часть 31
Через полчаса я начала собираться домой. Вечер подошёл к концу, глаза слипались, а нога хоть и не болела, но давала знать о себе лёгкой усталостью.
Я обулась у двери и начала прощаться с Олей, Егором и Артёмом. Оля повисла на мне, чмокая в обе щеки:
— Ты завтра позвони, хорошо? А то опять пропадёшь!
— Обязательно, — пообещала я.
Егор пожал мне руку, Артём махнул из глубины коридора, даже не отрываясь от ноутбука. А потом я повернулась к Никите, который стоял чуть поодаль, облокотившись на стену.
Я потянулась, чтобы обнять его на прощание, думая, что он остаётся здесь. Но он вдруг шагнул ко мне, ловко подхватил на руки и направился к выходу.
— Никита! — пискнула я. — Ты чего?
— Провожаю, — коротко ответил он и вышел за дверь, оставив друзей с открытыми ртами.
В лифте я пыталась возмущаться, но он только крепче прижимал меня к себе и улыбался.
— Ты что, собираешься ехать со мной?
— Ага.
— А вещи?
— У меня всё с собой, — он кивнул на небольшой рюкзак за спиной.
Я рассмеялась и сдалась.
---
В такси Никита не отпускал меня ни на секунду. Сидел, обняв за талию, и смотрел в окно на ночную Москву. Где-то на половине дороги я почувствовала, как его голова тяжелеет и медленно опускается мне на плечо.
Я повернулась — он спал.
Уставший, вымотанный событиями последних дней, но такой спокойный и безмятежный во сне. Я осторожно прижалась щекой к его лбу и начала легонько гладить по волосам, перебирая светлые пряди.
Он еле заметно улыбнулся во сне. Видимо, чувствовал.
Так мы и ехали — он спал на моём плече, а я смотрела на него и думала о том, как сильно люблю этого человека.
---
Когда такси остановилось у моего дома, пришлось его будить.
— Никита, — позвала я тихо. — Приехали.
Он завозился, сморщил нос и приоткрыл глаза.
— М-м-м? Уже?
— Уже, — улыбнулась я.
Мы вышли из машины и направились к подъезду. Я уже собиралась открыть дверь ключом, как вдруг Никита резко схватил меня за руку и развернул к себе.
И поцеловал.
Так крепко и долго, что у меня перехватило дыхание. В этом поцелуе было всё — и прошедший день, и его признание, и моё прощение, и наша любовь. Я обвила его шею руками и ответила, забыв про всё на свете.
Когда мы наконец оторвались друг от друга, я тяжело дышала.
— Никита... — выдохнула я.
— Прости, — усмехнулся он, — не смог уже терпеть.
— Ну ты бы хотя бы дома это сделал, — рассмеялась я, пряча смущение.
— Дома так дома, — согласился он, приобнял меня за талию, и мы вошли в подъезд.
---
Дома я первым делом отправилась в ванную, а когда вышла, увидела, что Никита уже переоделся и направился в зал.
— Ты куда? — удивилась я.
— Спать, — пожал он плечами. — В зале.
— Зачем в зале? Иди в спальню.
Он замер и посмотрел на меня с таким выражением, будто я только что предложила ему выигрыш в лотерею.
— Правда?
— Ну не на полу же тебе спать, — улыбнулась я. — Иди давай.
Он не заставил себя упрашивать. С разбегу, по-детски радостно, он влетел в спальню и плюхнулся на мою кровать в позе звезды, раскинув руки и ноги в разные стороны.
— Моё! — заявил он довольно.
Я рассмеялась и забралась следом.
— Подвинься, звезда.
Он послушно подвинулся, а когда я легла, крепко притянул меня к себе. Я уткнулась носом в его грудь, чувствуя, как бьётся его сердце — ровно, спокойно, надёжно.
— Ника, — прошептал он в темноте.
— М?
— Я тебя люблю.
Я улыбнулась и поцеловала его в шею.
— Я тоже тебя люблю.
Он вздохнул, поцеловал меня в макушку и прижал ещё крепче.
— Спи, моя хорошая.
— Спокойной ночи, Никита.
И мы заснули. Вдвоём. В моей кровати. В обнимку.
Так, как должно быть.
Утро наступило как-то незаметно. Я открыла глаза и первое, что увидела — его лицо. Никита ещё спал, уткнувшись носом мне в волосы, и его дыхание было ровным и тёплым.
Я лежала и боялась пошевелиться, чтобы не разбудить его. Просто смотрела на него — на эти светлые ресницы, на лёгкую улыбку, тронувшую уголки губ, на расслабленное, безмятежное выражение лица.
