Глава 11.2 Зелёный клён (2)
Янь Цин внезапно спросил:
– Альянс бессмертных действительно может убить всех, кого пожелает?
Тяньшу подтвердил:
– Да.
Янь Цин уточнил:
– Прежде чем альянс бессмертных убьёт кого-то, разве он не должен сначала убедиться, что этот человек является демоническим семенем? Ведь только духовный инструмент может выявить наличие морока.
Тяньшу замер, а затем прыснул со смеху и начал мягко объяснять:
– Молодой господин, ты всё ещё слишком наивен, обнаружить морок не так-то просто.
В мире совершенствования существует множество духовных инструментов способных найти морок. На жёлтом уровне – это зеркало Биюнь, книга Чэньхунь и сотни других. На чёрном уровне – цитра Яогуан, книга Хэйи и десятки других. На земном уровне – девять видов духовных инструментов, разбросанных по запретным территориям девяти великих школ. На небесном же уровне существует только один духовный инструмент для выявления морока. Он находится в руках альянса бессмертных и называется лампа Цянь.
Морок – это осколки проклятья злого божества, которые могут отличаться по силе. К тому же по мере того, как совершенствование человека, на котором морок паразитирует растёт, постепенно увеличивается и сила самого морока. Например, духовный инструмент жёлтого уровня, такое как зеркало Биюнь, может обнаружить морок лишь в море сознания обычного смертного. Угадай, имея в своём распоряжении лампу Цянь, на какой стадии самосовершенствования находится человек, в море сознания которого альянс бессмертных может обнаружить морок?
Застыв на месте, Янь Цин осторожно ответил:
– На стадии... стадии Становления богом?
Тяньшу поперхнулся и вытер пот.
– Ты действительно осмелился это сказать. Для активации лампы Цянь нужны жизненные силы и кровь практикующего на стадии Становления богом, однако лампа способна выявить морок лишь в море сознания практикующего на стадии Махаяны.
Стадии самосовершенствования в этом мире были таковы: Накопление ци, Возведение основы, Образование ядра, Бессмертный младенец, Махаяна, Слияние с пустотой, Становление богом.
Тяньшу произнёс:
– Вдобавок, морок по своей природе скрытен и хитёр, прячась в море сознания, он меняет свою форму бесчисленное множество раз. Никто не может дать абсолютную гарантию, что человек не является демоническим семенем.
Янь Цин снова схватился за красную нить на своей руке.
– Ладно, довольно, – сказал Тяньшу. – Ты не поймёшь, даже если я всё подробно объясню. Разберёшься, когда окажешься на континенте Наньцзэ.
Если морок пробудится в теле простого смертного, самое большое изменение этого смертного будет заключаться в том, что его физическая сила возрастёт, а характер станет вспыльчивым и раздражительным. Так же он начнёт поедать людей и пить их кровь.
Но если морок пробудится в теле совершенствующегося, то это, скорее всего, обернётся настоящей катастрофой.
Такой совершенствующийся в любой момент может разрушить город или уничтожить население целой страны.
При малейшем намёке на пробуждение, должна последовать казнь.
На первый взгляд мир казался спокойным, но на самом деле в нём царила атмосфера напряжённости.
Тяньшу взглянул на Будэчжи, который лежал на полу и спал, завернувшись в крылья.
«Похоже, это обычная летучая мышь, – подумал старик. – Морок внутри неё не может доставить никаких проблем, вот почему Се Ин не захотел с ней разбираться».
Янь Цин так вцепился в красную нить, что едва не оборвал её. Заметив взгляд Тяньшу, юноша дёрнул уголком рта.
Ему стало особенно любопытно, что за диковинка такая Будэчжи...
В море сознания нетопыря не было морока, но в его животе он был. И разве это был не тот самый морок демонического семени феникса, из-за которого скончался Цзысяо – человек, чьё совершенствование находилось на стадии Слияния с пустотой?
А Будэчжи просто взял и проглотил эту проклятую штуковину, и теперь гармонично сосуществовал с ней в одном теле? К тому же она ничуть на него не повлияла?
...Круто.
Вообще-то, если хорошенько подумать, ранее в уединённой тюрьме Янь Цин и сам смог справиться с демоническим семенем феникса, имея совершенствование на стадии Накопления ци. Но вероятно, главную роль в этом сыграло то, что Цзысяо уже однажды одолел его ценой своей жизни. Демоническое семя феникса находилось на грани смерти, потому и совершенствования у него оставалось немного.
Проникнув в море сознания, духовная нить Янь Цина могла связать, а затем уничтожить любой морок, игнорируя его силу. Однако сам юноша не мог игнорировать силу демонического семени... В конце концов, если разрыв в их совершенствовании будет слишком велик, а он столкнётся с кем-то вроде Се Шии, разве этот кто-то даст ему возможность проникнуть в его море сознания?!
Сейчас Янь Цина можно назвать как могущественным, так и немощным.
