Легион и сияние

Матур заменил тьму в сердце Ругена на душу. А для существа с душой безвреден священный Накирский свет.

Из легенды о Накирском светоче

Прошло две недели, и официальный отпуск подходил к концу, но Совет каст поставил Нипа и Эклиша в ранг важных свидетелей, и работодателю ничего не оставалось делать, как просто смириться с еще более длительным отсутствием двух сотрудников.

Еще неделю Дами поехал на свою смену в Дозоре, но скоро вернулся, припарковал машину и неаккуратно громко закрыл ворота. А потом Эклиш услышал слаженный женский крик. Он кинулся в обеденный зал и застал, как Лёзя и их пожилая мама прыгали на месте в каком-то безумном визгливом хороводе.

— Тебя почетно приглашают в Дозор, — торжественно замахал руками Дамишт, а потом подскочил к нему и обнял до хруста. — Твою храбрость и навыки оценили. Сказали, что если захочешь, то можешь сдать экспресс-экзамен и хоть завтра в крепость. Нишма настояла, чтобы тебе прислали приглашение. Считай, оно уже в пути.

— Я подготовлю украшения! Подготовлю украшения, — лепетала матушка, а в конце скрылась где-то в недрах дома. Радостная Лёзя тут же растеряла весь восторг, стала куда более спокойной и удалилась по своим делам.

Эклиш замер. По спине пробежал неприятный холодок, а в животе все сжалось, даже дурно на секунду стало.

Он не знал, радоваться ли ему. С одной стороны, признание — это приятно, но с другой — зачем оно теперь вообще нужно? Сердце звало его на Яргон. Деньги? Да, суммы солидные, но незначительные по сравнению с недостатками. Работать в аэропорту было намного проще и приятнее.

Парень облизнул пересохшие губы, но не успел он и слова сказать, как его за плечи резко схватил и обнял Нип. Это окончательно спутало сиянию мысли.

— Поздравляю! Вот черт, как же я за тебя рад! — сказал легион, еще немного его потискав.

— Не думаю, что это хорошая идея, — ответил Эклиш.

Окружающие опешили. Нип вытянул губы, осмотрел парня с головы до ног, почесал макушку и резонно спросил:

— А почему нет? Не отказывайся так сразу, — вкрадчиво продолжил легион, плавно размахивая рукам, словно хотел так нагнать на него невидимой уверенности. — Поду-умай. Не известно, как долго мы еще будем на Накире. Уйти ты всегда сможешь. Сможет же?

— Дело говорит! — вклинился Дами. — Попробуй, может это твое призвание. В аэропорту ты же справлялся. А если захочешь уйти, то тебе просто дадут штраф, главное — не сбегай со стены посреди ночи.

Остаток дня Эклишу не давали покоя. Все только и жужжали о том, что ему надо вернуть физическую форму, проверить, не заросли ли проколы в ушах, и снять мерки. Деньги с будущей зарплаты уже определили на нужды семьи. Своей навязчивостью родственники портили остатки триумфа. В конце концов, Эклиш просто ушел от них в более спокойную компанию.

Нип был у себя, стоял у окна и смотрел на то, как все больше родственников прибывают в дом. Не полными семьями, конечно, но дяди, тети, разновозрастные двоюродные и троюродные. Все это были "младшие дети", для которых подобное предложение и правда было хорошим поводом закатить пирушку.

— Вот у вас огромная семья Парле, да? — спросил Нип. — Наверняка есть тезки. Как ваши бюрократы ориентируются по семейному древу? Паспорта?

— По номерам наподобие вашего социального страхования.

— А между собой?

— Многих знаешь в лицо. А еще нас в младших классах заставляют рисовать семейное древо. Выходит такой огромный плакат. А тебя по нему еще и спросить могут.

— Ха-ха, выучи всех своих теток ради пятерки?

Эклиш посмеялся и надавил себе костяшками в грудь в районе солнечного сплетения — от этого казалось, что боль уходила. Нип внимательно на него посмотрел, медленно развернулся и стал подходить к сиянию.

— И что ты не сказал, что тебя надо полечить?

— Да, думал, мелочь. Не хотелось тебя с ней донимать.

— Ты не донимаешь, — сказал легион выразительно и нахмурился.

