По ту сторону Баррикад

Доброе утро — это явно не про Люси. Казалось, ещё недавно она вставала с первыми лучами солнца и тихими концертами птиц за окном, а уже сейчас допустить мысль о спокойном пробуждении было глупо и даже до боли в животе смешно. Нацу Драгнил — её сосед по каюте и мастер придумывать оригинальные способы её пробуждения — в этот раз решил воспользоваться тузом в рукаве, явно предвкушая, какой ужас будет стоять на лице блондинки, и как истерично она будет бегать по каюте, умоляя убрать его.

Сегодня утром Люси Хартфилия — бывший капитан морской полиции и действующий член пиратской команды (на испытательном сроке) — познакомилась с ещё одним жителем корабля, и их знакомство прошло не так гладко и тихо. Паучок Макаров — вместо тысячи слов. И не то чтобы Люси страдала арахнофобией* или боялась ползучих гадов. Нет. Но когда она медленно просыпалась под уже стоящим солнцем и почувствовала странное щекотливое перебирание маленьких ножек на своём лбу, сон как рукой сняло, а сама она онемела то ли от сковывающего страха, то ли от шока, ещё не успев осознать своё положение.

В общем, Драгнил мог быть спокоен — его шалость удалась, и сейчас Люси наспех надевала своё платье, оглядываясь через плечо на не засланную кровать, в которой где-то прятался Макаров, — так сильно он испугался больших карих глаз и громкого визга. Жаль, конечно, что сам парень в это время находился на борту корабля и вместе с Эрзой распределял обязанности, перед тем как они должны были причалить к порту, и не мог это лицезреть.

Хартфилия, выйдя из каюты и даже не обратив внимания на заинтересованные взгляды, среди которых был один — хитрый и по-детски довольный, — направилась с гордо поднятой головой на среднюю палубу, приближаясь к каюте Эрзы, которая еще вчера вечером попросила зайти с утра. Пока грозная помощница договаривала и дораспределяла, кто должен был остаться, а кто куда пойти и с чем обязан вернуться, девушка в это время облокотилась на деревянную стену и задумалась. Трудно было сдержать разочарование, когда отношение Нацу к ней после сегодняшней ночи совсем не изменилось. У неё было такое чувство, словно ничего не было: ни одинокого образа Драгнила, ни его заботливого взгляда, ни спокойствия на душе во время молчания.

«Может, мне это приснилось? — спросила саму себя девушка, терзаясь внутри и закусывая ноготь большого пальца. Привычка, когда она волновалась. – Нет, это было более чем реально. Я не могла настолько свихнуться, чтобы разучиться отличать сон от реальности. Ну не могла же?».

Через минут пятнадцать к ней спустилась Эрза и, крикнув её имя, вывела девушку из собственных мыслей, которые терзали и казались такими нелогичными и наивными. Когда помощница капитана открыла дверь в каюту, то из Люси вырвался вздох облегчения. Она точно не знала, что ожидала увидеть у Скарлет: трупы, скелеты или головы побежденных врагов (не только людей), — но была рада, что ничего подобного и близко не было. Единственная странность состояла в том, что в каюте стояли целых два шкафа и три сундука, как после оказалось, заполненных одеждой и снаряжением. Даже для двух людей это было многовато.

— А у тебя тут... уютненько, — неуверенно подала голос Хартфилия, стоя в проёме двери, так как места для второго человека среди всех вещей в этой маленькой каюте почти не было.

Девушка довольно улыбнулась, как котик, которого погладили за хорошее поведение дома. Она стала перебирать вещи, доставая всё новые и новые платья, и Люси оставалось лишь гадать, зачем Эрза её позвала, ибо вряд ли ей нужна была помощь блондинки.

— Вот, нашла! — воскликнула довольно девушка, на что бывший капитан неуверенно приподняла бровь, сощурившись. — Не смотри так на меня. Мы скоро приплывем в порт, и тебе нужно выглядеть красиво и по-пиратски.

