За гранью привычного | 2

Как только я переступила порог, я тут же поспешила к шторам, по привычке. Схватилась за край ткани пальцами и уже собиралась дёрнуть её в сторону, но резко замерла. Я действительно это делаю... Машинально. Прячусь от мира, который, возможно, даже не смотрит в мою сторону.

   Медленно разжала пальцы и позволила ткани мягко колыхнуться, возвращаясь в прежнее положение. А сама перевела взгляд на тёмный силуэт за окном. Он стоял неподвижно под тусклым светом уличного фонаря и смотрел прямо на меня. Руки онемели. Даже если бы я захотела всё-таки задёрнуть шторы, чтобы скрыться от этого пристального взгляда, я бы не смогла. Мои глаза просто прилипли к силуэту.

   И что это? Реальность? Или моя фантазия? Где проходит граница между тем, что существует на самом деле, и тем, что рисует мой измученный диагнозом мозг?

  В любом случае, я не могла просто стоять и играть с ним в гляделки. Надо выяснить, что происходит, даже если никакого силуэта нет, а я просто стою у окна и смотрю в пустоту.

   Я сделала мягкий шаг назад, и жесткая подошва обуви едва слышно скрипнула по полу. Я не прерывала зрительного контакта на всякий случай. Если это галлюцинация, она исчезнет. Если реальный человек – он увидит, что я его заметила, и, может быть, уйдёт. Я медленно протянула руку к стене и попыталась на ощупь найти выключатель, как вдруг силуэт за окном начал двигаться. Поднял руку. Схватился за край капюшона и резко стянул его с головы. Свет фонаря упал на знакомое лицо.

   Это чёртов Лиам.

  Мои руки взметнулись к лицу. Я громко, раздражённо выдохнула прямо в ладони, и так же резко опустила их обратно. А затем вытянула одну руку вперёд, к окну, с единственным поднятым пальцем – средним. Лиам расхохотался. Я не слышала его смеха через стекло, но видела, как запрокинулась его голова, как вздрогнули плечи.

  Я закатила глаза и, развернувшись, щёлкнула выключателем. Комнату залил тёплый жёлтый свет, на секунду ослепив меня. Затем, задержав злобный взгляд на лице парня за стеклом, я одним движением задёрнула шторы. Ткань сомкнулась, отрезая меня от улицы и от этого идиота, который, кажется, решил, что караулить меня под окнами – отличная шутка.

   Кинув пальто на диван, я неспеша пошла к двери, уже зная, что он там. Улыбающееся лицо парня появилось передо мной, как только я отперла дверь и потянула её на себя.

   — Ты в своём уме? — я оставила дверь открытой всего на несколько сантиметров, давая ему понять, что впускать его я не намерена.

   — Извини, если напугал, — сказал он со смешком в голосе и упёрся рукой о дверную раму, — Просто узнал, что у тебя сегодня выходной и...

   — И просто встал напротив окна, как чокнутый маньяк? — перебила его я, сжав дверную ручку крепче, — Это несмешно, если что.

   Парень поменялся в лице так же быстро, как и засмеялся на улице при виде моего испуганного лица. Его губы сомкнулись в тонкую линию, а брови слегка напряглись от моего тона.

   — Сказал же, извини, — пробормотал он менее уверенно и замялся, переступив с ноги на ногу, — Хотел позвать тебя выпить, вот и всё.

Несколько секунд я молча смотрела на него, обдумывая предложение. От алкоголя я бы не отказалась, тем более после такого тяжелого дня. Но... с Лиамом? Сомнительный вариант. Однако выбора, как мне казалось, не было. Сидеть одной в четырёх стенах и прокручивать в голове слова Роуз я не могла.

— Ладно, — согласилась я и ушла обратно в гостиную за пальто, оставив дверь приоткрытой.

Лиам не переступил порог, но я чувствовала, как он заглянул внутрь и проследил за каждым моим движением: как я выключила свет, как накинула пальто на плечи, как подхватила сумку с тумбочки. Когда я вернулась к двери, он всё ещё стоял на пороге с тем же глупым и виноватым выражением лица.