Покров растворился. Осталась Арика с таким же выражением лица. Эта перемена, но сохранение сути и настроя заставили Эклиша очарованно замереть. Он впервые видел подобное смешение так ярко. Девушка была одета в полупрозрачную хлопковую майку, под которой отлично угадывался силуэт купальника — видимо, она недавно загорала.

— Мне кажется или теперь тебе легче даётся смена облика? — сказал он тихо, когда Арика положила на грудь ладонь. От ее пальцев в разные стороны тут же расползлись темные плавные пластины.

— Да, очень быстро, — ответила она, прокашлявшись от смены голоса. — Мне кажется, после двух "смертей" Нипа я так четко стала понимать его границы и принципы построения.

— Получается, ты стала сильнее?

— Скорее опытнее. Боль ушла?

Эклиш глубоко вздохнул, поподнимал плечи и кивнул. Не то что это было прямо полное излечение, но ему стало заметно легче. Арика скромно улыбнулась, оттолкнулась от его груди и села на кровать. Легион выглядела такой же растерянной, как в тот раз на набережной. Сияние пришел поговорить о том, что волнует его, но ее дела почему-то интересовали его куда больше.

— Тебя тревожат новости?

— Про Уисти? Не-ет, — неправдоподобно ответила она. — С чего ты решил, что меня вообще что-то тревожит? Я отдыхаю, загораю, наслаждаюсь жизнью.

Эклиш сел рядом, пожал плечами и, наклонившись немного вперед, заглянул ей в глаза.

— Ты в своей комнате одна и под личиной Нипа.

— Просто мне так привычнее.

— Неправда, — шепнул он и улыбнулся. — Ты переживаешь о чем-то, а он легче это переживает.

Девушка подняла плечи, а потом покачала головой и наконец, ответила правдиво:

— Не знаю, что делать дальше. Мне ужасно паршиво, Эклиш. Когда все узнают, что я жива... Я не знаю, что мне делать. Да, это та же самая проблема, и я ною об одном и том же.

— Не так уж и часто ты об этом говоришь, — усмехнулся парень. — Мир не рухнет. Мы придумаем, что сказать, чтобы все выглядело хорошо. Ну, возможно, будет тяжело, но никто тебя не оставит наедине с репортерами. Всем будет нужно, чтобы перед камерами все проходило гладко. А я... Возьму электрошокер и пару баллончиков с газом.

— Надо будет проверить, где аварийные выходы, — дополнила девушка. — Мне иногда кажется, что мы все ещё в Яме. Все там, хотя мы уже давно свободные люди.

— О чем ты?

— Вроде бы все меняется, но ощущение, что вокруг прутья. Вроде идешь куда-то, делаешь что-то, но как будто просто закапываешься в своих проблемах. Что если Уисти так же себя чувствует? Он ведь наверняка тоже думал о своем прошлом, когда затевал все это, и в итоге пришел к этому. Его конец все ближе.

Арика хоть и нагоняла драмы, но делала шаги в сторону самоосмысления. Эклишу казалось, что это был большой вклад в ее душевное здоровье. Ему, на самом-то деле, даже нравилась ее мрачность и злобность. Арика избегала каких-то близких связей, осознано или нет, но из-за подобного сиянию только сильнее хотелось ее догнать. Это было их какое-то особое правило взаимодействия, которому они, видимо, оба охотно следовали.

— Мы как будто все еще, — шептала она с забавной ноткой негодования, — ведем бои на выживание. Насмерть грыземся! Как вообще жить нормально-то? Я понятия не имею. Есть методичка? Желательно с картинками.

— Методички нет, но я тебе нарисую с примерами на ананасах, — серьезно заверил ее Эклиш, а потом неловко хохотнул. Он чувствовал себя таким же придурком, каким был и младший брат. — Никто не знает, все об этом думают, но преодолевают по-разному. Главное, не делать глупости, а дать себе время подумать, да?

Арика закусила нижнюю губу, посмотрела на парня из-под полуприкрытых век и неловко подсела ближе, случайно коснувшись его предплечья.

"Надо закрыть дверь на замок." — подумал Эклиш и сам удивился ходу мыслей.

Просто прикосновение же.

Или нет?

Сияние положил ладони на ее лицо и сжал щеки. Лишь на секунду. Чтобы девушка стала похожа на злого бурундука.

— Кстати, не все так враждебны, как ты думаешь, — проговорил он, еще немного потискав ее щеки.

