Рисунок первый.
Lauv - Modern Loneliness
Она сидела на уроке английского и рисовала карикатуры в маленьком блокноте с единорогом на обложке. Иногда она поднимала голову, чтобы посмотреть на учителя. Он то и дело что-то тараторил, вызывая у учеников лишь смертельную скуку. Однако не только его одного все игнорировали. Интересно, если бы она сейчас поднялась на парту с ногами, сняла футболку и закричала во весь голос, они бы заметили ее? Наверное, нет. Возможно, кинули бы в нее мутный взгляд и отвернулись снова.
Когда она снова осмотрела класс, все уже повставали со своих мест и стали выходить из класса. Это было первым предзнаменованием того, что школьные пытки закончились. Она тоже поднялась со своего стула и стала силой запихивать учебники и тетради в сумку. Вчера она купила новые краски, которые занимали много места, так что этот процесс превратился в еще одно мучение.
- Паркер? Я не помешаю? - к ней подошёл тот самый учитель, неловко переминаясь с ноги на ногу. Он будто бы тоже мечтал поскорее убраться оттуда.
- Помешаете. Я как раз вытаскиваю пушку, чтобы застрелиться. Вы меня отвлекаете, - заворчала она. Теперь она фаршировала сумку книгами еще усерднее. Ее учебники жалобно затрещали - один, кажется, даже порвался.
- Паркер, я хочу, чтобы твоя успеваемость стала лучше. Я знаю, что ты можешь это сделать, но не понимаю, почему не хочешь. Ты ведь намного умнее своих одноклассников, - он продолжал настойчиво стоять над душой, будто что-то вымаливая. Его противные очки вечно сползали на кончик носа, и он постоянно поправлял их в своей противной манере. Только от этого жеста пальцы Паркер сжимались до боли в костях.
- Правильно, потому что кто-то, - не будем показывать пальцем, - оставлял меня на второй год. И я не хочу говорит об этом, так что до нескорой встречи, мистер Лэйк! - и она упорхнула как бабочка, громко хлопнув дверью напоследок. Парк все думала о том, как жизнь к ней несправедлива, но только сильнее отчаивалась, так как не находила ни одной причины, почему весь мир повернулся к ней задом в один день. Всемирный заговор, не иначе.
По дороге в кафетерий, она чуть не убила одного из старшеклассников, налетев на него, когда пробегала очередной забитый людьми коридор. Она не знала, кто это был, но на автомате выпалила извинения и побежала дальше, путаясь в собственных ногах. Если бы она хотя бы взглянула на его лицо, то сразу бы узнала знакомую улыбку и эти небесно-голубые глаза.
- Что-то ты долго, Парк, - противно протянула одна из девушек, жуя розовую жвачку. Она и ее две подруги сидели за своим привычным столиком и, попивая диетическую колу, обсуждали новеньких. Ну, или стареньких, которые обзавелись чем-то новеньким.
- Меня задержал этот ворчливый пердун. Господи, как я его ненавижу! - Паркер вытащила из рюкзака свой обед, еле как не разроняв повсюду учебники. Она открыла свой контейнер, в котором аккуратно были уложены бутерброды с ветчиной и сыром. Подруги завистливо посмотрели на контейнер, но ничего не сказали. Говорили лишь их голодные глаза и слюна, стекающая прямо на стол.
- Так ты идёшь сегодня на пати к Ронни? - пропищала Даниэль. Она отличалась особой манерой говорить, которую услышала когда-то в Богом забытом месте. Она сразу поняла, что ей этот говор понравился и решила никогда больше не говорить как обыкновенная девчонка. О ней, наверное, можно сказать всего три слова: блондинка, маникюр, деньги. Слишком много денег для ее прокуренного мозга.
- Да. А кто такой Ронни? - уже с набитым ртом спросила Парк.
- Он учится в Гарварде, представляешь? - восторженно запищала Элеанор, махая руками во все стороны. Эта девушка не отличалась особым остроумием и всегда была готова повиснуть на любом парне, будь у него деньги и образование. Иногда она находила что-то одно, и отсутствие другого ей никак не мешало. Впрочем, она все равно оставалась ни с чем.
