часть 17
Мы вышли из самолёта, и тёплый сицилийский воздух обнял нас так крепко, что на мгновение перехватило дыхание. После кондиционированной прохлады салона это было как погружение в парное молоко — густое, ароматное, пахнущее морем и солнцем.
— Боже, — выдохнула Оля, запрокинув голову и прикрыв глаза. — Я хочу здесь жить.
— Только через мой труп, — усмехнулся Егор, подхватывая её под локоть и увлекая к выходу из аэропорта.
Мы направились к ленте выдачи багажа. Народу было немного, и наши чемоданы выехали первыми — будто сама судьба решила, что мы заслужили лёгкий путь.
Егор ловко сгрёб свой и Олин чемоданы, поставил их на тележку и довольно крикнул:
— Оля, что ты туда наложила? Кирпичи?
— Это подарки! — возмутилась она. — Тебе между прочим тоже кое-что есть.
— Тогда ладно, — смягчился он.
Я потянулась к своему чемодану — тёмно-синему, увесистому, который уже показался из-за резиновых полос ленты. Но стоило моей руке коснуться ручки, как чья-то мужская ладонь накрыла мою, а потом чемодан просто исчез из поля зрения.
Я резко обернулась.
Никита стоял позади, невозмутимо вытягивая ручку моего чемодана и пристраивая его рядом со своим — чёрным, таким же увесистым.
— Ты чего? — я моргнула, не понимая.
Он даже не посмотрел на меня, уже покатив оба чемодана к выходу.
— Эй! — я догнала его и попыталась перехватить свою собственность. — Отдай, я сама могу.
— Мне не трудно, — сказал он спокойно, не останавливаясь. — Чемодан вроде не сильно тяжёлый. — Он бросил на меня быстрый взгляд и добавил: — Смотри давай, где такси.
Я замерла на месте, глядя ему в спину. Он просто… взял и повёз мой чемодан. Без вопросов, без обсуждений. Как должное.
— Ника, ты чего застыла? — крикнула Оля, уже стоящая у выхода с Егором. — Догоняй!
Я тряхнула головой, прогоняя странное оцепенение, и полезла в телефон.
— Такси вызываю, — крикнула в ответ.
---
Через семь минут к нам подкатил белый минивэн — именно такой, какой нужен для четверых с четырьмя чемоданами. Водитель — типичный сицилиец с усами и неизменной улыбкой — быстро загрузил багаж, жестами показывая, что всё поместится, «don't worry, signorina!».
Мы забрались внутрь. Оля с Егором устроились на заднем сиденье и почти сразу начали возню — Егор что-то нашёптывал ей на ухо, она хихикала и пихала его в бок. Я села посередине, а Никита — у окна с другой стороны.
— Ну что, поехали? — спросил водитель с сильным акцентом, обернувшись.
— Si, si, — ответила я. — Отель «La Torre», пожалуйста.
— Bella scelta! — одобрительно кивнул он и тронул машину с места.
---
Мы помчали по узким сицилийским улочкам, которые постепенно расширялись, превращаясь в прибрежное шоссе. С одной стороны мелькали невысокие домики с терракотовыми крышами, с другой — открывалось море. Бесконечное, синее, сверкающее на солнце миллионами бликов.
Оля прилипла к окну, забыв про Егора.
— Ника, смотри! — закричала она. — Море! Настоящее!
— Я вижу, — рассмеялась я.
Егор обнимал её сзади, улыбаясь в макушку. Я поймала в стекле отражение Никиты — он тоже смотрел на море, но краем глаза будто следил за мной.
— Нравится? — тихо спросил он.
— Очень, — честно ответила я.
— Я рад.
И эти два слова почему-то согрели сильнее, чем сицилийское солнце.
---
Отель появился внезапно — белое здание, утопающее в зелени, с террасами, спускающимися прямо к морю. Мы вышли из машины, и ветер донёс солёные брызги. Где-то кричали чайки, пахло водорослями и свободой.
Пока водитель выгружал чемоданы, Никита снова оказался рядом с моим багажом. Я открыла рот, чтобы сказать, что сама справлюсь, но он опередил:
— Я донесу до номера. Только скажи какой.