Я была не против такого времяпровождения. Оно требовало от меня лишь моего присутствия. Никаких усилий, никаких разговоров по душам. Я прекрасно знала, как всё пройдёт: Лиам сам всё оплатит, сам отвезёт, сам заполнит тишину своими бесконечными шутками, и даже не будет возражать, если я буду молчать, уставившись в свой бокал или в окно. Это было удобно. А удобство – единственное, на что у меня сейчас оставались силы.

Он завел машину, пока я бездумно смотрела в окно и на ощупь искала ремень безопасности. Боковым зрением я заметила, как Лиам часто бросает взгляд на меня, иногда улыбаясь, будто собирался озвучить какую-то очередную шутку, но по какой-то причине передумывал.

— Как день? — начал банально он. Я поправила едва заметно дрожащей рукой свое пальто, а после удосужилась взглянуть на него в полумраке салона автомобиля.

— Нормально, — ответила я заученно.

— Ну, что делала? Как настроение? — его улыбка продолжала держаться на его лице, что стремительно выводило меня из себя. Если бы я смогла произнесли те два слова вслух, он бы тут же сменил свой тон на сожалеющий, а может и испуганный.

— Гуляла.

   — А поподробнее? — настаивал он, но, встретив мой незаинтересованный взгляд, легонько кивнул и вернул внимание к дороге, хоть и пустой.

***

Четвертый бокал опустился на стол со звоном, подобно моему в собственной голове. Сознание уже плыло, чувства притуплялись, а шутки парня уже и не казались такими глупыми. Я даже смеялась.

И даже пропускала мимо себя неоднократные прикосновения парня к моей руке – его пальцы касались моих костяшек, а после плавно двигались к запястью. Будто случайно. Но я знала, нет, я была уверена, чего он добивался. Он хотел секса, поэтому и устроил всё это: приглашение в ресторан, дорогой алкоголь и милые шуточки.

— Ещё? — кивнул он на мой пустой бокал. Я вяло мотнула головой и издала сухой смешок, неожиданно представляя парня голым.

— Нет.

Парень наклонился чуть ближе к столу, практически касаясь его своей грудью, и снова улыбнулся. Я вздохнула, снова мотнула своей тяжелой от алкоголя головой в сторону и подвинула бокал ближе к краю. Я знала свой предел, и если я выпью ещё хоть один бокал, я потеряю самоконтроль.

— Серьёзно? Ну один, — умолял он, словно точно знал, что после одного глотка он сможет предложить мне абсолютно любую хуйню, и я соглашусь без раздумий, потому что думать будет слишком тяжело и больно.

— Нет, Лиам, — я выпрямилась. К горлу подкатила тошнота, — Я на пару минут, — говорила я, поднимаясь со стула. Я собиралась на улицу, но никак не в туалет. Там душно и отвратно пахнет, от чего мне стало бы только хуже.

— Аккуратнее! — крикнул парень мне вслед, но его слова еле дошли до меня, пока я шла в сторону выхода, путаясь в собственных ногах и не обращая внимание на заинтересованные взгляды гостей ресторана.

   Свежий воздух наполнил мои легкие, и я, теряя равновесие от головокружительного облегчения, облокотилась о панорамное окно позади себя. Меня совсем не волновало, что кто-то из посетителей вместо красивого вида довольствовался лишь моей спиной и задницей, прижимающейся к стеклу.

Мой затылок ударился об окно, и изо рта вырвался тяжелый вздох. Я не хотела возвращаться к парню, не хотела чувствовать запах алкоголя и не хотела слушать тупые шутки. Мне хотелось домой, но не в тот, где я провожу свои одинокие дни. Хотелось куда-то, где я не стану думать о своей жизни, о работе, о диагнозе и о всех остальных проблемах.

   Резко оттолкнувшись от стекла и тут же почувствовав, как от этого движения всё поплыло перед глазами, я зашла обратно в помещение. Тёплый воздух ударил в лицо, смешиваясь с запахом алкоголя и чьих-то духов. Лицо парня оживилось при моём приближении. Он явно подумал, что я вернулась к нему, к нашему столику, к продолжению этого вечера. Но оставаться я не собиралась.

   Первым же делом, когда я подошла, я схватила со стула свою сумку и телефон со стола.

   — Я ухожу.