— О, ты намекаешь, что я воспринимаю мир слишком мрачно, а он на самом деле светлый и прекрасный? — пробубнила она, но из-за сжатых щек выходило умилительно, а не злобно.

Эклиш хотел что-то сказать по этому поводу. Что-нибудь серьезное. Он сделал крохотное движение вперед. Оказалось, так сияние перешел последнюю незримую границу между ними.

Он наклонился к ней и нежно-нежно поцеловал в изувеченную щеку. Арика глубоко вдохнула, словно погрузилась под воду и замерла от такой неожиданной нежности. Между ним появилось теплое, отдающее сладостью чувство. Эклиш осторожно убрал руки и они подались друг другу навстречу. Наклонили голову в одну сторону и мило столкнулись носами, прежде чем...

Она прикасалась своими губами к его опьяняюще нежно и неуверенно. Удивительно невинно в сравнении с тем, как это сводило с ума Эклиша.

Ему хотелось глубже. Чтобы на острие чувств. На границе близости.

Он отстранился и притянул Арику к себе за талию, буквально заставив ее вжаться в него, чтобы сохранить равновесие. Эклиш вопросительно посмотрел на девушку. Мол, можно? Она часто закивала и резко от неуверенности положила ладони ему на плечи.

Эклиш потянул ее еще сильнее, заставляя лечь на подушку, и навис, не оставляя между ее и своими бедрами ни капли свободного пространства. Чтобы она чувствовала, что им мешает лишь тонкая одежда. Снова поцелуй, уже куда более тягучий, влажный и настолько жадный, что мог выдать страсть сияния лишь за похоть. Но Арике нравилось. Она цеплялась за торс и плечи так, словно задыхалась без подобного.

Девушка схватила Эклиша за затылок, настаивая на углублении поцелуя, и продолжила с языком. Она быстро уставала от этой диковатой пошлости, позволяла сбавить темп до редких прикосновений, а потом снова доходила до крайности, закрывала глаза, и они растворялись в ощущениях на саднящих губах.

Эклиш понимал, уже не может сбавить обороты. Он явно переоценил свою выдержку. Сияние нетерпеливо поднял ее майку, стянул лямочки купальника и провел языком по контуру незагоревшей кожи. Арика то ли в ужасе, то ли в экстазе закрыла рот ладошкой. Когда язык Эклиша коснулся особо чувствительной части, девушка прикусила костяшки пальцев, чтобы не издать и звука.

"Надо закрыть дверь и окно" — снова пронеслась здравая мысль, но ее вытеснило воспоминание про шкаф Арики и желание переплюнуть то, что там хранилось.

Парень лег сбоку от нее и провел ладонью по бедрам и осторожно пробрался пальцами за край шорт. Арика зажмурилась, уткнулась носом в его шею, положила свою руку на его, откровенно подталкивая продолжить движение дальше. Сияние отодвинул ткань нижнего белья и намеренно бесцеремонно погрузил в нее сначала один палец, потом два. Девушка выгнулась, подалась навстречу и еще сильнее надавила на его руку.

— Да, да, да! — судорожно прошептала она, когда он сделал несколько движений.

Арика смотрела на него как сквозь пелену, приоткрывая немного опухшие от поцелуев губы. Она дрожала, а рукой все равно держала Эклиша за запястье. Теперь девушка не всегда успевала закрыть рот ладошкой и тихо, но головокружительно стонала почти на ухо сиянию. Это едва перебивало звуки снизу. В полузабытье от удовольствия она выглядела так, словно поддалась фантазиям, что в нее входила далеко не пара пальцев.

— Жалко, тем утром я этого не сделал, да? — усмехнулся он.

Эклиш убрал руку и принялся за пояс штанов. Арика избавилась от оставшейся одежды.

Он каждую секунду хотел остановиться и не совершать глупость. Под окном толпа родственников готовится к пирушке. Кто-нибудь мог услышать их в коридоре. Пошлость и безумие, и обнаженная Арика уже запустила пальцы за край его нижнего белья.

В дверь громко и настойчиво постучали. Двое одновременно закопошились и нелепо натянули простынь на Арику. Она дрожала всем телом и краснела как рак, стыдливо уткнулась в подушку. Эклиш приобнял ее, словно закрывая собой от уколов неловкости. Все еще была надежда, что гость не получив ответа, уйдет, они все же закроют дверь и продолжат.