Люси ступила на шаг вперёд, аккуратно подняла руку и взяла платье за подол, чуть отодвигая в сторону. Карие глаза исследовали каждый сантиметр, а внутри девушки зародилось тихое ликование из-за того, что именно она наденет этот наряд. Ткань светло кофейного цвета и мягкая на ощупь, корсет был кожаный, под стать цвету её карих глаз, с различными бусинками и застёжками, которые придавали наряду индивидуальность. Примерно на талии была надета такая же кожаная портупея, а дальше, на юбку, опускалось продолжение слегка грубой шоколадной кожи, как второе защитное платье*.

Люси не гонялась за модой и, в основном, всегда ходила в форме морской полиции, но даже она не могла отвести взгляд и шумно не сглотнуть. Казалось, платье переполнял дух пиратства, отчего девушка ощутила приятную дрожь от предвкушения.

— Меня... выпустят в город? — всё же заговорила девушка, поднимая взгляд на Скарлет. Та понимающе кивнула.

— Да, пойдёшь с Нацу и Хэппи.

— Они-то в курсе?

— Я им сказала, но вряд ли Нацу принял это за правду. Думаю, увидев тебя в этом наряде, у него уже не будет сил возражать, — и помощница заговорчески подмигнула, явно на что-то намекая, но Хартфилия либо не поняла, либо не сочла нужным обращать на это внимания. Сейчас её интересовал другой вопрос.

— Что за порт, в который мы плывем?

Эрза не сразу ответила, смотря прямо в шоколадные омуты нового члена команды, как бы пытаясь решить, нужно ли ей знать и какая реакция последует за ответом. Взгляд серьёзный, губы сжаты, а голос тихий:

— Харгеон.

***

Харгеон — портовой город в два раза больше, чем Магнолия — знаменит независимостью от морской полиции, которая три раза пыталась установить сотрудничество для борьбы против и разбойников и которая все три раза терпела поражение, получая письмо с отнюдь не лестными словами. Именно здесь со всего света собирались и собираются, дабы пополнить запасы, перезарядиться новой силой от земли и деревьев и с жаждой приключений отправиться в открытое море.

В отличие от Магнолии, в этом городе было не так много ярких и, в особенности, зелёных оттенков: в основном, серые и тёмные постройки, домики не выше четвёртого этажа, различные магазины со старинными вещами, пабы и прочие заведения, в которые приезжие гости любили заглядывать. Здесь же имелся обширный рынок, где продавалось абсолютно всё: от еды до ненужной хозяйственной утвари для дам. И, конечно же, Харгеон не обошёлся без различных баек, вечных драк как на главных улицах, так и где-то в подворотне, бездомных людей, которые давили на жалость печальными глазками, а в другой момент могли пырнуть острым камнем или куском стекла ради монет или еды.

Харгеон — город воров, грабежей, и празднеств, которые не обходились без хорошей выпивки и пары сломанных столов.

Люси шла рядом с Нацу, осматривая грозных прохожих, и в который раз убеждаясь, что не трогать это чертово самоуверенное пристанище было самым разумным решением за всё время её «правления» на посту капитана. Когда очередной маленький, ростом с ребёнка, старик с жирными патлами совершенно «случайно» дотронулся до её бедер и пятой точки, девушка уже не задумывалась и просто взяла под руку Нацу, который шел и воодушевленно разглядывал старые и новые лица, приглядывая нужную вещь среди всего барахла.

От телесного контакта парень сначала дёрнулся — так неожиданно и как-то слишком грубо взялась за него блондинка, — но увидев её лицо, отражающее весь ужас от окружающей атмосферы, Нацу не мог не улыбнуться со злорадством. Хэппи всё это время летел на высоте три ярда* и, пытаясь игнорировать свежую, ещё живую рыбу в деревянных контейнерах и довольные крики разбойниц с маленькими детьми, высматривал манильский трос*.

— Неужто наша маленькая Пепельница испугалась? — хмыкнул Драгнил, но не убрал руки, а наоборот, положил её ладонь удобней.

— Что за Пепельница? — отрывая взгляд от кривой вывески, буквы на которой были нарисованы алым цветом, больше похожим на засохшую кровь, спросила Люси, проигнорировав сам вопрос.

— Это он про Золушку, — спустившись к ним, кот вдохнул глубоко. — Нацу плохо запоминает имена.

