•Part 13•
...Очевидно, он просто упустил из виду нечто очень важное. Нечто такое, что никогда не лежит на поверхности и прячется в самой глубине сознания, потревоженное случайным волнением мыслей. Он никак не мог понять, чем именно было это что-то и ужасно расстраивался в первые несколько минут фиаско. Он был устроен особенным образом, и, вероятно, не умел должным образом воспринимать собственные падения. Зачем, когда впереди полно крутых виражей и взлетов?..
° ° °
Бывали дни, когда Пилигрима раздражало по большому счету все, что двигалось и хрипело в предсмертных агониях. Бывали дни, когда Пилигрим был относительно спокоен и апатичен (к его чести случалось это довольно редко). Чаще всего же Пилигрим прибывал в добром здравии и отличном настроении, подъемом эмоций давя в зародыше любой протест и нагоняя на среднестатистических "хомо-сапиенс" откровенный ужас. Улыбка на губах Пилигрима сулила геноцид, а мышьяк становился не крепче яблочного сока. Берегись, всяк мимо проходящий.*
*(реакция на то, что Пилигрим передразнивает персонажа)
Сал:
- И я все же нашел выход, пусть и не без посторонней помощи. С тех пор Мы с Ларри всегда носим с собой фонарики... Кхм-кхм. Я все еще здесь.
Фишер барабанит пальцем по поверхности дряхлого пластикового столика, выразительно покашливая. Упившейся пьянящей безнаказанностью Пилигрим беззвучно раскрывает рот, театрально подняв брови и хлопая белесыми ресницами. Опомнившись, он фыркает в ладони, по случайности едва не плюнув в протез собеседника. Больно уж смешно выглядит выражение усталых голубых глаз и вся поза Сала, как бы вопрошающая "ну и сколько тебе лет?". На самом деле такая поза означает лишь одно - не вытерпев игривого настроения паяца, юноша сам едва не смеется, пытаясь сохранить остатки воспитательного настроя.
Ларри:
- Трам-парам... Там-там, парарам! Трунь-трунь... Э? Ты че творишь? Это я так делаю?! Ах ты мелкая козлина... Ну точно прибью, вашу ж мать! Убью и сяду, паскуда!
На этот раз несчастный Джонсон не несется крушить все и вся в образе разъяренного берсерка. Бегать по этажу, поочередно стукаясь головой головой о все стены куда интереснее. По крайней мере Пилигрим находит подобное зрелище презабавным, и наблюдает за ним со стороны, благоразумно отойдя на безопасное расстояние. В какой-то момент даже остановится жаль окончательно поехавшего катушками металлиста. (Нет.) Пилигрим же не изверг какой, в самом деле. До суицида дело точно не дойдет. Максимум - набьет себе шишку величиной с ладонь или стену пробьет. И парадокс заключается в том, что стену можно починить, а Ларри - нет. Поэтому-то Пилигрим и не думает помогать. Какой смысл возиться со сломанной игрушкой?
Эш:
- Ага, попался! От меня не скроешься, Энтони.
Кэмпбелл резко поворачивается, застав на горячем. Понимая, что дело - табак, "пересмешник" пятится назад, обдумывая пути к отступлению. Эшли с хитринкой смотрит на загнанного в угол мальчишку, а затем быстро состраивает сосредоточенную мордочку, сделав небезызвестное "бу-бу-бу". Пилигрим впечатывается спиной в кирпичную серую стену, едва не лопаясь от хохота. Икая и пофыркивая, рвется наружу веселый колокольчик, звеня и переливаясь среди высокого угрюмого неба. Эш наклоняется, протягивая ладонь. Зад безнадежно измазан в земле и песке. Благо, что джинсы стары, как мир, и очередное прямое попадание вряд ли усугубит положение. Они выходят из переулка с кривым граффити. Самое время перекусить.
Тодд:
- Дети - самые странные существа, которых я когда-либо встречал... Скажи пожалуйста, зачем ты делаешь это? Ты считаешь меня столь комичным, м? Полагаю, лучший из возможных вариантов реакции - попытаться смотреть на твои шутки сквозь пальцы. Боже, Нил, иди сюда! Что не так с этим ребенком?