Но не тут-то было.

— Экли-и, — протянул Дами, снова нетерпеливо постучав. — Прости что отвлекаю, но тебя уже скоро пойдут искать, и сомневаюсь, что тебе это надо. Эклиш!

Сиянию никуда идти не хотелось и он не чувствовал себя хуже из-за того, что бы готов променять посиделки с родней на девушку, которую он так сладко прижал к постели.

— Они же не дадут нам покоя, да? — прошептала она. Словно в подтверждение ее слов кто-то спросил у Дами, где его брат. Тот тут же ответил, что видел его внизу пару минут назад.

— Видимо, — шепнул ей Эклиш на ухо и Арика бессознательно подставилась под его губы.

Сияние, на прощание чмокнув девушку в щеку, поднялся, привел себя в порядок и отправился радовать родных своим появлением. Как только он вышел из комнаты, то Дами ошалело на него уставился и быстро-быстро поправил ему ворот рубахи, брызнул на него какой-то туалетной водой и сунул расческу, мол, причешись.

Сияние ко многому был готов, но не к тому, что братская поддержка может принять и такую форму.

Когда после вечера Эклиш вернулся к ней в комнату, то Арика уже спала. Как бы парень ни хотел лечь с ней, но он боялся, что просто не выспится сам и ей не даст, и ушел к себе.

Зачем торопиться? У них еще достаточно времени.

***

На следующий день Дами позвонили из полиции. Сказали, что к ним приедут несколько офицеров — просто уточнить детали по поводу инцидента у Столбовой горы.

Никто не видел в этом ничего подозрительного. Лёзя с матушкой отправились к ювелиру, чтобы он почистил серебро Эклиша, хотя парень официально еще не согласился идти в Дозор. Бумажка с подтверждением без его подписи спокойно лежала в центре обеденного стола и ждала своего часа. Отца семейства вызвали в Совет каст по вопросам марионеток Уисти, и все надеялись получить немного больше новостей о сложившейся ситуации.

За столом на обед собрались всего два члена семьи — младшие братья. Нип составил им компанию, хотя по большей мере просто занимался своими делами в телефоне, развалившись на софе. Эклиш вместо обеда был занят тем, что пучил глаза, пощипывал вытянутые губы и косился в противоположную от легиона сторону.

Что бы там ни говорили поклонники светлых бескорыстных чувств, но внешность имела значение, вот только дело не в шраме. Оглядываясь, Эклиш ожидал увидеть грустные серые глаза и хрупкий силуэт, а не распластанного по софе парня, который раскидал волосы по декоративной подушке. Да, маскарад. Но это настолько не вязалось с произошедшим, что просто взрывало сиянию мозг.

— Эй, братик, ты чего? — встревоженно спросил Дами, щелкнув перед глазами пальцами.

Сердце Эклиша пропустило удар. Нип на софе перестал тыкать в экран телефона.

— Все думаю про Дозор.

Легион продолжил что-то набирать. Дами приободряющее кивнул. Всех устроил ответ.

Кто-то нажал на звонок на входных воротах. Брат вызвался открыть, и через несколько минут зашло пять полицейских. С шокерами, в касках и с крайне напряженными лицами. Они обступили Нипа, а тот равнодушно окинул их взглядом, мол, чего встали-то. Даже не поднял голову от подушки.

— Нип Вербоген, вы задержаны по подозрению в соучастии в организации нападения в курортной зоне...

У Эклиша словно вдруг исчезла земля из-под ног.

Ошибка.

Ложные подозрения.

Ничего страшного. Во всем разберутся. Но все равно неприятно.

Легион удивленно вскинул брови, усмехнулся, словно ожидал, что все это розыгрыш, и резко встал с места. Полицейские тут же потянулись к оружию, а Нип, словно ничего не замечая, положил телефон в карман. Эклиш вдруг понял, что впал в ступор: не встает с места, не вступается за Нипа, не ищет пути решения проблемы. Тело отказывалось шевелиться, и разум тоже.

— Ребят, это какая-то ошибка, — улыбнулся Дами, поднимая руки в мирном жесте.

Легион достал из кармана резинку и крепко затянул волосы, а потом вдруг замер и наклонил голову, испытывающе осмотрев одного из офицеров.

— Вытяните руки, — потребовали у него.

