Глава 8
Наступил понедельник.
ДжиЁн не спала двое суток.
Темные круги под глазами, пустой взгляд.
Она готовилась к выпуску коллекции, но внутри всё сопротивлялось.
Кто ей поверит?
После того, как «Q» уже показали те же самые дизайны?
И самое странное — Хисын молчал.
Ни комментария.
Ни намёка.
Ни одного шага.
«Конечно, — думала она, — потому что это он всё подстроил. А теперь прячется».
_____________________________________
Коллекция вышла.
Вместе с ней — видеообращение ДжиЁн.
Она спокойно, твёрдо объяснила, что эскизы принадлежат ей.
Что это предательство.
Что у неё есть доказательства.
Она говорила уверенно.
Но внутри была пустота.
Она не верила, что сможет кого-то убедить.
И реакция публики оказалась хуже, чем ненависть.
Её просто... проигнорировали.
Ни поддержки.
Ни скандала.
Ни шума.
Тишина.
_____________________________________
Вечером Джухун вошёл в кабинет с тяжёлым выражением лица.
— Госпожа... мы упали на тринадцатое место.
13.
ДжиЁн замерла.
— Продажи?
— Даже пятидесяти процентов не реализовано.
Она молча взяла телефон и открыла комментарии.
• Если это плагиат, почему она раньше не выпустила?
• Компания Шим идёт на дно после ухода Шим Уджина.
• Шим ДжиЁн разрушила компанию Ли ради брака, а теперь сама тонет.
• Ей стоит закрыться и исчезнуть.
Каждое слово — как пощёчина.
— Госпожа, не обращайте внимания, — тихо сказал Джухун.
— Где Джэ-вон? — спросила она.
— Не отвечает. Возможно, занят.
ДжиЁн истерично усмехнулась.
— Мы в ужасном состоянии, Джухун.
— Всё наладится госпожа.
Она резко встала.
— К чёрту всё.
Схватила сумку и вышла. Джухун поспешил за ней.
Уже в лифте она сказала:
— Составь мне компанию. Выпей со мной.
Он замялся.
— Мы едем в бар. Туда, где тихо.
Он понимал — она не должна быть одна.
_____________________________________
Бар был спокойным, дорогим, почти пустым.
ДжиЁн сняла пиджак, распустила волосы.
Села за стойку.
— Алкоголь. Крепкий.
— Мне воду, — сказал Джухун.
Она выпила два стакана подряд.
Повернулась к нему.
— Знаешь, почему я в таком состоянии?
Он молчал.
— Любовь — ужасная вещь. Это чёртова любовь всё разрушила.
Она налила ещё.
— Поэтому никогда не влюбляйся, Джухун.
После седьмой рюмки её голос стал тихим.
После восьмой — дрожащим.
Слёзы текли свободно.
Джухун отошёл ненадолго.
Она уже лежала на столе, обессиленная.
Блузка слегка расстёгнута. Ей было жарко.
Она уснула.
____________________________________
Чья-то рука осторожно коснулась её.
— ДжиЁн.
Она резко открыла глаза.
Перед ней стоял Хисын.
Спокойный. Сдержанный.
— Ты слишком много выпила. Пойдём.
Она оттолкнула его.
— Что ты здесь делаешь?
— Пришёл забрать тебя.
— Я могу сама.
Он сел рядом.
Она смотрела на него затуманенным взглядом.
— Ты рад видеть меня такой? Да?
— Нет.
— Не думай, что я проиграла.
— Ты не проиграла ДжиЁн.
Она посмотрела ему прямо в глаза.
— Мне больно, Хисын. Очень.
Он молча слушал.
— Иногда мне кажется, что ты мне мерещишься... Каждый раз, когда вижу тебя, чувствую вину. И чувствую себя глупой.
— Ты не глупая.
Она схватила его за воротник рубашки, притянула к себе:
— Я так и не попросила у тебя прощения... Ни у тебя, ни у твоих родителей. Ты даже не обязан был жениться на мне. И любить тем более.