Хартфилия фыркнула, не удивившись такому заявлению. Они медленно подходили к концу второго из пяти ряда, когда взгляд девушки приметил среди накренившихся, явно давно пустующих изб знакомые цвета своей старой формы и, если не ошиблась, рыжевато-светлые волосы знакомого. Внутри всё сжалось в один ком, во рту пересохло, а в мозг прилила кровь с крутящейся мыслью о том, что этого не могло быть и ей показалось. Снова шестое чувство, которое предупредило во время нападения на её родной город об обмане, дало о себе знать с помощью холодного пота, выступившего на лбу, и дрожащих рук, которые Люси сжала в кулаки.

«Нет, этого не может быть, — сглотнула Хартфилия, даже не заметив, когда она успела отпустить руку Драгнила и пройти вперёд, по сырой земле с еле выступающими травинками. — Успокойся, Люси. Не подавай виду, словно ты увидела приведение. Хотя лучше его, чем...»

— Люси! — в сознание вторгся знакомый голос человека, который стоял на каком-никаком асфальте и смотрел как-то... обеспокоенно, хотя по улыбке можно было понять, что он в нетерпении. — Мы нашли трос!

Эти слова заставили девушку улыбнуться в ответ, предвкушая, как они вернуться на борт корабля, подальше от этого темного ужаса в дневное время, и как она, забив на все предостережения, пожалуется Леви, которая осталась на месте, явно зная о «прекрасном» положении города. Люси аккуратно ступала на более-менее сухую часть земли, чувствуя носом петрикор*, и пошла за Нацу к маленькой лавочке, которой являлось странное сооружение из досок и ящиков в виде стола и напольной вешалки, на которой как раз-таки и висел нужный трос.

И кто бы мог подумать — если бы в Хэппи не целился маленький хулиган из самодельной рогатки и первый не свалился к старику на лавочку, если бы Нацу в это время не вспомнил о Люси и не позвал её, то это послужило бы «удачному выполнению задания», которое могло сорваться, стоило Люси пройти вперёд всего лишь на пару футов*.

***

Когда девушка узнала, что на этом их пребывание в Харгеоне не закончилось, она устроила Нацу мини-ссору. Не то чтобы Люси была скандальной женщиной или избалованной девушкой, просто видеть на себе эти похотливые взгляды, чувствовать запах гнили с алкоголем и встречаться взглядами с мимо проходящими ворами и разбойниками — было не самым любимым её занятием. Но Нацу, казалось, не слышал её, а просто вёл знакомой дорогой в «хорошее место, которое ей точно понравится». Хартфилия даже успела жалобно взглянуть на кота, будто ища поддержки, но Хэппи лишь пожал плечами.

Пункт назначения, куда Драгнил привел её, был обычным трактиром, знаменитым среди всех. Именно здесь многие начинающие и уже давно со стажем моряки обменивались информацией или даже сплетничали. Именно здесь многие люди любили проводить время, явно зная, что обслуживание на высоте, питьё и еда всегда имеют свой особый морской вкус, а весёлая компания никого не заставит ждать. И что Люси понравилось: с их приходом почти никто не обратил на неё внимания, не стал раздевать, как многие сорокалетние мужики, глазами, и некоторые даже не посчитали нужным удостоить её своим вниманием.

«Так, Люси, слушай меня внимательно. У нас нет времени нянчиться с тобой, но против Эрзы не попрёшь, поэтому займись здесь чем-нибудь и никуда не уходи отсюда. Можешь познакомиться здесь с кем-нибудь, сыграть в карты или шахматы в том углу с неплохими парнями. В общем, если мы тебя не забудем, то придём за тобой». Это были последние слова, которые Люси получила в ответ на вопрос, что они здесь делают. Возмутиться насчет последнего предложения у неё не получилось, потому как розовая головешка капитана скрылась в толпе, а вместе с ним и синяя шерстка кота. Хартфилии ничего не оставалось, как послушаться Драгнила и действительно чем-нибудь заняться.

Несмотря на запах, который смешал в себе пот мужчин, пива и рома, и жуткие животные головы, висящие на стенах как трофеи, здесь было достаточно мило и просторно, а барменша, которая никак не вписывалась в общую атмосферу своим ярким и немного открытым нарядом и милой улыбкой, очень разговорчивая и общительная. Кинана — именно так её звали — как только узнала, что она пришла с Нацу, даже не потребовала заплатить за выпитые два безалкогольных (Люси настояла на этом) коктейля.