- И как его сюда занесло? - Парк знала, насколько были ветрены ее подруги, но не обращала внимания. Она просто привыкла быть с ними. И да, к ним относилась чуть ли не так же, как и к мистеру Лэйку.
- В смысле? Гарвард находится в парах часах езды.
- Нет. Гарвард находится в Америке.
- Кендалл! Она со мной спорит! - она снова заверещала, противно морща нос и указывая пальцем на Парк, которая невинно поедала свой сандвич.
Кендалл была брюнеткой, правда, назвать её мудрой или справедливой было бы нечестно. Она тоже ценила только деньги и никогда не заводила связи с кем-то просто так. В данный момент она малевала своё лицо, рисуя стрелки вокруг глаз. Ей была по барабану эта ситуация так же, как и вечеринка. Она просто не могла пропустить парня из аж самого Гарварда.
- Слушай, Эль, мне все равно, где находится Гарвард, ясно? Я здесь не для этого сижу, - она также постоянно была не в настроении. Ее все время что-то бесило: обстоятельства, люди, лица, даже запахи. Иногда она выводила из себя Паркер даже больше, чем все остальные, потому что считала себя пупом всей Вселенной.
- Ладно, нам пора, - Даниэль поднялась с места, кивнув двум другим девушкам. Они все одновременно задвинули свои стулья и ушли, оставив Паркер в одиночестве с кучкой использованных подносов для еды.
Так она сидела, пытаясь дорисовать что-то в своём блокноте, пока рядом не уселась одна персона, к которой Парк относилась еще более раздражительно, чем к Даниэль, Элеонор и Кендалл вместе взятых. Это была её кузина, которой вечно было что-то нужно.
- Ну и долго ты будешь пялиться? - сказала Парк, пряча блокнот в сумку.
- Я пришла, чтобы сказать тебе, что знаю о твоих проступках, - она выглядела строго и неприступно, будто этот разговор был самым важным в ее жизни. Парк давно заметила, что эта девушка всегда относится ко всему очень серьезно и ответственно. И не смотря на то, что она ботанка, у неё очень много друзей и почти все очень популярны в школе, хотя Рейн это волновало меньше всего.
- Да? И каких же? Я где-то уронила бумажку не в том месте? Ох, подожди! - Паркер притворно округлила глаза. - Точно, я не подтерлась после того, как сходила в туалет! Все, в тюрьму меня надо сажать.
- Не паясничай. Ты прекрасно знаешь, о чем я. За последнюю неделю ты нагрубила всем учителям. Дважды! А мистеру Лэйку так целых десять. Я не понимаю, когда ты умудрилась это сделать, потому что в учебной неделе пять дней, а твоих уроков у него всего два! И после этого ты ещё надеешься на то, что перейдёшь в одиннадцатый класс?!
- Слушай, Линдси, - Паркер противно протянула имя своей кузины. - Ты только не обижайся, но я класть хотела на твои лекции. Мне плевать, ясно? Да пусть я хоть до старости здесь буду учиться, тебе-то что? - она встала, захватив свою сумку, и быстрым шагом ушла из школы.
Было совершено неважно, что осталась ещё куча скучных уроков. Она направлялась в своё излюбленное место — тридцатиэтажка на Мейн стрит, которая возвышалась почти в самом сердце города. Там можно было уединиться и спокойно закончить этот день без каких-либо стрессов.
Паркер зашла в лифт и нажала на самую последнюю кнопку. Подъем наверх тянулся целую вечность, однако, как только лифт остановился, она тут же вышла из него. Со всей силы толкнув железную дверь, она вдохнула свежий воздух. Здесь, на тридцатом этаже, она чувствовала себя свободной, летящей по небу птицей, которой все по плечу. Там, внизу, ее будто все сдерживали и не давали продохнуть, загоняя в глупые рамки. Здесь же все было по-другому. Её легкие жадно наполнялись воздухом, а тяжелый груз ответственности спадал с плеч, становясь маленьким перышком. Она оставалась наедине с собой и могла делать все, что только вздумается. И никто не мог ее остановить.