Нип не отреагировал. Не моргая, перевел взгляд на говорившего и остался недвижим как изваяние.

— При оказании сопротивления мы будем вынуждены применить силу...

Темные жгуты сложились в изворотливых тварей с острой мордой, как у хищных рыб. Они налетели на полицейских, приняли в себя удар электрошока и тут же вернули его своим жертвам через пасть. Полицейские нелепо пошатнулись, растерялись, упуская драгоценные секунды. А в это время Нип кинулся к двери, на ходу лепя из тьмы, что-то огромное.

Эклиш не успевал даже крикнуть. Не успел кинуться следом. А когда тело его, наконец, послушалось, так его схватил Дамишт, заставляя остановиться.

Нип создал подобие зверя мгновенно, словно одним изящным росчерком. Огромное пластичное тело с густой гривой, длинными лапами, вытянутой острой мордой, на которой не было ни намека на ярость или агрессию — лишь белые глаза выделялись, словно сияли на фоне черноты.

Это был Зверь Ругена из прочитанных Арикой мифов. Нип схватился за его гриву за мгновение до того, как темная тварь кинулась вперед. Существо вытянулось, увлекая за собой своего наездника, и вырвалось за двери двора. Оно на ходу превращалось в пыль, но тьма тут же все латала прорехи. Легиону уже было плевать на солнце. Он был сильнее.

***

Сбитые с толку Эклиш и Дамишт в очередной раз дали показания. Следом привлекли Арги и Дагната Кирилловича. От полиции они и узнали, кто на самом деле скрывался под личиной Нипа. Под расписку о неразглашении, разумеется. Если доктор только охнул и сложил руки на груди, словно удивленный зритель мелодрамы, то по Арги новость довольно сильно ударила.

— Ты знал? Почему вы не сказали мне, что это она! — кричал парень, в истерике кидаясь на братьев у них же дома.

А они просто уважали ее решение повременить с открытием правды.

Оказалось, что Накир проверил передачу данных на Яргон за последнюю неделю. Как только Эклиш рассказал Арике новость про то, где обитает Дагнат, так почти сразу же об этом узнал и Уисти. Кто-то отправил ему сообщение. Только дату указали неверную — почти на неделю позже. Доктор тогда бы уже наверняка ушел от Столбовой горы. Кто именно отправил информацию непонятно, но решили допросить всех, связанных с Эклишем.

Возможно, если бы Нип просто все отрицал, то никто бы и не раскопал, что это был он. Но случилось, что случилось.

Арика под личиной Нипа предала их.

Или же это был просто Нип?

Порой сияние убеждал себя, что все это время ошибался: Арика не при делах, а вот Нип — предатель. Мерзавец и бунтарь, который украл ее у Эклиша, когда их связь только-только обрела нить романтики. Но парень понимал, что основа всех темных тварей — желание создателя. Эклиш еще мог поверить в самовольность Нипа пару дней назад, но он успел убедиться, что это не так. Девушка могла развеять Нипа, пресечь любое поведение, сменить облик по щелчку пальцев. Неужели она не остановила бы предательство? Просто ей было удобно скидывать на него ответственность за поступки, прятаться за ним, и она железно следовала этой легенде.

Арги на фоне всего этого и случился нервный срыв — прямо с учебы его увезли в клинику. Сияние же просто чувствовал себя жалким, брошенным, недостойным. Его раздирала на куски и обида, и тревога, что с Арикой произойдет что-то непоправимо плохое.

Масла в огонь его состояние подлило то, что новости с Яргона приходили с опозданием — Нип бежал через Скол, а по пути повредил коммуникации. Поэтому Эклиш не сразу узнал, что из-за беспорядков с Киполе приостановили все воздушное сообщение, и парень до последнего не понимал, что за ужас там происходит и связан ли с этим Нип.

Уисти перестал пытаться строить из себя невиновного. Центр города эвакуировали и оцепили, успев как раз вовремя перед тем, как существа, так похожие на людей, не вышли из недр Фонда на улицы.

Люди быстро окрестили их марионетками за то, как точно и в плохом смысле прямолинейно они выполняли приказы.

Как и любым темным тварям, пули им не вредили.

Как и любым людям, им не вредил свет сияний.