   — Как это, Стеф? — раздался резкий скрежет стула по полу. Он вскочил.

   — Я не буду трахаться с тобой, Лиам, — вырвалось у меня громче, чем я планировала, и я увидела, как его глаза расширились, а лицо застыло в растерянности. Кажется, кто-то за соседним столиком обернулся.

   — Что?.. — прошептал он, но я уже шла к массивным дверям, игнорируя его бубнёж за спиной. Он оправдывался, или возмущался, или звал меня обратно, но я не разбирала ни звука. В ушах гудело, сердце колотилось, а перед глазами была только одна цель: выйти.

Я накинула сумку на плечо и, не оглядываясь, вышла на проезжую часть. Стоило мне повернуть голову, как меня ослепил до боли яркий свет фар.

Билли

Очередная фотосессия с Оливией. Постоянное молчание, неловкие взгляды, которые говорили больше слов. Она знала, что я недолюбливаю её без причины, хоть я и понимала, что вины в том, что она не Стефа – нет.

   — До встречи, — кинула я сухо через плечо, когда мы расходились. И кажется, она даже не обратила внимания на мои слова.

   Машина встретила приятной прохладой, потому что было довольно поздно, а съемки шли целый день. Я просто хотела приехать домой и завалиться спать.

   Я завела двигатель и выехала с парковки. Дорога была почти пустой, только редкие фары встречных машин на секунду освещали из темноты моё уставшее лицо. Я думала о том, что надо бы поесть перед сном, что завтра рано вставать, что Оливия опять смотрела на меня этим невыносимо понимающим взглядом.

   Мой взгляд рассеянно скользил по тротуару, цепляясь за редких прохожих, за витрины ещё не закрывшихся магазинов. На секунду я засмотрелась на радостно прыгающую около ног хозяина собаку, кажется, лабрадора. Он яростно махал хвостом, подпрыгивал, упирался передними лапами в грудь парня, а тот смеялся и безуспешно пытался отстраниться от мокрого собачьего языка. Я невольно улыбнулась, но улыбка сползла так же быстро, как и появилась.

   На дороге кто-то был.

   Нога выжала тормоз за долю секунды до того, как бампер моей машины мог бы снести человека. Визг шин разорвал тишину ночной улицы. Машину занесло, дёрнуло в сторону, и она замерла, едва не коснувшись капотом чужого тела. Сердце подскочило к горлу и застряло. Руки сжались на руле.

   Я сидела в полной тишине, тяжело дыша, и смотрела перед собой. Человек стоял перед машиной, а сумка на его плече чуть сползла, и он даже не поправил её. Просто стоял и смотрел на меня сквозь лобовое стекло. Я протянула дрожащую руку к двери, собираясь выйти и спросить, всё ли в порядке, но в этот момент человек пошатнулся и тяжело упёрся ладонями в капот.

   Бледно-рыжие пряди волос упали вперёд, скрывая лицо. Сумка окончательно съехала с плеча и повисла на сгибе локтя. Моя рука замерла на дверной ручке. Я наклонилась ближе к лобовому стеклу, вглядываясь в сгорбленную фигуру, в этот знакомый силуэт, в эти волосы, которые не спутаешь ни с чьими другими. Это Стефа.

   Сама не ожидая от себя такой реакции, я выскочила из машины, даже не захлопнув дверь, и в два шага сократила расстояние между нами.

   — Стефа, ты что тут делаешь? — встревоженно спросила я, касаясь её плеча рукой и чуть склоняясь вперёд, чтобы разглядеть её лицо за волосами.

   — О, конечно, и ты тут, — она резко вскинула голову и встретилась со мной своим расфокусированным, плывущим взглядом. От неё пахло алкоголем – резко, невыносимо, — Как же без тебя, — добавила она с горькой усмешкой и тяжёлым, неуклюжим движением отшатнулась от меня в сторону, едва не потеряв равновесие.

   Я быстро протянула руку и, наплевав на то, что она всем своим видом показывала, что не рада меня видеть, схватила её за локоть. Пальцы сомкнулись вокруг предплечья как раз в тот момент, когда она уже начала заваливаться на газон. Стефа дёрнулась, но не вырвалась, то ли сил не было, то ли желания. Она лишь беззвучно выдохнула, и её сумка с глухим стуком упала на асфальт, рассыпав содержимое по дороге.