Моррисон совершенно сбит с толку. Пилигрим высовывает кончик языка, прикусив его. Смотрит лукаво, словно прощупывая почву. Карие глаза с точками крапинок полны озорных бесенят, норовящих вылезти наружу и добавить огоньку в жизнь скучных землян. Вышедший из кухни мулат вытягивает губы трубочкой, в задумчивости наблюдая за демонстрацией хорошего настроения. Нил поднимает руки в беспомощном жесте. Он не был единственным ребенком в семье. Крики, стояние на голове и цирк на палке для него вещи привычные. Тодд быстро скрывает улыбку за книгой - день определенно начинает ему нравиться.
Трэвис:
- Сученыш... Поиздеваться надо мной решил. Бессмертный или роняли в детстве часто?!
Один рывок - поднять над землей за шиворот, словно тощего котенка. Пилигрим предупреждающе скалится. Укусит и не почешется. Фелпс знает, как это больно - синие отпечатки на запястье все еще зудят и пульсируют, будто вчера оставлены, а не неделю тому назад. Взгляды полны стали и обжигающего холода. Не до игр, не до шуток. Трэвис на дух не переносит пренебрежения к своей персоне, наказывая жестоко и бездумно. А Пилигриму не привыкать. Двери... Слишком мало дверей. Зеленое кресло. Задвинуть. Удары со стороны. Не слышно. Пыль. Кровать. Холодный металл. Сколько дадут за самобоорону? Лисса успела? Минуты три на раздумья. Меньше. Сердце бухает у горла. Тошнит. Он выбивает дверь...
Лиза:
- Милый? Ох, хи-хи... Вы с Ларрижоночком сегодня заодно, не так ли? Ну что за банда, любо-дорого смотреть.
Гарсия кокетливо прищуривается, оглядев передразнивающего Пилигрима Ларри, передразнивающего Ларри Пилигрима и рыжего здоровяка-кота. Подросток поймал взгляд ее темных теплых глаз, мигнул и синхронно вытер руки о кухонное полотенце. Странное существо с постера в коридорчике заинтересованно вытянуло шею, дабы не пропустить головокружительной кульминации. Ее, впрочем, не последовало. Лиза лишь нарочито глубоко вздохнула и решила пошутить в ответ - отправила обе враждующие стороны в магазин, за разрыхлителем. Гизмо попытался уйти от общественных работ, но его тут же всучили растерявшемуся хозяину, под предлогом "помыть немедленно!". И к чести Лизы надо сказать, что все предшествующие муки и экзекуции с лихвой покрыл презент в виде закрытого черничного пирога.
Генри:
- Хм? Готов поспорить, это Сал подослал тебя, чтобы показать, какой будет моя спина в восемьдесят лет. Передай ему, что этот старый трюк со мной не пройдет, и если его что-то не устраивает в моем рабочем графике, пусть свяжется с директором!
Пилигрим качает головой, хорошенько впечатав себе ладонью по лбу. Опять взрослые перекрутили все на свой манер и увидели смысл даже там, где его в теории не могло быть. Захоти Пилигрим и правда помешать работе старшего Фишера - придумал бы что-то более остроумное. Например, перерезать провода у компьютера. Или заклеить его разноцветными стикерами. А импровизация - это дело такое, для души. Захочешь, через "не хочу" не сыграешь.
Сиджей:
- Зачем тебе понадобилась моя... Байка? Кто это? Погоди, но я же никогда не показывал тебе то фото! Ох... Чертенок ты, Эн.
Сиджей расстроганно улыбается, наблюдая за расхаживающим по периметру комнаты Пилигримом. Мальчишка нацепил сверху лиловую толстовку на расстежке и распушил жесткие пряди, слегка намочив их. Он показал будущее. Пусть несбыточное, пусть страшно далекое, но все же будущее. Он - оптимист. Для таких нет лекарств и диагноз всегда един. Пилигрима никто не подстраивал под себя. Он вырос таким, каким родился четырнадцать лет назад, и не собирался меняться ради кого бы то ни было. Как же я завидую тебе... Ты так беспечно владеешь тем, что я потерял, едва обретя.