Яргон не был готов воевать с собственным городом. Сражений не было лет сто — в нем всегда зрели язвы другого сорта. Правительство и общественность не осмеливались на радикальные меры, только на активную оборону по периметру. Переговоры срывались, люди требовали разобраться с этим безумием, и критика лилась рекой на неустойчивые политические показатели.

Всего за несколько дней центр Киполе превратился сначала в поле боя, а потом и в памятник беспомощности. По меньшей мере пятьдесят тварей громили город, создавая вокруг здания Фонда пустыню с руинами. Неизвестно, сколько еще было у него в запасе, и непонятно, что он собирался делать дальше. Остаться в городе могли себе позволить лишь те, кто жил далеко от центра или не боялись происходящего. Никто не ожидал подобного от дурного бюрократа и лжеца.

На фоне всех событий Власти Накира запретили все перелеты, даже в те города, где все было спокойно. Такие резкие меры навевали мысль, что Совет каст давно был готов к чему-то подобному. Туристы, командировочные и просто гости застряли на границе. Им оплачивали питание и проживание, но все понимали, что проблема скоро встанет ребром.

Про Нипа на Яргоне ничего не говорили. Сияние, отчасти был этому очень рад — лучше, чем узнать об очередном витке его предательства или смерти.

Из уныния Эклиша вывел брат. Он просто ворвался в комнату и бесцеремонно растолкал его, пока парень погружался в старые мифы о Звере Ругена в поисках сентиментальных ответов.

— Третий день ты убиваешься. Давай, тебе надо прийти в себя и хотя бы чем-нибудь заняться. Как говорит Нишма, лучшее лекарство для души — пахать как лошадь.

Эклиш усмехнулся. Судя по тому, как быстро сестра доросла до серьезного чина и управления крепостью, ее душа очень много страдала и она ее без остановки "лечила".

— Какие предложения? — спросил он.

Брат пожал плечами, внаглую схватил его за ногу и стащил с кровати вместе с простыней и подушкой.

По итогу они пришли на кухню и одним своим присутствием заставили Лёзю и матушку убраться сплетничать в другую комнату. Эклиш сразу понял, что обсуждали его — иначе они продолжили бы сидеть. Дами зажег успокаивающие благовония, налил настойки. Младший брат никогда не был фанатом выпивки, но верно рассудил, что немного для развития задушевной беседы будет в самый раз. Он даже не думал избегать темы Нипа-Арики. Иронизировал. Смеялся. Выставлял все как данность, над которой нужно было шутить по черному, а не горевать. И это работало — Эклишу становилось как-то легче.

Брат рассказывал про то, что все эти нападения и агрессивная беготня легионов по Накиру пробудили в населении тягу к апокалиптическим настроениям. Нип для них был как вестник конца света, не меньше. Слишком уж яркий образ у него вышел. Трепетно ужасающе — когда сила воли человека так велика, чтобы побороть Светоч, веками испепеляющий темных тварей.

Активисты из "Мрака" вылезли. Пока кто-то наводил панику вокруг продуктов и политики, они упрекали Совет каст за их беспомощность в сложившейся ситуации. Мол, если бы в полиции были закатные сияния, или утренние в достатке, то не было бы такого бардака.

— Еще неделя и в магазинах не останется риса и туалетки. Поедешь со мной грабить склады ради выживания семьи?

— Тихо, тихо! — ответил Эклиш. — А то отец снова начнет свои махинации, и мы с тобой не выкрутимся.

— Не-ет, меня он не заставит. Ты на дело пойдешь с Лёзей!

Посмеялись немного, представляя, как будет выглядеть это ограбление века, еще выпили и постепенно снова вернулись к больной теме.

— А хочешь, — осторожно спросил Дами, — посмотреть на видео с побегом Нипа?

— Так их почистили уже, разве нет?

В ответ на это Дами только подошел к брату, сунул ему в руки телефон и запустил видео. Съемки с видеорегистраторов или камер, как правило. Зверь обтекал весь трафик на трассе как вода, уворачивался от залпов сияний. Был момент, что в Нипа стреляли из обычного огнестрельного оружия, и тогда существо просто поглощало наездника в себя, катилось, выворачивало суставы в лапах, но не снижало скорость ни на минуту.

— Хо-хо, смотри, что тут сделал! — ухая как сова сказал Дами. — Это он на заправке.

Зверь Ругена заглотил шланг с бензоколонки и втянул в себя бензин. Как только где-то на фоне появился шум полицейских машин, тварь сорвалась с места, как нашкодивший кот. Да так, что очевидец потом заснял на асфальте рытвины от когтей.