— Никита, — начала я, но он уже катил чемодан к стойке регистрации.
Я посмотрела на Олю. Та стояла, обняв Егора, и смотрела на меня с такой многозначительной улыбкой, что захотелось её придушить.
— Что? — спросила я.
— Ничего-ничего, — пропела она. — Просто наблюдаю.
Я закатила глаза и пошла к стойке.
Впереди был отель, море и целая неделя на Сицилии.
И почему-то мне казалось, что самое интересное только начинается.
Оля и Егор поселились вместе. Егор, как выяснилось, оплатил им номер, который оказался даже роскошнее того, что я бронировала для нас с Олей изначально. Ну, ещё бы — парень явно хотел произвести впечатление. И, судя по сияющему лицу подруги, у него это получилось.
А вот с нами с Никитой вышло иначе.
Я думала, мы будем жить по отдельности. Но когда на ресепшене девушка с идеальной укладкой протянула нам две ключ-карты и с улыбкой произнесла: «Ваш номер на пятом этаже, синьора», я поняла, что судьба решила надо мной пошутить.
Никита — мой сосед. На неделю. В одном номере.
Я покосилась на него. Он стоял рядом с каменным лицом, но в уголках губ пряталась какая-то странная усмешка.
— Ну что, идём? — спросил он, подхватывая мой чемодан.
Я только вздохнула.
---
В лифт мы зашли вчетвером, но на четвёртом этаже Оля с Егором вышли. Егор чмокнул подругу в макушку, Оля обернулась ко мне и послала воздушный поцелуй с таким выражением лица, будто провожала меня на свидание.
— Удачи! — пропела она, и двери лифта закрылись, отсекая её хитрую улыбку.
Мы остались вдвоём. Я и Никита. В замкнутом пространстве. С моим чемоданом, который он всё ещё держал за ручку, как трофей.
Лифт медленно пополз на пятый этаж. В кабине повисла тишина — не неловкая, а какая-то… плотная. Будто воздух сгустился от всего, что мы не говорили друг другу.
Я смотрела на отражение Никиты в зеркальной стене. Он смотрел куда-то вперёд, но я видела, как его пальцы сильнее сжали ручку чемодана.
Двери открылись.
Никита вышел первым, уверенно покатил чемодан по коридору, остановился у двери с номером 512, приложил карту и — вошёл внутрь.
А я осталась стоять в коридоре.
Просто замерла перед закрытой дверью, за которой только что скрылся этот светловолосый, татуированный, невозможный человек.
— Э-э-эй, — позвала я тихо, но дверь не открывалась.
Я подняла руку, чтобы постучать, и в этот момент дверь резко распахнулась. Никита чуть не сбил меня с ног.
— О, — выдохнул он, едва не столкнувшись со мной лбами. — Вот ты где. А я уже думал, ты потерялась.
— Я… — начала я, но он перебил:
— Давай заходи быстрее.
Он отошёл в сторону, придерживая дверь, и я проскользнула внутрь.
Номер оказался огромным. Светлым, с панорамными окнами, выходящими прямо на море. Две кровати — раздельные, слава богу, — стояли по разные стороны комнаты. Между ними — стеклянный столик с фруктами и бутылкой просекко.
Но я не обратила на это внимания.
Я просто плюхнулась на ближайшую кровать, уткнулась лицом в прохладную подушку и выдохнула.
— Устала? — спросил Никита откуда-то сбоку.
— Не то слово, — пробормотала я в подушку.
Я услышала его шаги, потом скрип кровати напротив. Он сел.
— Отдыхай, — сказал он тихо. — Я пока разберу вещи.
Я приподняла голову и посмотрела на него. Он уже открывал свой чемодан, аккуратно раскладывая вещи по полкам.
— Никита, — позвала я.
Он обернулся.
— Спасибо. За чемодан. И вообще.
Он улыбнулся — той самой мягкой, тёплой улыбкой, от которой у меня внутри что-то переворачивалось.
— Обращайся.
Я снова уткнулась в подушку и закрыла глаза. За окном шумело море, в номере пахло деревом и чем-то неуловимо сладким. Где-то внизу смеялись Оля с Егором.
А я лежала и думала, что эта неделя обещает быть очень интересной.