Stockholm Syndrome

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
Перед прочтение хочу предупредить вас, я поняла что главы достаточно большие, поэтому разделила каждую главу на 2 части. Каждые 2 части будут выходить одновременно, поэтому не волнуйтесь, огромное спасибо что прочитали это

***

Боль. В руки словно вонзили тысячи иголок, от чего их буквально сводит. Обычно так болят ноги, если их пережать, а после расслабить. Но здесь дело другое. Сквозь сон Накахара пытается понять, по какой причине он испытывает такую боль в руках. Сонно потягиваясь и зевая, рыжий рефлекторно хочет прикрыть рот рукой, но что-то удерживает его руки над головой.

- Какого...

Открыв глаза и не обнаружив рядом с собой Осаму, он несколько раз моргает, надеясь на то, что это какой-то странный сон. Однако нет. В голову медленно приходит осознание. Его руки. Подняв локти и сильно дёрнув руки на себя, он лишь подтягивает своё хрупкое тельце выше к холодным брусьям у изголовья кровати. Паника. Не то чтобы он боялся оказаться прикованным к чему-либо, но вот к кровати... Учитывая, что он ночевал с Дазаем, это было предсказуемо, но всё же.

-Какого хера, блять, Дазай? - кричит Чуя в глубь дома, но ответа не следует.
- Вот же ублюдок... Вот только увижу его, и обязательно обоссу его нахальное лицо.

Подняв вверх взгляд, Чуя старается определить, чем именно он прикован. Банальность. Обыкновенные наручники, предусмотрительно украденные из «тюрьмы» портовой мафии.

- Либо ты, кусок дерьма, сейчас же придёшь и всё мне объяснишь, либо я разнесу тебе половину комнаты, - в ответ вновь тишина.
- Да, просто обожаю разговаривать сам с собой.

Избавиться от наручников - пара пустяков. Добиться объяснений от Дазая - невыполнимо. Это Чуя знал, как... свою шляпу. А её он знал от ниточки до ниточки.

Ловко высвободив руки и выкинув наручники в окно (чтобы его перебинтованному товарищу не пришло в голову использовать их снова), Накахара с долей злости зашагал прочь из комнаты.

Непонимание сменилось гневом. Хотелось вмазать по наглой морде Осаму, чтобы тот впредь не вытворял такого. С горечью отмечая, что грубый металл натёр ему запястья, рыжий недовольно фыркнул. Да, пускай его назовут неженкой, но буквально одно резкое действие в его сторону - и на теле оставался след. Издержки жизни? Или способности? Да даже если это простая физиологическая особенность, Накахаре было всё равно. Просто он никому не позволял подходить к себе ближе, чем на расстояние вытянутой руки. Кроме Осаму, само собой. И этот наглый придурок прекрасно знал обо всех слабостях рыжего. Так почему он сцепил руки?

Да, Чую бесил не столько факт того, что Дазай решил приковать его, сколько осознание того, что он сделал это намеренно. А значит, им двигала какая-то цель. Потребность, которую было необходимо удовлетворить.

- Уже проснулся? А ведь ещё очень рано, я хотел разбудить тебя сам.

Осаму сидит на том же стуле, что и вчера, и смотрит вдаль. Услышал он Чую по шагам или по нервному прерывистому дыханию - остаётся загадкой.

- Ты, ублюдок, - Чуя подходит сзади и хватает напарника за шею, про себя отмечая, что она ещё не перебинтована (Сколько вообще времени?).

- Так спокоен, потому что наигрался со мной?

- Не понимаю, о чём ты, - спокойно отвечает Дазай на выдохе. Тонкие пальцы сильно сдавливают шею, от чего мафиози испытывает мазохистский кайф.

- Я ещё и не начинал играть с тобой.

- Не прикидывайся идиотом. Ты прекрасно понимаешь, о чём я. Разумеется, я догадывался, что у тебя больная фантазия, но ты... - костяшки пальцев рыжего побелели, но Дазай по-прежнему даже не дёрнулся.
- Ты испортил мои руки. Или твоя пустая голова забыла, что ты можешь повредить меня любым неосторожным действием?

- Ты злишься на меня, Чуя?

- Мечтаю убить тебя. Но не злюсь. А знаешь, почему? Потому что у злых мальчиков рано падает хуй.

- Ты ослабил хватку, - так же спокойно сказал Дазай.

- Я не хочу рассказывать тебе, зачем я это сделал.

- Ох, блять, но тебе придётся! - останавливая Накахару, который вновь собрался сдавить шею, Осаму чуть опускает голову на бок и трётся щекой о руку Чуи.

- Ты...

- Я так боялся, что ты уйдёшь от меня сегодня ночью.

- Что ты несёшь? Снова накурился чего-нибудь с самого утра? Куда бы я делся ночью? Пешком из лесозоны пошёл бы на трассу торговать жопой или что? Дазай всё так же, как кот, трётся о тонкое предплечье Чуи, довольно расплываясь в улыбке.

- Обещаю, я пораню себя так же, как поранил твои запястья наручниками, - он поднял взгляд вверх, в то время, как Чуя прекратил душить его, сдаваясь.
- Я буду более предусмотрителен, правда.

- Тц. Если ты снова собрался резать себе вены, то не стоит. Лучше ответь: ты сделал это, потому что боялся, что я уйду, или у тебя была другая цель? Можешь посвятить меня во все свои больные фантазии, чтобы я успел собрать свои вещи и съехать в ближайший отель.