Вначале блондинка удивилась, увидев вывеску, на которой была красиво и аккуратно вычерчена и покрашена в синий цвет надпись «FairYTaiL», и сразу поняла, что это не простое совпадение. Как поведала Кинана, раньше, ещё несколько лет назад, Нацу и его команда спасли это заведение и саму Кинану, которая являлась его владелицей, от мошенников, и тем самым сделав себе очень выгодную репутацию. Слушая эту историю, которая явно была приукрашена богатой фантазией Кинаны, Люси чувствовала что-то двойственное: с одной стороны, ей хотелось фыркнуть и закатить глаза, особенно в частях про «благородного и смелого Драгнила, который ринулся на врага, чтобы защитить её», а с другой, хотелось счастливо улыбнуться и даже согласно кивнуть на словах о «безбашенном, рискованном парне, который не может не удивить».

Эта быль вместе с некоторыми повседневными историями про интересные моменты со знакомыми лицами заняла на пару часов девушку, заставив ту расслабиться и почувствовать себя... никем. Ни Люси Хартфилией, ни капитаном морской полиции, ни только ставшим . Просто девушкой, которая наслаждалась времяпровождением с новой знакомой и веселилась под шутки, основанные на реальных событиях. Не было в её жизни ни смерти матери, ни любимой библиотеки, ни неожиданного решения стать капитаном морской полиции, ни Нацу Драгнила, который в очередной раз перевернул её и без того крутящуюся, как фортуна, жизнь.

Кстати, о нём... Хартфилия повернула голову, кидая взгляд карих глаз в поисках знакомых розового или голубого цветов. Почувствовав себя брошенным щенком под дождём, о котором Люси в детстве читала, она прервала Кинану, которая продолжала говорить что-то о «чёрном принце, который неожиданно появляется и так же исчезает из её жизни».

— Как давно я тут сижу?

— Ну... — девушка вначале нахмурилась, явно ей не понравилось, что прервали её словесную тираду, а после задумалась, наклонив голову набок. — Две драки, один сломанный стол, пять бутылей рома, две с половиной бутыли саке, новая вмятина в стене, маленькая дырка диаметром в два дюйма*... — Кинана заткнулась, почувствовав на себе тяжелый взгляд, полный непонимания и предупреждения. Неловко улыбнувшись, барменша махнула рукой. — Прости. Это ведь тебе ни о чем не говорит. Ну, можешь считать, больше двух часов точно.

— Больше двух часов? — как-то слишком громко повторила Люси, вскочив со своего слегка шатающегося стула. — Мне нужно срочно найти Нацу и Хэппи, — кинув это вместо «Прощай» или «До встречи», девушка оставила недопитый третий коктейль и пошла на второй этаж в надежде найти двух идиотов.

Когда их там не обнаружилось, как и в туалете, и в кладовой, и даже в самых укромных местах, Хартфилия запаниковала, почувствовав учащенное сердцебиение, которое отстукивало «забыли» в голове. Освободиться от оков и стать вновь свободной — не об этом ли она мечтала? Тогда почему хочется крикнуть и попросить найти? Снова забрать с собой на корабль к новым друзьям, к будущим приключениям и поискам самой себя?

«Я найду их!».

— Милочка, ты что-то или кого-то потеряла? — уже стоя на первом этаже, до Люси донёсся хриплый голос, и кто-то её схватил за запястье, останавливая.

Повернувшись, бывший капитан морской полиции встретилась с жёлтыми, почти ядовитыми глазами неизвестного ей человека, чья одежда была порвана в некоторых местах и утратила свой бывший яркий оттенок.

— Не думаю, — кривовато улыбнулась блондинка. — Хотя... вы видели высокого парня с розовой копной волос и летящим синим котом? — сощурившись и чуть наклонившись вперёд, спросила та.

Мужчина последовал её примеру: пододвинулся вперёд и также сощурил и без того узкие глаза, что теперь они казались как щелочки. На его лице появилась улыбка, не предвещающая ничего хорошего.

