часть 9
От лица Николь
Утро началось с Олиного звонка. Я уже проснулась и проводила утреннюю растяжку, когда экран моргнул её именем. Сонный голос подруги звучал так, будто она только что выиграла в лотерею и теперь спешила поделиться.
— Ника, у меня план! — выпалила она вместо приветствия.
— Оль, еще утро, — сказала я, но уже улыбалась. — Твои планы обычно заканчиваются чем-то безумным.
— Этот закончится вкусным ужином, обещаю! Короче, слушай…
Я слушала. И чем дольше она говорила, тем шире становилась моя улыбка. Ребятам зашло знакомство. Они хотят встретиться снова. Никита… ну да, Никита тоже. Оля так старательно делала голос безразличным, упоминая его, что я сразу всё поняла.
— Ладно, — сказала я, когда она закончила свой сбивчивый монолог. — Я сегодня свободна. Ресторан выберу на свой вкус. Подъеду в 18.30.
Оля взвизгнула и скинула трубку
Я посидела ещё минуту, глядя в стену, а потом резко села на кровати. Так. Выходной. Целый день в моём распоряжении. И вечер, который… ну, который я хочу провести красиво.
Я начала собираться почти сразу. Зная себя, если оставить выбор наряда на вечер, я передумаю двадцать раз и в итоге надену то же самое, что и вчера. Поэтому — стратегия: продумать образ заранее и не отступать.
Из шкафа я достала костюм, который купила месяц назад и всё не решалась надеть. Брючные шорты ниже колена из плотной молочной ткани, такой же жилет, идеально сидящий по фигуре. И к ним — бордовая приталенная футболка из мягкого хлопка. Строго, но не скучно. Женственно, но с характером. Я посмотрела на себя в зеркало, поправила волосы, оставив их свободно падать на плечи, и осталась довольна.
Макияж — лёгкий, почти незаметный. Только немного подчеркнуть глаза и добавить блеска на губы. В конце концов, это ужин, а не светский раут.
Я взяла сумку и пакет с наличными — давно собиралась положить их на карту, и сегодня был идеальный день, чтобы наконец это сделать. Выйдя из подъезда, я вдохнула тёплый июньский воздух и направилась к банку. Солнце припекало, настроение было каким-то… предвкушающим.
День тянулся медленно, как патока. Я успела заехать в банк, забрать заказ из любимого ателье, выпить два кофе и бесцельно побродить по книжному, выбирая, что почитать в ближайшие выходные. Мысли то и дело возвращались к вечеру. К тому, как ребята удивятся. К тому, как Никита снова посмотрит на меня своими светлыми глазами. К тому, что Оля явно что-то задумала.
В 18.20 телефон завибрировал. Оля.
— Ника, ну как ты? Мы уже почти готовы! — в голосе подруги слышалась лёгкая паника и куча энтузиазма.
— Спокойно, — усмехнулась я, заводя двигатель. — Пять минут — и я у вас.
— Ура! Ждём!
Я отключила звонок, включила поворотник и плавно вырулила со стоянки. Чёрный Range Rover послушно рыкнул двигателем и покатил по вечерним улицам, ловя закатные блики на полированном капоте.
Когда я свернула во двор Олиного дома, то невольно сбавила скорость. У подъезда стояли они. Все четверо.
Я на мгновение замерла, разглядывая их сквозь тонированное стекло. Оля — в чёрном платье с открытой спиной, с идеальными волнами волос и дымчатым макияжем. Егор — подтянутый, в тёмном пиджаке, возится с запонками. Артём — в очках и с галстуком, который явно его замучил, но он держится молодцом.
И Никита.
Тёмно-синяя рубашка, расстёгнутая верхняя пуговица, аккуратные брюки. Руки в карманах, взгляд куда-то в сторону, в конец улицы. Он выглядел… собранным. И при этом отстранённым. Будто он здесь, но не совсем.
Неужели они все так серьёзно отнеслись к этому вечеру? Ко мне?
Я тряхнула головой, отгоняя лишние мысли, и плавно подкатила к подъезду. Опустила стекло.
— Добрый вечер, — улыбнулась я, обводя взглядом всю компанию. — Такси подано. Прошу.
Оля просияла, Егор одобрительно хмыкнул, Артём присвистнул, разглядывая машину. А Никита… Никита поднял на меня глаза, и в них мелькнуло что-то, отчего у меня внутри всё сжалось в тугой, тёплый узел.
— Привет, — тихо сказал он.
— Привет, — ответила я, и, кажется, улыбнулась слишком широко.
