инструменты на столик рядом с ней, я поспешила отвернуться от малоприятного зрелища.
Больше мы не произнесли ни слова, занятые каждая своим делом. Да и смысл пустословить, когда ты занят делом?
Я могла бы провести несколько часов, погруженная в работу, но... Шорох в соседней комнате заставил насторожиться.
У меня паранойя?
- Ну вот, только не это! - воскликнула Молли, отбрасывая машинку в сторону, и со вздохом снимая очки. Нет, не показалось.
Мы тут явно были не одни.
И кто может сюда прийти в такую рань?
Я тоже отложила скальпель в сторону, и тихонько направилась следом за ней. Как говорят, любопытство сгубило кошку, но уж больно было интересно посмотреть на утреннего визитёра. Да и какой сумасшедший влезет в семь утра в морг?
Повторившиеся копошение лишь подтвердило это. Псих всё-таки нашёлся.
Им оказался молодой мужчина, облачённый в чёрное пальто. Он стоял ко мне спиной, и не смогла разглядеть его лица. Однако Молли совершенно не удивлена его появлению. Я осторожно захожу в комнату, и, останавливаюсь в дверях, не решаясь идти дальше.
Я вежливо кашляю, и Хупер тут же замечает меня.
- Шерлок, знакомься, это Джослин. Она теперь будет работать здесь.
Незнакомец наконец-то поворачивается ко мне. Пронзительный, льдисто- голубой взгляд прищуренных глаз, изучающе скользнул по мне – от собранных в высокий хвост волос, до ног, небрежно втиснутых в бахилы. Высокая статная фигура, чёрные кудрявые волосы, находящиеся в художественном беспорядке, всё это придавало ему сходство с летучей мышью.
Стоп, что?
От такого пристального внимания мне, почему стало не по себе. Но естественно, я не подала виду, и со всей стойкостью выдержала направленный в мою сторону взгляд.
От мужчины веяло холодом, но стены морга тут совершенно не причём.
Впечатление было слишком мощным, сковывая внутренности незримым глазу льдом. Он не был похож на простого посетителя морга.
- Рад знакомству. Шерлок Холмс, - холодный, безэмоциональный голос, лишь довершает общую картину. Сухо кивнув, он снова возвращается к трупу. С его лица можно сделать вывод, что если присутствие Молли для него вполне терпимо, а моё так вообще сравнимо с пустым местом. Я всего лишь незначительная деталь интерьера, не требующая к себе внимания.
И с таким положением вещей я, разумеется, мириться не собиралась.
- Вы лжете.
Мужчина выпрямляется, и кидает на меня вопросительный взгляд.
- Простите, что?
- Я сказала, что вы лжете. Всё это пресловутое «рады знакомству», чушь, не стоит заниматься самообманом. По вам же видно, что знакомство со мной вам неприятно, - усмехаюсь, сложив руки на груди. Мне нравилось спускать таких самоуверенных типов с небес на землю, дайте только повод. Как оппонент разбивается в лепешку, дабы доказать собственную правоту. Нравилось стирать их улыбки. Но этот... Определенно что-то из ряда вон выходящее.
Фыркнув на мои слова, он кидает пальто на вешалку в дальнем углу. Сказанное его ничуть не задело.
Не желая оставаться со странным товарищем в одной комнате и дальше, я, молча, киваю Молли, и покидаю морг, оставляя девушку с ним наедине.
Сама не понимаю, что на меня нашло? Со всеми это прокатывало, в какой момент система дала сбой? Я никогда не пасовала перед трудностями, а знакомство с этим Шерлоком Холмсом вообще ерунда. Он всего лишь обычный человек, хоть и с неимоверно раздутым эго.
К моему удивлению, Молли вышла следом за мной. Похоже не на меня одну так действует присутствие этого таинственного мистера Зазнайки.
Не понимая, что здесь происходит, мне остаётся только наблюдать за странными манипуляциями мужчины за стеклом. Который бил труп... Плеткой?
- Он, что... Ненормальный? – все, что мне удалось выдавить из себя, наконец-то выйдя из ступора. Кидаю взгляд на замершую у стены Молли. Девушка была явно расстроена. Пробормотав, что-то типа «В этом весь Шерлок», она растерянно поводит плечами.
Шерлок Холмс... Да, довольно странное имя.
Скажу одно – мне определенно не хотелось еще раз с ним встретиться.