— Видел, — и замолчал, как бы желая, чтобы Люси сама попросила его продолжить. И если бы ей так не хотелось найти этих двоих, которые не посмели даже на минуту заглянуть и сказать, что они рядом, она бы уже давно вырвала руку и убежала.

— И где?

— О, они примерно десять минут назад вышли через черный вход во двор. Точно не знаю, но, кажется, будто они за кем-то следили...

— Спасибо, — прервала Хартфилия, направляясь в указанном направлении.

«Вам лучше иметь достаточно вескую причину для такого длительного отсутствия, а то я за себя не ручаюсь. Клянусь!».

Тем временем в другой части Харгеона.

Парень вышел из уже четвёртой лавки, но его поиски не увенчались успехом, на который он в тайне надеялся. Выйдя вперёд и услышав звоночек, оповещающий о закрытии двери, он вдохнул глубоко и сморщил лоб, словно от головной боли. Аккуратно сложив слегка помятый и испачканный по краям листок во внутренний карман, усмехнулся.

— Не везёт мне сегодня.

Засунув руки в карманы, Джерар оглядел улицу, на которой сейчас находился, и повернул вправо, вдоль витрин с различными антикварными вещицами. Проехала мимо карета с дамами внутри, которые весело захлопали хитрыми ресницами при виде этого привлекательного парня. Поклонившись, Фернандес с улыбкой пошёл дальше, лишь на секунду остановившись с сомнением на душе.

Эта часть города считалась самой тихой на фоне остальных, однако и здесь можно было встретить беззащитного на первый взгляд бездомного, который, не моргнув и глазом, мог бы порезать шею; или маленького мальчика, в руке которого был плотно сжат дирк — не удивительно, ведь в подобных местечках даже младенцев оснащают оружием для самообороны. И всё же  любил бывать именно здесь, где каменные стены имели свой причудливый рисунок, где редкая зелень выступала на общем сером фоне, где на округлой улице стоял причудливый фонтан с русалкой.

Джерар остановился. Повернув голову назад, он оглядел улицу и редких прохожих, но не нашёл ничего подозрительного, что тревожило сейчас его сердце. На лице появилась странная и таинственная улыбка, а рука дёрнулась, словно после электрического разряда. Бросив последний взгляд на эту замечательную улицу, а после на красивую русалку, Фернандес пошёл дальше, завернув за угол одного двухэтажного дома.

Вскоре парень поднимался в гору, где с левой стороны простирался ещё редкий и молодой лес с редко появляющимися могучими древами. Он шёл вверх, понимая, что отошёл от основной границы порта, чему служит мягкая трава под его ногами и свежий морской ветерок, что трепетал его синие взлохмаченные волосы. Когда он поднялся на достаточное расстояние от города и подошёл к почти что обрыву, где снизу недовольно ворчали волны и пытались сбить выступающие маленькие скалы, Джерар остановился.

Любой другой человек, увидев в расслабленной позе, подумал бы, что тот просто наслаждался прекрасным видом дневного моря, которое искрилось, словно золото, под тёплыми лучами солнца, но этот человек вряд ли бы заметил, как брови у парня сошлись на переносице, зубы были сжаты, а подрагивающие пальцы правой руки готовы были схватить в любую минуту саблю.

— Выходите! — крикнул , так и не обернувшись. — Ужасная у вас слежка, ребят, — Джерар усмехнулся, а после повернул голову, чтобы увидеть нарушителей своего покоя. На траву по склону поднялось пять фигур, с одним из которых встретился взглядом, и Фернандес потерял дар здраво мыслить. — Ты же...

Вернёмся к Люси на задний двор трактира «FairYTaiL»

Люси вышла во двор и оглядела местность: напротив неё, примерно в десять ярдов, возвышалось какое-то каменное серое здание лишь с двумя маленькими окошками; слева от неё находился высотой в два метра забор, на котором краска в некоторых местах была облуплена, а справа тротуар, где покоилась повозка с запряженными двумя лошадями бурого оттенка. В углу, между серым зданием и забором росло одинокое, тонкое деревце, которое пыталось выжить из последних сил, ведь по всему периметру почти не было травы, один песок с камнями, коробки и мусорные вёдра, которые были переполнены доверху.

Девушка прошлась вперёд по самодельно истоптанной дорожке, но поблизости не было ни Нацу, ни Хэппи.

