Близнецы От Миллиардера

Мы с Тэхеном и нашими детьми понемногу обживаемся в его двухэтажном доме. Будни, когда детям надо ходить в сад, проводим в квартире, а на выходные перебираемся туда.

Теперь он не кажется мне огромным, наверное, я привыкла. А может потому, что я там никогда не бываю одна — дети постоянно носятся по дому, а Тэхен старается не выпускать меня из виду.

Даже когда я готовлю еду, он садится на кухне — обязательно по центру! — откидывается на спинку стула и наблюдает за мной с непередаваемым выражением лица.

— Мне нравится смотреть на тебя, — говорит он, когда я возмущаюсь, спотыкаясь об его длинные вытянутые ноги.

И, конечно, не только смотреть, это я понимаю без всяких слов. Но нам приходится сдерживаться, потому что возле нас всегда дети.

Джи не зря на меня выступает. На днях Тэхен сделал мне предложение. Оригинальностью не блистал, но я особо и не рассчитывала.

Мы со Джи сидели в кабинете и ломали голову, как нам поженить нежную фиалку с любителем автопробегов. Нежная фиалка хотела няшности и романтики, а любитель драйва хотел, собственно, драйва. И как, спрашивается, сделать так, чтобы все остались довольны?

Открылась дверь, и в кабинет вошел Тэхен. Мои бабочки сразу же взбесились, потому что Тэхен выглядел сногсшибательно в этом новом костюме. Точно в новом, наверняка приехал сюда сразу из бутика, я уже знаю весь его гардероб. Ну почти весь. Мы там не один раз…

В общем, я осталась под впечатлением. Джи тоже, но она не влюблена в Тэхена без памяти, поэтому оказалась в состоянии сказать:

— Привет, Тэхен, кофе будешь?

— Нет, спасибо, — сухо ответил он, — я по делу.

— Что-то случилось? — спросила я, подобравшись.

— Да, — кивнул он, садясь на краешек дивана, — я хочу заказать у вас свадьбу.

— Это кто-то из твоих знакомых? — я сразу успокоилась и потянулась к записной книге. — Давай я посмотрю, что там у нас по записи. Конечно, сейчас лето, график плотный, но думаю, мы сумеем куда-нибудь их всунуть, особенно если они не очень привередливы, и если…

— Не очень, смотри свой график.

— Ну вот, через два месяца есть окошко…

— Это поздно, мне надо поскорее, — мотнул головой Тэхен. — Недели через две.

— Разве можно за такой срок подготовить нормальную свадьбу? — возмутилась я.

— Я думал, здесь работают профессионалы, — прищурился Тэхен.

— Ладно, — закусила я карандаш, перелистывая страницы. — А что за спешка? Невеста случайно не в положении?

— Не знаю, — загадочно оскалился Тэхен.

— Не дай Бог! — воскликнула Джи и почему-то подозрительно глянула на Тэхена. — Как это ты не знаешь?

— Ты чего? — подняла я на нее удивленный взгляд. — Да на здоровье, нам главное быть в курсе, чтобы не устроить молодоженам лишний экстрим. Нет окошек, давай мне имена своих молодоженов и контактные телефоны, будем вести параллельно в четыре руки.

— Нам не привыкать, — поддакнула подозрительно довольная Джи.

— Пиши, — начал диктовать Тэхен номер телефона.

— Не так быстро, — сказала я строго, — я не успеваю.

Цифры показались подозрительно знакомыми, но я жестом показала Тэхену, чтобы диктовал дальше.

— Невеста: Руби Дженни Ким. Жених: Ким Тэхен, — он закончил, и я целую минуту вчитывалась в то, что написала.

— Это… Что? — подняла глаза и уставилась на Тэхена. — Это же мой номер телефона!

— Там еще и твои фамилия, имя и отчество! — подсказал этот умник. — И мои, кстати, тоже.

— Тэхен, я работаю, а ты со своими розыгрышами! — возмущенно заговорила я и осеклась.

Потому что в кабинет вплыл огромный букет роз. Такой большой, что даже не прошел в дверь с первой попытки.

— Тебе не кажется, что ты слишком заработалась, любимая? — широкая улыбка Тэхена сбила бы с толку кого угодно, только не меня. — Я пришел заказать нашу свадьбу и приглашаю тебя быть на ней невестой.