Эклишу было больно и забавно за этим наблюдать. Он бы глянул, что было дальше, но видео закончилось.

Удивительно было то, что никто значимо не пострадал. Легион не был в гуще города — он мчался либо рядом, либо прямо по автостраде, парализуя движение. Нип галопом проскакал по пустоши между Закатными крепостями и Стыком миров и заскочил в Скол верхом на своей бензиновой пиявке.

— Как думаешь, у него получилось пройти?

Дами вздохнул и грузно сел на свое место.

— Не знаю. Там же Кресты. И он в Руинах. Новостей нет, так что...

Эклиш судорожно вздохнул и отпил из стакана. Казалось, эмоции изведут его.

— Когда на нас напали в курортной зоне, она защищала нас, — прошептал Эклиш, уронив голову на ладонь. — Ей было тяжело, но она дралась за нас. Дами, если бы она предала нас, то не стала бы это делать, — настаивал он.

— Она не реагировала... Нип не реагировал до последнего. Знаешь, когда он засуетился? Когда был риск, что тебе влетит.

— Это совпадение.

— Эклиш, тормоз ты мой старший, — поучительно сказал Дами, проводя пальцем по краю стола. — Ты сам говорил, что творения легиона отражают его настрой. Она в нашей компании дорожила лишь тобой.

Лёзя принесла им успокаивающий чай и заметно опешила, когда поняла, что они уже нашли себе другой напиток. Кисло осмотрев братьев, она пробубнила:

— А я сразу поняла, что она злыдня.

— Иди отсюда! — махнул на нее Дами. — Ох, Эклиш, неужели ты настолько плох в постели, раз она решилась на все это?

Сияние в бешенстве оглянулся на брата, но у того на лице не было и намека на веселье. Скорее так, грустная улыбка. Лёзя закатила глаза и все же удалилась.

Арика врала очень много и по разным причинам. Врала себе и другим про эмоции, наверняка обманывала про поступки и про свое прошлое. Эклиш не мог отделаться от мысли, что нечто настоящее он услышал от нее только вчера, когда девушка рассказывала про свои тревоги. Ему, казалось, следовало догадаться, но просто не придал значения ее откровению должного внимания. Ведь ему так нравилось строить из себя великодушного лекаря ее души, объясняющего прописные истины.

Если бы он мог вернуть назад хотя бы один день, то все могло сложиться иначе.

"Хотя вдруг она была со мной так откровенна лишь потому, что уже решила для себя, что наше время вместе безвозвратно уйдет? — размышлял сияние. — Вдруг она уже просто ждала момент, что бы сбежать?"

Телефон выдал несколько громких оповещений подряд. От вибрации он с противным звуком заплясал по столешнице.

— О, видимо, наш кабель починили, — сказал Дами, доставая свой телефон. — Ща посмотрим, что по новостям...

Эклиш едва слушал бормотание брата. Он листал обновления на своем экране, смотрел на десяток сообщений от Лики. Голосовые, фотографии, ссылки, текст.

"Экли, Уисти сошел с ума. Я, конечно, знала, что он повернутый, но не думала, что настолько"

"...Мы не знаем, что дальше делать. Всех эвакуируют. Но у нас тут спокойно. Типо они далеко от центра не уходят".

"Нип не отвечает. У вас все хорошо?"

Эклиша затрясло, когда он дошел до последнего сообщения.

"Нип теперь с Уисти."

Отвращение, ярость и неверие. Пощечина от реальности. И вместе с тем пришло облегчение. Сияние стоял перед фактом, и теперь ему оставалось только отпустить ситуацию.

Нип вместе с Уисти. Его темные твари помогают тому, кого Арика так старательно называла врагом. Эклиш был уверен, что мистер Нейз совершил огромную ошибку, подпустив Нипа близко — наверняка его дни сочтены. Арика следовала какому-то плану, но, видимо, ее цель была куда важнее друзей, родственников и Эклиша.

Сияние поднялся наверх, схватил все вещи девушки и сжег их в саду. Глуповатый поступок, но от него еще легче. Дами перед костром вопил как сумасшедший, что хотя бы в праведном гневе его брат вернулся к жизни.

— Говоришь, в Дозоре меня уже ждут, да?