— Обманул меня тот мужик, — с отвращением подумала Хартфилия, сморщившись от того, что позволила себе ему поверить.

В голове же крутился главный вопрос: «Неужели они всё же меня бросили?»

Из-за угла серого здания, мимо повозки, вышел странный человек: если судить по внешнему виду, его потомки были суровыми иноземцами. Без бровей, с суженными глазами и сжатыми губами этот мужчина не внушал никакого доверия, а два меча по бокам не придавали ему доброты. Неловко улыбнувшись, Хартфилия развернулась, чтобы побыстрей оказаться в людном месте, чувствуя всеми нервными волокнами напряжение и страх, но остановилась, когда около небольшой двери стоял ещё один странный мужчина, помладше первого, но явно больше по мускулатуре и объёме. Казалось, он только и делал, что целыми днями накачивал себе руки, когда же ноги были короткими и даже тонкими. И снова взгляд, выглядывающий из-под налобной повязки, не внушал Люси никакого спокойствия.

«Вот же ж влипла, — подумала Люси, нахмурившись и попятившись назад, ближе к забору, чтобы в поле её зрения было сразу два человека. — Будь со мной моя шпага, было бы легче разобраться, — взгляд опустился на два меча за спиной первого мужчины. — Ну или мне было бы спокойней».

— Мы братья Стиратели*. Прошу добровольно пойти с нами, — строго проговорил первый, и его голос как нельзя хорошо подходил к его суровой внешности.

— Мама учила, что девушек обижать нельзя, — тихо проговорил второй, с курносым носом. Девушка даже на секунду потеряла бдительность, удивившись этой фразе.

— Нет, — коротко и как можно спокойней проговорила Люси, держа в поле зрения стоящих на одном месте братьев и пытаясь в голове соорудить план побега.

Пока два брата, которые были похожи как небо и земля, переглянулись, девушка бросила быстрый взгляд на местность и пыталась оценить своё положение. Будь забор за её спиной меньше, она бы с лёгкостью перепрыгнула через него, моля о прощении у Эрзы за испорченное платье, или будь деревце массивней и крепче, то смогла бы с помощью него взобраться. Но этот вариант отступления отпадал. Оставалось два выхода: как-то проскочить мимо второго брата через дверь и безлюдная улочка, где стояла повозка, куда можно было ринуться в надежде найти либо хоть одну нормальную душу, либо спрятаться в каком-либо помещении. Есть ещё вариант сесть на лошадь и ускакать, но она уже несколько лет не практиковалась, чтобы отдать этому животному свою жизнь и судьбу.

«Я могла бы позвать на помощь, но, думаю, с их гулом они вряд ли услышат мой визг, — пронеслось в голове Хартфилии, когда парень с налобной повязкой сделал шаг в её сторону. — И почему у меня в голове появился образ летающего Хэппи? Ха. Научиться летать за какие-то две минуты? Да раз плюнуть».

— Люси-и! Что ты делае... воу, — неожиданно появившиеся из-за угла «FairYTaiL» Нацу и Хэппи от вида двух нахмурившись парней удивленно моргнули, остановившись.

И да, кот был на крыльях. Девушка фыркнула под нос.

— Ну и какого чёрта ты тут делаешь? — спросил парень у блондинки. — Я же сказал тебе ждать нас внутри и никуда не уходить.

— Может, мне надоело сидеть там несколько часов и ждать вас, — вздёрнула носом Люси, чувствуя подступающий гнев. Она была зла на Нацу, который не потратил и минуты, чтобы напомнить о себе, а сейчас обвиняющим тоном отчитывал её.

— Может, тебе надо было ещё немного подождать, а? Мы не записывались в твои няньки.

— Вы могли бы хоть на минуту подойти. Я думала, вы про меня забыли! — она понимала, что со стороны казалось, будто это жалоба, но Люси не могла скрыть обиду в голосе.

— Так и было, — спокойно ответил Нацу, уже смотря на одного Стирателя.

— Что?

Девушка стала возмущенно брать ртом воздух, словно его было мало, а руки сжала так, словно в любую минуту готова была подбежать и ударить по этой самодовольной роже. Они забыли про неё. Забыли! Она не была никогда злопамятной, но такое простить не сможет.

