14
Встречи с Ликой были для Софы редкой валютой, которую она тратила с осторожностью. Это была не роскошь, а необходимое ТО для образа «нормальной жизни», который надо было поддерживать, чтобы не заподозрили в полном отрыве от реальности.
Лика оказалась полной противоположностью Софы во всём, кроме вкуса. У неё были короткие, почти мальчишеские чёрные волосы, подстриженные ёжиком, и тёмные, очень живые глаза. Она была одета во всё чёрное — кожаная куртка, рваные джинсы, грубые ботинки, но смотрелось это на ней не агрессивно, а артистично. Дизайнер интерьеров с бунтарской жилкой и циничным чувством юмора. Именно поэтому они и подружились в своё время — обе видели мир без розовых очков, только Лика выражала это через эпатаж, а Софа — через холодный расчёт.
Встретились они не в пафосном кафе, а в полуподвальном баре с плохим светом и хорошим виски — месте Ликиного комфорта. Софа, в своём фирменном бежево-розово-золотом ансамбле (кремовый кашемировый свитер, белые брюки, розовое золото тонкой цепочки на шее и такие же серьги), смотрелась здесь как экзотический цветок на стройке. Но её белые оригинальные кроссовки были безупречно чисты, а лёгкий, тёплый шлейф ванили от духов и свежего дезодоранта создавал вокруг неё свой, чистый контур.
— Боже, Сонь, ты как с обложки журнала «Как разориться на базовом гардеробе и не выглядеть дорого», — фыркнула Лика, обнимая её. От неё пахло сигаретами, кожей и джином.
— А ты как с раздачи грантов на съёмки русского артхауса, — парировала Софа, садясь на табурет. — Как дела с тем пианистом? Не сбежал от твоего гонора?
— Сбежал, — вздохнула Лика, заказывая две порции виски. — Убоялся, что я заставлю его играть на развалинах какого-нибудь завода. А у тебя как? Всё ещё живёшь в этом золотом гетто с репером-затворником? Он не пытается всучить тебе золотые цепи с черепами?
— Глеб, — поправила Софа, вращая бокал. — И нет, не пытается. У нас чёткие, почти дипломатические отношения. Границы установлены, территория поделена.
— Дипломатические, — исказила губы Лика. — Слушай, я погуглила. Он же не просто затворник. Он, прости господи, Pharaoh. У него басы ломятся отовсюду, а ты говоришь «дипломатические отношения». Вы там что, ноты обмениваетесь вместо слов?
Софа позволила себе лёгкую улыбку. Виски был хорош.
— Что-то в этом роде. Он делает музыку. Я помогаю с организацией пространства, чтобы его не отвлекало. Взаимовыгодный симбиоз. Два профессионала на одной территории.
— Профессионала, — не отставала Лика, прищурившись. — Соня, ты пахнешь ванилью и выглядишь как ангел с подиума. Он пахнет, я подозреваю, бензином и никотином и выглядит как падший ангел с татухами. Это не «симбиоз». Это сюжет для какого-нибудь мрачного ромкома. Ты точно уверена, что между вами ничего нет?
Софа отпила виски, чувствуя, как тепло разливается по телу. Здесь, в подвале, с Ликой, можно было на секунду опустить щит.
— Лик, — сказала она тихо, но очень чётко. — Есть вещи, которые сложнее, чем «что-то есть» или «ничего нет». Есть территория. Есть безопасность. Есть договорённость. И есть человек, который понимает, что значит... выживать. Всё остальное — белый шум. И он мне не нужен.
Лика замерла, изучая её лицо. Её насмешливость угасла, сменившись редкой серьёзностью.
— Выживать? Из-за кафе того, с долгами?
— И не только, — Софа не стала развивать тему. — Суть в том, что мы с Глебом... на одной волне. Без лишних вопросов. И это дорогого стоит. Дороже любого романа.
Лика медленно кивнула, поняв, что дальше лезть не стоит.