— Пусти, — пробормотала она и, не дожидаясь моей реакции, попыталась наклониться к сумке, хотя её тело всё ещё клонило в сторону.

Я ослабила хватку, но не отпустила её полностью, просто позволила ей опуститься ближе к земле, придерживая за локоть, чтобы она не рухнула лицом в асфальт. Её пальцы неуклюже зацепились за ремешок сумки, а я тем временем быстро подобрала всё, что высыпалось на дорогу: ключи, смятые чеки и телефон, упавший экраном вниз. Запихнула всё обратно в сумку и застегнула молнию.

— Держи, — я протянула сумку ей, но она даже не взглянула. Просто молча повесила её на плечо и, сделав неуверенный шаг к газону, снова пошатнулась и упёрлась бедром о мою машину, чтобы не упасть.

— Почему ты всегда... Боже, — промычала она невнятно и провела рукой по лицу, безуспешно пытаясь убрать спутанные волосы, — Ты везде, блять!

От её неожиданно повышенного тона я опешила и просто замерла, глядя на то, как её отяжелевшее от алкоголя и, наверное, от усталости тело безвольно оперлось о капот моей машины. Она подняла на меня глаза, и зелень в них стала тусклой.

— Ты... — я оглянулась, быстро пробегаясь взглядом по улице в поисках источника её опьянения. Заметила ресторан с панорамными окнами, а затем и парня, которого где-то уже видела раньше. Он выходил из дверей и целенаправленно направлялся к нам, — Ты с ним? — я кивнула в его сторону.

— Нет, — Стефа, обретя невидимую, последнюю силу, оттолкнулась от капота, дёрнула ручку двери и залезла в мою машину, с грохотом захлопнув её за собой. Так, будто это было само собой разумеющимся и будто это её машина, а не моя.

— Эй! — парень почти добежал и протянул руку, явно собираясь схватить Стефу, но не успел. Дверь захлопнулась перед его носом. Он резко выпрямился и уставился на меня, — Она с тобой... Билли? — его брови взлетели вверх, и мы замерли друг напротив друга в полной тишине.

   Я узнала его, Лиам. Тот коллега Стефы, который вечно вертелся рядом, бросал на неё многозначительные взгляды и, видимо, решил, что напоить её – отличный способ добиться своего. В груди закипела глухая  злость.

   — Со мной, — с фальшивой, но твёрдой уверенностью сказала я, бросив короткий взгляд на лобовое стекло. Лицо Стефы было едва различимо в темноте салона. Она сидела, опустив голову, и пыталась дрожащими пальцами привести в порядок растрёпанные волосы, — Она.. позвонила и попросила забрать её.

   — Мм, — парень тоже посмотрел на Стефу, но та даже не подняла глаз. Просто продолжала бессмысленно перебирать пряди, делая вид, что нас не существует, — Ладно. Спасибо.

   Он отступил на шаг, сунул руки в карманы и ещё раз оглядел мою машину, будто надеялся, что Стефа вдруг передумает и выйдет к нему. Но этого не случилось. Я обошла капот, села за руль и захлопнула дверь. Лиам остался стоять в стороне. Я нажала на газ, и его фигура в зеркале заднего вида становилась всё меньше и меньше, пока окончательно не растворилась в ночи.

   Мы молчали. Я изредка поглядывала на её знакомый профиль, подсвеченный редкими уличными фонарями, на усталые глаза, на то, как она бессильно уронила руки на колени. Я не знала, куда её везти. Ко мне? К ней? Или просто кружить по ночному городу, пока она не решит, что делать дальше?

   — Куда мы едем? — прочитала она мои мысли и, откинув голову на сиденье, медленно повернулась ко мне. Голос прозвучал хрипло, но уже не так агрессивно, как несколько минут назад. Просто устало.

   Какое-то время я молчала, не отрывая глаз от дороги. Я чувствовала её выжидающий взгляд на себе. И когда мне показалось, что она вот-вот снова разорвёт молчание какой-нибудь колкой фразой, я заговорила первой:

   — Ко мне.