— Парни, как дела? Погодка сегодня просто чудесная, — улыбаясь, спросил Нацу, забыв о Люси и сделав шаг вперёд, но первый брат повторил движение и дотронулся двумя руками до эфесов мечей. – О, ясно. Так понимаю, болтать под чашечку чая никто не хочет?

Выхватив шпагу, Драгнил с улыбкой ринулся на врага, который тоже обнажил два своих меча, продолжая оставаться беспристрастным и суровым. Хэппи, оценив ситуацию, подлетел к Люси, считая, что вдвоём они лучше справятся со вторым человеком, у которого не было никакого оружия, кроме верёвки.

— Можешь его отвлечь? — спросила Хартфилия у кота. Сейчас, в обществе пиратов, которых пока не могла назвать друзьями из-за обиды, она почувствовала бывалую уверенность, словно снова могла держаться за эфес своей шпаги.

Хэппи не стал задавать лишние вопросы, а просто полетел на парня, начиная крутиться и увиливать от его огромных рук, которые хотели схватить того за хвост, крылья или шею. Поднимаясь то вверх, то резко вниз, пролетая между его ног, летающий пират смог выполнить поставленную ему задачу, тем временем девушка подбежала к мусоркам и ящикам, увидев среди них деревянные и старые балки, которые уже не были пригодны для поддержания потолка.

«Если нет шпаги, то и это сойдёт!».

Хартфилия подбежала к своему врагу и стала бить по всем местам, особенно обращая внимание на руки и ноги. До головы же добраться было трудно, ведь брат Стиратель всё время размахивал конечностями и пытался схватить её «оружие». Краем глаза девушка увидела, что Нацу с одной шпагой неплохо справлялся с человеком, у которого было два меча. Прыгая то в одну сторону, то в другую, умело уклоняясь назад и вниз, Драгнил не позволил тому даже царапины оставить на теле.

Обернувшись, Хартфилия ударила со всей силы под чашечку колена, когда Хэппи же налетел сверху, — брат упал на спину, подняв небольшие сгустки пыли.

— Я всё маме расскажу, — тихо проговорил он, смотря на небо и пытаясь встать, схватившись одной рукой за верёвку.

Нацу в это время прыгнул на стоящие два деревянных ящика, блокируя удар противника и пытаясь вывести его из эмоционального равновесия колкими фразами, но было такое чувство, будто первого брата невозможно было задеть, словно он толстокожий и непробиваемый. Подняв правую руку для атаки, от которой увернулся пират, Стиратель быстро использовал левую, дабы вывести того из равновесия.

Драгнил не упал на землю или тротуар, где всюду валялись острые камни. Нет. Дело было похуже: он упал в повозку, запутавшись в ткани и каких-то странных, грубо сплетенных верёвках, после чего лошади издали свой клич и побежали вперёд.

Люси повернулась на странный позыв, который вырвался из пирата, когда его живот скрутило в один ком, краска отошла от лица, к глазам подступили слёзы, а в его горле застрял ком. Если бы девушка не видела парня на корабле, она бы подумала, что того укачивало в транспорте. Но ведь на корабле он был как на суше!

Она была удивлена и впала в ступор, не зная, что делать.

И это стало её ошибкой.

Когда Хэппи поднялся вверх, второй мужчина забросил верёвку на него, как лассо, и схватил, словно свою добычу. Поздно спохватившись, Хартфилия потеряла равновесие и отпустила своё «оружие». Когда к её рту поднесли влажный платок, она вначале возмущалась, смотря на брыкающегося, словно раненная жертва, кота, а после стала погружаться против воли в сон, теряя сознание.

Последнее, о чем Люси успела подумать, было: «Черт!»

Примечания:

Арахнофобия (вдруг кто не знает?) - боязнь пауков.

Петрикор - запах земли после дождя.

Братья Стиратели - созданные Машимой персонажи арки "Новый день".

Манильский трос - трос, изготовленный из волокна листьев многолетнего травянистого растения абака.

Английские измерения:

Ярд ~ 0,9 м Фут ~ 0,3 м Дюйм ~ 2,54 см

Обложка:

https://pp.vk.me/c629205/v629205144/cdc0/5M4EGZeh86s.jpg