— Ладно. Как скажешь. Просто... если эта «волна» станет слишком опасной, ты знаешь, где меня найти. У меня есть диван, виски и молоток для разборки стен. Пригодится в любой ситуации.
Они проговорили ещё час, переключившись на абстрактные темы: искусство, политика, мерзкие клиенты Лики. Это была глоток воздуха. Простого, ироничного, человеческого.
Возвращаясь домой пешком, Софа ловила на себе взгляды. Её образ — мягкий, светлый, дорогой — диссонировал с её внутренним состоянием: холодным, собранным, боевым. Но в этом и был смысл. Камуфляж.
В квартире пахло кофе и озоном от работающей техники. Глеб сидел на диване, уткнувшись в ноутбук. На экране — сложные графики и столбцы цифр, явно не связанные с музыкой. Он был в чёрном худи, накинутом на голый торс, волосы растрёпаны от привычки проводить рукой по голове, когда думал.
— Вернулась, — бросил он, не отрываясь от экрана. — Как твой чёрный ёжик-подруга? Не уговорила тебя покраситься в зелёный и уехать в коммуну к анархистам?
— Пока нет, — ответила Софа, ставя сумку. Её взгляд скользнул по экрану. — Подводятся итоги квартала?
— Что-то в этом роде, — он щёлкнул по клавише, закрывая вкладку. Его взгляд оценивающе скользнул по её бежево-розовому ансамблю. — Ты как будто с другого берега. Чистая, светлая. Контраст.
Она подошла к кухонному острову, налила себе воды.
— Белый шум, — сказала она, как бы себе.
— Что?
— Ничего. Просто думала вслух. Лика спрашивала, есть ли между нами что-то.
— И? — в его голосе не было ни напряжения, ни насмешки. Просто деловой интерес.
— Я сказала, что есть территория, безопасность и договорённость. И что это дороже.
Глеб закрыл ноутбук с лёгким щелчком.
— Правильный ответ, — произнёс он. Прагматично. Без эмоций. — Чисто, чётко, без подтекстов. Именно так и надо. Держать дистанцию. Даже... особенно с теми, кто её понимает.
Он посмотрел на неё, и в его зелёных, обычно таких плоских глазах, мелькнуло что-то сложное. Не нежность. Скорее, признание. Признание в том, что они оба отлично играют эту игру в «профессионалов», зная, что под ней скрывается нечто гораздо более тёмное и прочное, чем любая страсть.
— Завтра утром будет выезд, — сменил он тему, голос снова стал оперативным. — Нужно проверить один склад на окраине. Будет холодно и грязно, одевайся соответственно. Белый кашемир не подойдёт.
— У меня есть тёмный непромокаемый комплект, — кивнула Софа. — Детали?
— Всё в зашифрованном файле, пароль старый. Иди отдыхай. А то от тебя пахнет виски и... другой жизнью. Сбивает с рабочего настроя.
Софа усмехнулась и направилась к своей комнате. На пороге обернулась. Он снова открыл ноутбук, его лицо озарилось холодным синим светом экрана.
— Глеб.
— М?
— Тот склад. Там ожидаются проблемы?
— Всегда ожидаются, — он пожал плечами, не отрывая взгляда от цифр. — Но мы с тобой — профессионалы. Разберёмся. Спокойной ночи, Софа. И... держи свой берег. Он нам ещё пригодится.
Она закрыла дверь, прислонилась к ней спиной. «Держи свой берег». Это был их код. Она — светлый, упорядоченный, пахнущий ванилью берег. Он — тёмный, хаотичный, цифровой океан данных и нелегальных схем. И они оба понимали, что им нужны оба этих берега, чтобы не сойти с ума. Чтобы оставаться в равновесии. Чтобы продолжать жить в этом странном, чудовищном и единственно возможном для них симбиозе, где чувства были роскошью, а выживание — единственной реальной валютой.