Если дать ему шанс погрузить в чьё-то море сознания свою духовную нить, то он может убить даже совершенствующегося на стадии Становления богом.
Вот только никто выше стадии Бессмертного младенца никогда бы не подпустил к себе практикующего на стадии Накопления ци.
К счастью, эта духовная нить – божественное оружие, а всё, что имело связь с богами, обретало толику их величия. При столкновении с опасностью такая вещица весьма эффективно уберегала его жизнь, так что ему вряд ли грозят трудности в верхнем царстве. К тому же у него ещё имелась целая куча необычных талисманов и магических построений.
Янь Цин подавленно заметил:
– Мне всё ещё нужно совершенствоваться.
На самом деле Янь Цин не беспокоился о запущенных духовных корнях первоначального владельца.
Когда действительно достигаешь стадии Слияния с пустотой, и тебе остаётся сделать последний шаг к стадии Становления богом, понимаешь что смертное тело, духовные корни и способности не имеют никакого значения.
***
– Ста-старейшина, что тут вообще происходит?
Хуайсюй наконец решился подойти.
Тяньшу был известен как простой и доступный человек. Встретившись с почтительными и любопытными взглядами людей заполнивших зал, он с улыбкой огладил свою белую бороду, а затем принялся рассказывать обо всём, что произошло.
– Год назад верховный старейшина нашей школы Ванцин, бессмертный мастер Цзысяо, отправился на континент Люсянь, чтобы поймать демоническое семя феникса. На обратном пути демоническое семя ранило его, из-за чего духовная сила старейшины стала неуправляемой и он начал преодолевать скорбь раньше срока. В то время он оказался в этих краях. Находясь на территории вашей школы Хуэйчунь, Цзысяо разорвал пространство, создал над горной долиной тайное царство слияния с пустотой и приступил к закрытому совершенствованию. Но ему не удалось преодолеть скорбь. На последнем издыхании бессмертный мастер спрятался в уединённой тюрьме вашей школы и, заключив в неё демоническое семя феникса, стал ждать своей смерти. А потом встретил маленького друга* Янь Цина.
*Маленький друг – так же можно перевести как «молодой друг», «дружок», «милый друг». Это ласковое обращение старшего по возрасту человека к младшему, которым он восхищается.
Тяньшу слегка улыбнулся и продолжил говорить:
– Вообще-то, когда совершенствующийся на стадии Слияния с пустотой не может преодолеть скорбь, его смерть неизбежна. Однако маленький друг Янь Цин всё равно бегал повсюду и даже отыскал для бессмертного мастера цветок Лолинь. Этот цветок является величайшим сокровищем земного уровня, которое появляется раз в столетие. То, что маленький друг смог найти его в таком месте и бескорыстно подарить незнакомцу, показало, насколько у него чистая душа.
Глубоко тронутый его добротой, бессмертный мастер Цзысяо подарил маленькому другу Янь Цину жетон, переданный ему предком нашей школы. Тот, кто владеет этим жетоном, может отдать школе Ванцин любой приказ. А затем...
Закончив говорить, старик посмотрел на Янь Цина сложным и одновременно удовлетворённым взглядом.
– Не ожидал, что маленький друг Янь Цин имеет столь сильные чувства к нашему бессмертному мастеру Дувэю. Его любовь оказалась до того велика, что он выдвинул требование стать его даосской парой.
Все присутствующие:
– ...
Как этот человек может быть таким бесстыдным?
Янь Цин:
– ...
Почему эта проклятая история была такой длинной?
Настроение Тяньшу, после того как он поведал о произошедшем, сильно переменилось по сравнению с тем, каким оно было до этого. Фраза Се Шии «моя будущая даосская пара» прямо-таки заставила его ощутить себя так, словно он обрёл новую жизнь и даже вот-вот воспарит в чертоги бессмертных.
Сейчас Тяньшу совсем не чувствовал, что на него скинули чужую ответственность, напротив, он чувствовал, что стал вечным благодетелем школы Ванцин.
Он нашёл такого хорошего супруга для Се Ина. Было бы несправедливо, если бы глава школы не наградил его собственный горным пиком, верно?!
Ему не терпелось вернуться и увидеть лица тех людей из школы Ванцин, когда они узнают об этом.
Оглаживая свою бороду, Тяньшу не позволял себе впасть в восторг. Улыбаясь, он сказал:
– К счастью, Дувэй тоже не испытывает неприязни к маленькому другу. Это действительно любовь, предназначенная судьбой. Это событие, которое станет красивой легендой.
Народ, заполнивший зал смотрел на Янь Цина со смешанными чувствами. Каких только эмоций не отражалось в их глазах.
Янь Цин:
– ...
Янь Цин знал, что все эти люди мысленно бранили его за бесстыдство. Ай, не ругайте его, не ругайте, он уже сам обругал себя, когда в первый раз вспоминал сюжет романа.