- Я хотел поговорить, но ты спал. Не стал будить тебя. Такой ответ устроит?

Чуя сел напротив него и закурил, стараясь успокоиться. Хотя, внутренне он уже был спокоен, но вот руки по прежнему тряслись.

- Дазай, - он глубоко затянулся, а после томно выдохнул.
- Мы знакомы не первый день, и хорошо знаем друг друга. Знаем привычки, повадки, тактику боя, и даже сколько раз в день приходится мириться со стояком в штанах, - Дазай издал краткий смешок, после которого рыжий снова наполнил лёгкие никотином и продолжил.
- И я прекрасно понимаю, что твоя голова постоянно загружена странными мыслями, вот только... Я не могу их прочесть. И помочь тебе не могу. Я не хочу сейчас заводить разговоры о прошлом и настоящем, но просто хочу, чтобы ты знал: если тебе нужно поговорить, ты можешь разбудить меня среди ночи, и совсем не обязательно сцеплять мои руки. Когда я уйду от тебя - можешь ловить и тогда приковывать хоть к рельсам.

- И почему ты так спокойно говоришь об этом? Не похоже на тебя.

- Потому что я не собираюсь уходить, понятно? И просто вбей себе в голову, что я не тот, кто может в один момент бросить друга.

Из-за долгого монолога Чуи, половина сигареты стлела просто так. Осаму с грустью подумал, что однажды и представления Чуи о нём перегорят так же, как и смолистый наполнитель. Вот только, в сигарете их отношений нет фильтра. И однажды Накахара подавится пеплом, обжигая свои бледные губы. Губы, принадлежащие Дазаю. И тогда ожоги будут напоминать рыжему о том, что он и сам больше не принадлежит самому себе. Он осознает, что всегда был предназначен только Дазаю.

Сегодня наступит это однажды.

По правде говоря, первый день командировки всегда оканчивался неудачей. Это было, своего рода, проклятьем. Как бы сильно они не старались навести хоть какие-нибудь справки на необходимых мафии людей, в конечном счёте выходило так, что они отставали на несколько шагов.

- Завалим это дело - и нас больше не заставят работать, - натянуто весёлым голосом протянул Накахара.

Они шли по длинной дороге, возвращаясь домой. Над их головами высились огромные ветви деревьев, которые создавали небольшую тень.

- Конечно, - Дазай блаженно вздохнул.
- Будет здорово лежать в одной могиле с тобой. Или же, зная Мори и его пристрастия, хотя бы плавать в одном трупном мешке в мировом океане. Красота!

- Чего это ты такой бодрый? - прищурился Накахара.

- Это не будет считаться двойным суицидом, да и потом... Ты всегда можешь воспользоваться помощью детективного агентства. Ты ведь однажды так и поступил.

- Да, я оступился. Но вовремя понял, что работа с извращенцем-коротышкой мне более по душе.

- А как же «добрые дела», - Чуя сделал воздушные кавычки.

- Вполне доброе дело, со стороны Фукудзавы, спасти бывшего сотрудника от казни.

-Кто-то всё ещё раздражён, что я когда-то безнаказанно ушёл из мафии?

- Кто-то из нас является настоящим придурком, боящимся потерять рыжего извращенца, хотя когда-то сам бросил его.

Дазай остановился, а Чуя по-прежнему лениво переставлял ноги, поскольку нормально идти не было ни сил, ни желания. Отойдя от Осаму на пару метров, он заметил отсутствие напарника и обернулся, изгибая бровь в немом вопросе.

- Чуя... Ты правда обижен на меня из-за того случая?

- Блять, только не это... - простонал рыжий, глядя в серое небо.

- Не говори мне, что ты собрался загоняться из-за этого.

- Я... Я правда дерьмово поступил тогда.

Чуя тяжело вздыхает и подходит к Дазаю, кладя руку ему на плечо.

- Это было давно. И это в прошлом. Мы живём здесь и сейчас, поэтому я хочу видеть того Дазая, который совершает решительные поступки и не нуждается в пустых утешениях. Кто ты, мать твою, такой, и что ты сделал с моим прежним напарником?

Дазай довольно улыбается - Чуя выдыхает.

- Я идиот, да? Знаю, что ты так подумал, но не озвучил этого.

- В любом случае, твой уход подарил мне немного информации, с помощью которой я могу подъёбывать Рюноске. Секундная пауза. Оба заливаются смехом.

- Значит, всё в порядке? - успокоившись, спрашивает Осаму.

- Значит это только одно: если мы не пошевелим жопами, то пойдёт дождь и промочит твои штаны. Ты отстудишь яйца, а потом будешь выть от боли.

- Ты устал?

- С чего вдруг такие вопросы?

Дазай взглядом указывает на свои плечи и Чуя любезно принимает приглашение. Всё по старой схеме: Дазай подхватывает бёдра Чуи, а тот по-королевски укладывает голову на каштановый затылок. - Так что ты там говорил, ты подкалываешь Акутагаву?

Хорошо, Чуя. Я стану таким, как ты попросил. Теперь я буду действовать исходя из твоих желаний и моих побуждений.

***

Продолжение следует...

-----------
Наконец-то я дописала эту главу...
Спасибо огромное за 57 подписчиков!!
На днях я постараюсь продолжить это фф, и ещё дописать старый по фэндому "геншин", не забывайте ставить ⭐ если вам понравилось!
-----------