— Ты мне зубы не заговаривай, Тэхен, — сказала я, приглядываясь к букету. — Лучше скажи, откуда у цветов ноги?

— Очевидно, что букет кто-то несет, — развел он руками.

— Да, но там целых три пары ног.

— Что делать, дорогая, букет слишком большой, а хозяева ног не очень.

Изнутри букета донеслось сдавленное хихикание, мы втроем переглянулись и тоже чуть не рассмеялись. Я снова сдвинула брови и постучала карандашом по столу.

— Но хозяева ног должны сейчас спать в садике. У них тихий час.

— Мы не в садике, мама, — показалась из-за цветов мордашка младшего сына.

— Нас папа забрал после обеда, чтобы мы ему помогли! — Сухо как всегда единственный, кто высказался по сути.

— Мамуль, ну давай ты согласишься и выйдешь замуж за папу, а? — Ли тоже выглядывает из-за букета.

Я обвела всех присутствующих загадочным взглядом и снисходительно кивнула.

— Обсудим.

Паркуюсь у ворот садика и вхожу в калитку. Воспитатели вывели детей во двор, и я ищу глазами своих тридешек. Мое внимание привлекает девочка, которая стоит неподалеку одна и смотрит себе под ноги.

Раньше я ее не видела, может, новенькая? Странно, что в нашей группе, на вид девочка выглядит старше, наверное, потому что очень высокая. Высокая и худенькая. Даже не худенькая, хрупкая. Такая, что руки кажутся тонкими веточками.

Девочка поднимает глаза, и я поражаюсь, какими они у нее кажутся огромными, на пол-лица. Это потому, что личико тоже худенькое и скулы высокие. Очень необычная внешность, ее вот прямо сейчас можно брать за руку и вести в ближайшее модельное агентство.

— Мама пришла!

— Мамочка!

— Мамуля! — кричат мои тридешки, бросаясь ко мне, и я замечаю, как девочка вздрагивает, еще ниже опускает голову и обнимает себя за плечи.

Но мои дети сразу же отвлекают, завладевая моим вниманием. Я перебрасываюсь несколькими словами с воспитательницей — у нас теперь новая, Рудольфовна все-таки уволилась, — и увожу детей к машине.

— А у нас девочка новенькая, — сообщает Сухо.

— Пак Розе, — спешит сказать Лисочка.

Пак… Пак… знакомая фамилия… Вспомнила! Мне о них Джи говорила, это ее отца мы встретили на въезде в поселок, когда ехали к Кимам. Кажется Хосок*. И он выгнал свою жену сразу после рождения дочери? Теперь стало ясным поведение девочки, когда мои дети бросились ко мне обниматься.

— Не Роше, а Розе, — поправляет со знанием дела Джексон и добавляет: — Она вредина!

— Да? Почему ты так решил? — лавирую между забаррикадировавшими меня машинами.

— Она игрушки у всех забирает прячет. И Ивана стукнула.

— Ивана? — не скрываю удивления. — Какая отважная девочка!

— Зайчиком, — подтвердила Лисочка. — Он ее дразнил.

— А вы почему не заступились? — спрашиваю близнецов.

— Она нам не нравится, — засопел Джексон.

— Ну и что, девочек надо защищать, особенно от таких как Иван, — качаю головой и включаю поворот.

— За нее Бодька заступился, — неожиданно ответил Сухо, — он ему навалял.

— Богдан? — удивленно переспрашиваю сына. — он же не ходит.

Я в самом деле удивлена. Богдан — сын нашей учительницы иностранных языков. В нашем элитном садике дети могут изучать несколько языков по выбору. Их преподает Полина Сергеевна*, по виду моя ровесница.

Ее сына Богдана неправильно сросшийся перелом усадил в инвалидное кресло, и она собирает деньги для лечения в немецкой клинике. Мы весной собирали им помощь всем родительским коллективом. Но подробностей я не знаю, я не так близко с ней знакома.

На экране телефона мигает вызов, — Тэхен! — и я включаю блютуз гарнитуру.

— Вы скоро, любимая? — слышу его голос, и губы сами тянутся в улыбке.

— Это папа? — оживляются сзади наши дети.

— Папа, — отвечаю им и Тэхену: — Уже едем.

— Я тоже еду, увидимся дома. Люблю всех четверых.

Он отключается, а у меня до самого дома не сходит с лица улыбка. Нашего с Тэхеном дома…