Как раз в этот момент раздался робкий голос:
– Старший, у бессмертного мастера Цзысяо был фиолетовый меч и шрам под глазом?
Тяньшу огляделся и увидел худенького паренька, облачённого в белую одежду. Он был очень женственным и больше походил на молоденькую девушку, чем на юношу.
Тяньшу дружелюбно улыбнулся.
– Верно.
Тем, кто задал вопрос, оказался Бай Сяосяо.
Внезапно Янь Цин поймал на себе его недоверчивый взгляд. На самом деле, в прошлом, находясь в городе Чжан, он никогда не встречался с Бай Сяосяо. Молодой господин семьи Бай имел слабое здоровье и постоянно болел, оставаясь дома.
Янь Цин улыбнулся юноше, окинув его холодным изучающим взором. По правде говоря, Янь Цина не волновал этот брак, который больше смахивал на фарс; его просто очень интересовал Бай Сяосяо. Его интересовало, как бывший молодой господин семьи Бай попал в школу Хуэйчунь?
Однако в глазах Бай Сяосяо этот интерес превратился в откровенное хвастовство и насмешку.
Ногти Бай Сяосяо безжалостно вонзились в кожу. Он смотрел на Янь Цина в упор глазами полными шока и недоверия. Его голова опустела, а тело застыло на месте, словно каменное изваяние.
Жетон!
Жетон!
Жетон!
Всё произошедшее сегодня было из-за жетона?
Но этот жетон явно принадлежал ему.
Он тот, кто спасал Цзысяо.
А потому и даосской парой Се Ина... тоже должен быть он.
Это не Янь Цин. Человеком, который сейчас находится в центре всеобщего внимания, должен быть не Янь Цин!
Бай Сяосяо пошатнулся, чувствуя, что в любой момент может потерять сознание. Ему было так обидно, что на глаза навернулись слёзы.
– Сяосяо, что с тобой?
Янь Цзяньшуй, молчаливый и бледный с тех пор как начался этот фарс, опешил, увидев своего жениха в таком состоянии. Потянувшись, он крепко схватил Бай Сяосяо за руку.
Бай Сяосяо ощутил стеснение в груди.
Именно в этот момент он внезапно услышал голос главы школы Хуэйчунь.
Узнав всю историю, глава школы больше не злился. Сияя от радости, он сказал:
– Ай-яй, Янь Цин, получается, это ради спасения чьей-то жизни ты приложил столько усилий, чтобы украсть цветок Лолинь. Если бы ты объяснил это раньше, мы бы не сердились на тебя. В конце концов, наша школа Хуэйчунь взяла своё название из фразы «искусные руки возвращают весну*». Нет ничего важнее человеческой жизни. Ха-ха-ха-ха. Не говоря уже о цветке Лолинь, мы бы не возражали, даже если бы ты забрал всю лекарственную лавку.
*Искусные руки возвращают весну (кит. 妙手回春 miào shǒu huí chūn) – обр. об искусном враче.
Янь Цин тоже дважды хохотнул, впечатлённый его бесстыдным поведением.
Цветок Лолинь.
Бай Сяосяо замер в удивлении.
Цветок Лолинь, так это всё из-за цветка Лолинь...
Вообще-то, хрупкий юноша виделся с Цзысяо всего два раза. Поскольку Инь Уван терпеть не мог Янь Цина, он мимоходом отдал цветок Лолинь Бай Сяосяо. Молодой человек понятия не имел что это за вещь. Бай Сяосяо знал только, что это целебная трава для лечения ран, поэтому также мимоходом отдал её Цзысяо. От начала и до конца он не прилагал каких-либо усилий.
Оказывается, всё из-за цветка Лолинь, украденного Янь Цином...
Ну и что с того?!
Очевидно, именно он спасал Цзысяо!
Жетон тоже принадлежал ему!
Снова почувствовав на себе взгляд Бай Сяосяо, Янь Цин дёрнул уголком рта и, посмеиваясь, неторопливо обратился к толпе:
– На самом деле тут произошло некоторое недоразумение.
После небольшой паузы Янь Цин продолжил говорить:
– Ранее я украл цветок Лолинь не ради бессмертного мастера Цзысяо, а ради Инь Увана.
Глава школы:
– ...
Хуайсюй:
– ...
Толпа:
– ...
Тяньшу:
– Чего?
С сияющей улыбкой посмотрев на Бай Сяосяо, Янь Цин произнёс:
– На самом деле бессмертного мастера Цзысяо спас этот братец-наставник из нашей школы Хуэйчунь. Давай, братец-наставник, расскажи свою историю.
______________________
Переводчику есть что сказать:
Ах, я наконец-то перевела эту мозгодробительную одиннадцатую главу. Переводить сложно, а переводить всякие особенности мира ещё сложнее.
Буду рада, если вы поощрите меня за мои страдания старания звёздочками или комментариями.)