Слёзы стекали по щекам:
— Но почему ты поступил так? Ты заставил меня поверить в любовь. В твою любовь. Всё это было спектаклем?
Хисын взял её руки-
— Я не притворялся. Я правда начал что-то чувствовать к тебе.
— Врёшь! Любящий человек не стал бы раскрывать правду, унижая меня.
Он тихо ответил:
— А ты бы не рискнула моей компанией ради моей любви, если бы правда любила меня.
Она усмехнулась сквозь слёзы.
— Значит, теперь мы квиты? Ты дал мне почувствовать ту боль, что я причинила тебе?
Он мягко обнял её за талию.
— Я давно простил тебя, ДжиЁн.
Она посмотрела на него:
— А я — нет. Ни себя. Ни тебя. Поэтому я готова воевать с тобой всю жизнь. Пока один из нас не исчезнет.
— Не говори так прошу. Я люблю тебя. И хочу вернуть.
— Я не вернусь. Прими это.
Она толкнула его:
— Уходи.
Он не двинулся.
Она отвернулась и снова заплакала.
Он понимал её боль.
И просто стоял рядом.
Когда она попыталась встать, её ноги подкосились.
Хисын успел поймать её, прежде чем она упала.
Он осторожно поднял её на руки.
ДжиЁн уже ничего не понимала. Мир вокруг расплывался. Она больше не сопротивлялась — просто устала.
Её руки сами обвились вокруг его шеи.
Слабый, почти детский жест.
Хисын почувствовал, как что-то внутри болезненно сжалось.
Он никогда не видел её такой — сломленной, беззащитной.
И ненавидел себя за то, что стал частью этой боли.
Но отпускать он тоже не собирался.
Он вынес её из бара, не обращая внимания на взгляды.
Открыл заднюю дверь машины и осторожно уложил её на сиденье.
Она тихо вздохнула во сне.
Хисын сел рядом, аккуратно придерживая её голову, чтобы не ударилась.
Ни-ки завёл двигатель:
— Нам в особняк Шим? — спросил он через зеркало.
Хисын посмотрел на ДжиЁн.
На её спокойное, почти детское лицо.
На слегка припухшие от слёз глаза.
На губы, которые были чуть приоткрыты.
Он медленно ответил:
— Нет. Едем в наш особняк.
Ни-ки кивнул.
Машина тронулась.
Хисын осторожно убрал прядь волос с её лица.
Провёл пальцами по её виску — едва касаясь.
Он тихо усмехнулся:
— Воевать со мной всю жизнь? — прошептал он. — Хорошо, ДжиЁн. Тогда я буду воевать за тебя.
Машина ехала в сторону особняка, где когда-то они жили вместе.
Туда, где всё началось.
После того как машина остановилась, он вышел первым. Обойдя автомобиль, осторожно поднял ДжиЁн на руки и понёс в дом. Было уже поздно — в особняке стояла тишина, все спали. Хисын вошёл аккуратно, почти бесшумно, словно боялся нарушить покой не только дома, но и её сна.
Он донёс её до их спальни. До той самой комнаты, которая когда-то принадлежала им обоим. Осторожно уложил на кровать, стараясь не разбудить. Лишь когда его руки освободились, он отстранился и замер, глядя на неё.
ДжиЁн спала мирно и спокойно. Словно не было ссор. Словно она всё ещё его жена. Словно по-прежнему спит в его доме, в его комнате.
Хисын тихо накрыл её одеялом. Снял пиджак, бросил его на кресло и ещё долго стоял, не сводя с неё взгляда. Потом сел на край кровати, стараясь не создавать ни малейшего движения. Ему хотелось лечь рядом, притянуть её к себе и просто уснуть. Но он не посмел.
Знал: если она проснётся и поймёт, что они спали вместе, это вызовет лишь новый гнев.
Поэтому он поднялся и ушёл в гостевую комнату.