Сердце переполняла такая нежность, что я готова была замурлыкать.
Через некоторое время он завозился, приоткрыл один глаз и тут же улыбнулся.
— Ты чего не спишь? — прошептал он хрипловатым со сна голосом.
— На тебя смотрю, — честно призналась я.
— Нравится?
— Очень.
Он довольно зажмурился и притянул меня ближе.
— Можно так полежать вечность?
— Можно, — рассмеялась я. — Но тогда мы пропустим завтрак.
— Ах да, завтрак, — он потянулся и вдруг оживился. — А давай сходим куда-нибудь?
— В смысле?
— Ну, в кафе. В уютное место. Чтобы позавтракать как нормальные люди, а не на твоей кухне.
— Ты считаешь мою кухню ненормальной? — притворно возмутилась я.
— Твоя кухня идеальна, — чмокнул он меня в нос. — Но иногда хочется выйти в люди. Тем более ты теперь можешь ходить без костылей.
Я задумалась. И правда — нога больше не болела, можно было позволить себе нормальную прогулку.
— Хорошо, — согласилась я. — Давай сходим.
Мы быстро собрались. Я надела лёгкое летнее платье, Никита — джинсы и футболку. Через полчаса мы уже сидели в маленьком уютном кафе неподалёку, с видом на набережную.
Завтрак был идеальным. Свежие круассаны, ароматный кофе, ягодные джемы и этот вид из окна. Мы болтали о всякой ерунде, смеялись, кормили друг друга и чувствовали себя абсолютно счастливыми.
— Никит, — сказала я, когда мы допивали кофе. — А давай сегодня вечером куда-нибудь сходим?
— Куда?
— Ну, не знаю. Погуляем по городу. Или в кино. Или просто посидим где-нибудь. Мы же ещё ни разу не были на нормальном свидании.
Он замер, обдумывая мои слова.
— А ведь правда, — сказал он задумчиво. — Вся наша история — сплошное свидание. Италия, твоя квартира, встречи у друзей... А нормального, классического свидания не было.
— Вот именно, — кивнула я.
— Значит, сегодня вечером, — объявил он. — Я забираю тебя в семь. Одевайся красиво.
— Куда пойдём?
— Сюрприз, — загадочно улыбнулся он.
---
После завтрака мы разошлись по делам — ему нужно было на студию, мне заскочить в офис. Но весь день я провела в приятном предвкушении.
В шесть начала собираться. Выбрала лёгкое летнее платье — нежно-голубое, в пол, с открытыми плечами. Волосы уложила мягкими волнами, макияж сделала лёгкий, но выразительный. Взяла маленькую сумочку и босоножки на невысоком каблуке — нога ещё не готова к шпилькам.
Ровно в семь раздался звонок в дверь.
На пороге стоял Никита. В светлых брюках, белой рубашке с закатанными рукавами и с букетом полевых цветов. Светлые волосы уложены, глаза сияют.
— Вау, — выдохнула я.
— Ты обо мне? — усмехнулся он.
— О нас обоих, — улыбнулась я, принимая цветы.
Он окинул меня взглядом с головы до ног и довольно кивнул.
— Ты богиня.
— А ты прекрасен, — парировала я.
Он поцеловал меня в щёку и протянул руку.
— Идём?
— Идём.
---
Мы сели в такси и поехали в центр. Никита всю дорогу загадочно молчал и только улыбался на мои вопросы.
Машина остановилась у набережной. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая Москву-реку в золотистые тона.
— Идём, — сказал Никита, выводя меня к воде.
Там, у самого берега, стоял небольшой столик, накрытый белой скатертью. Горели свечи, играла тихая музыка, а рядом суетился официант.
— Никита... — выдохнула я. — Это...
— Нравится? — спросил он, глядя на меня с надеждой.
— Это потрясающе, — я повернулась к нему и обняла. — Спасибо.
Мы сели за столик. Официант принёс шампанское (мне — безалкогольное, как я люблю), закуски и основные блюда. Мы говорили, смеялись, смотрели на закат и на проплывающие мимо кораблики.
— Это лучшее свидание в моей жизни, — сказала я честно.
— У нас будут ещё, — пообещал Никита. — Много. Я тебе обещаю.
— Знаешь, — я посмотрела ему в глаза. — Я ведь даже не представляла, что так бывает. Что можно встретить человека и понять — вот он. Тот самый.
— Я тоже, — ответил он. — Но теперь я знаю. Ты — та самая.
Он взял мою руку и поцеловал.
— Я люблю тебя, Ника.
— Я люблю тебя, Никита.
Над Москвой зажигались огни. Начинался наш вечер. Наша жизнь. Наше счастье.
И оно было бесконечным.