День начинался обычно. А заканчивался чем-то, что я пока не решалась назвать.
Я вышла из машины, бросив короткое «секунду» ребятам, и направилась к пассажирской двери. Моя вечная привычка — сваливать все покупки на переднее сиденье — сегодня сыграла со мной злую шутку. Три пакета с обновками, которые я забрала из ателье, гордо возвышались на кресле, явно не собираясь уступать место пассажиру.
— Ох, ну вот, — пробормотала я, открывая дверь и начиная выуживать пакеты. Два удалось ухватить сразу, третий предательски завалился на бок и никак не хотел поддаваться.
— Снова ты, — усмехнулась Ника, наблюдая, как Никита ловко перехватывает пакеты, которые она безуспешно пыталась удержать в охапке.
— Снова я, — он приподнял бровь, в голосе проскользнула знакомая, чуть ленивая усмешка. — А ты не рада?
Ника замерла на секунду, встретив его взгляд. Вопрос повис в вечернем воздухе, наполненном запахом бензина и цветущих лип. Простой. Безобидный. Но почему-то от него у неё внутри всё дрогнуло.
— Не жалуюсь, — ответила она с лёгкой небрежностью, потянувшись к багажнику. — Ты неплохо справляешься.
— Стараюсь, — отозвался Никита, задвигая пакеты в багажник чуть дольше, чем требовалось.
Когда крышка захлопнулась, он не отошёл сразу. Стоял рядом, будто ждал чего-то. Или сам не знал, что делать дальше.
— Ладно, — Ника первой нарушила паузу, поправляя сумку на плече. — Спасибо.
— Обращайся, — кивнул он.
Она уже сделала шаг к компании, но на секунду обернулась:
— Я запомню.
И улыбнулась — быстро, почти неуловимо, но Никита заметил. Он вообще многое замечал, когда дело касалось её.
Мы вернулись к компании, и я наконец-то смогла нормально поздороваться со всеми. Егор пожал мне руку — крепко, по-деловому, но с тёплой улыбкой. Артём, всё ещё мучимый галстуком, радостно махнул и сообщил, что я «спасаю этот вечер своим появлением». Оля просто обняла меня, шепнув на ухо: «Ты шикарно выглядишь».
— Ладно, господа, прошу в экипаж, — я театральным жестом указала на открытые двери внедорожника.
Рассаживались с лёгкой суетой. Оля, как и договаривались, заняла переднее пассажирское кресло. Егор с Артёмом устроились сзади, уютно, по-хозяйски. Никита задержался на секунду, глядя на освободившееся место рядом с друзьями, но потом молча сел с краю.
Я поймала в зеркале заднего вида его отражение и нажала кнопку люка.
Мягкий гул мотора, вечерний воздух, врывающийся в салон, и музыка — та самая, громкая, драйвовая, которую я люблю. Басы вибрировали где-то в груди, ветер трепал волосы, и на душе было удивительно легко.
— Ты специально? — прокричала Оля, придерживая рукой свои идеальные локоны, которые уже начинали сдаваться под напором стихии.
— Конечно, — рассмеялась я, прибавляя громкость.
Сзади кто-то засмеялся — кажется, Артём. Егор что-то одобрительно хмыкнул. А я поймала в зеркале взгляд Никиты. Он не смеялся. Он просто смотрел на меня — долго, внимательно, будто пытался разгадать какую-то загадку.
Я отвела глаза и сосредоточилась на дороге.
В салоне играло что-то ритмичное, басы разгоняли вечернюю тишину двора, и прохожие оборачивались на наш чёрный «Рейндж», который с открытым люком и оглушающей музыкой выруливал со стоянки.
— Ника, мы сейчас весь район на уши поставим! — крикнул Егор с заднего сиденья, но в голосе его слышалось искреннее веселье.
— А мы ненадолго! — отозвалась я, вкручивая руль и выезжая на основную дорогу.
Оля уже смирилась с судьбой своих волос и просто откинулась на спинку кресла, прикрыв глаза и улыбаясь. Сзади парни что-то обсуждали вполголоса, то и дело поглядывая вперёд — то на меня, то на дорогу, то на мелькающие за окном огни вечерней Москвы.
Я поймала себя на том, что улыбаюсь. Просто так. Без причины.
Ну, может, и не совсем без.
В зеркале заднего вида снова мелькнуло отражение. Никита сидел, полуотвернувшись к окну, но я видела, как его взгляд то и дело возвращается в салон. Ко мне.
Я сделала музыку ещё громче.
Пусть слышат. Пусть весь город слышит. Сегодня был хороший день. А вечер обещал быть ещё лучше.