Призраки Прошлого

Когда они вернулись в дом Лисы, Чонгук бросил пакетик с волосами Тэхена Чеён.

– Ты проверил, чтобы они были с корнями? – уточнила девушка. – Мне корни нужны.

– С корнями, – подтвердил Чон.

– Отлично.

– А почему вы проверяете его волосы? – спросила рыжая, переводя взгляд с Чонгука на Чеён. У нее внутри все похолодело, ее охватил ужас. – Вы не… не выкопали Дженни?

– Нет, – заверила ее Чеён. – У меня есть одна теория. Она, конечно, дикая, но я ее обсудила с нашим профайлером из Сеула. Мы решили, что стоит ее проверить.

– Чеён считает, что Тэхен и наш неопознанный субъект могут быть родственниками, – пояснил Чон.

– Что? – Лалиса была шокирована. – Ты серьезно?

– Я себя постоянно спрашивала: а почему Тэхен защищает этого типа? Он очень своеобразный тип, он обожает держать все и всех под контролем, он любит, чтобы все было так, как он сказал – так и никак иначе. Очень сомнительно, что он стал бы доверять свои секреты – свое учение – какому-то неизвестному человеку, с которым общался только по интернету. Может, они и общались по интернету, и большая часть общения происходила именно таким образом, но они знакомы и в реальной жизни. Так какая между ними связь? Какая связь удерживает Тэхена от того, чтобы сдать этого типа, даже после того, как он его подставил? Он же свалил на него убийство.

Чеён помолчала пару секунд и сообщила:

– Первая жена Тэхена, Микаса, ушла от него через год после свадьбы. Она не сразу вернулась жить к своим родителям, хотя изначально это планировала. Вместо этого она отправилась пожить с тетей. А спустя полгода она появилась в больнице, причем беременная. Но дело в том, что из больницы она вышла без ребенка.

– Она отдала ребенка на усыновление, – дошло до Лисы. – О, это, вероятно, привело Тэхена в дикую ярость. Он же помешан на том, чтобы передать свое учение следующим поколениям. У него это навязчивая идея.

– И лучший способ обеспечить это – найти своего сына и обучить его собственным навыкам серийного убийцы, не правда ли? – спросила Чеён.

От этой мысли у Лисы холодок пробежал по коже. Это же извращение! Но таким образом можно было объяснить тот факт, что Тэхен не сдал своего протеже, никогда даже не упоминал его. Лалиса долго пыталась понять, почему он молчал все эти годы. Это казалось ей нелогичным.

– И их родством можно объяснить враждебность, которую наш неопознанный субъект явно испытывает по отношению к Тэхену, – заметил Чонгук. – Этот тип потратил много усилий на то, чтобы подставить Тэхена. Но догадываюсь, что эйфория от этого быстро прошла.

– И поэтому он вернулся к убийствам девушек, и не просто убийствам. Он стал похищать их и держать их в плену по два года, – закончила мысль Лиса, чувствуя отвращение.

– Вот именно, – кивнул Чонгук.

– Я отвезу эти образцы в администрацию шерифа, – сообщила Чеён. – Сегодня утром туда доставили мое оборудование. Я выделю образцы ДНК, а затем проверю по базам данных. Это займет несколько часов. Если этого типа когда-нибудь арестовывали, то можно считать, что мы его нашли.

– А затем будем искать Мину, – сказал Чон.

Лалиса протянула руку и сжала его плечо.

– Мне нужно вернуться к маме, – объявил Чонгук. – Сана… чувствует себя очень плохо.

– Конечно, – кивнула Чеён. – Я поеду с тобой…

Она хотела добавить что-то еще, но во входную дверь постучали.

– Лиса? – послышался голос. – Я принес ежемесячный отчет.

Это был Иона, менеджер, работавший у Лисы.

– Поезжай, – сказала она Чонгуку. – Мне нужно заняться садовыми делами. Я приеду попозже и привезу всем поесть.

Он взял Лису за руку и легко ее сжал.

– Спасибо, Лисёнок!

Она улыбнулась, услышав свое прозвище.

– Я хочу сделать все, что могу. Для всех вас, – сказала она.

– Я знаю, – кивнул Чонгук. – Просто… Для меня это много значит.

– Эй, Лиса!

Она повернулась на голос Ионы.

– Иду! – крикнула она, потом посмотрела на Чонгука. – Поезжай. Чеён, ты нам позвонишь, если что-то получится с ДНК?

– Обязательно, – кивнула Чеён, собирая сумку и надевая огромную ярко-розовую шляпу от солнца, в которой она приехала в этот раз. – Все будет в порядке, шеф. Победим этих уродов наукой. Просто подожди немного. Я все сделаю.

Лалиса поспешила к Ионе, который держал в руках большую стопку приходно-расходных книг и улыбнулся при виде Лисы и Чонгука.

– Иона, я и не предполагал, что вы теперь работаете на Лили, – сказал Чонгук, протягивая руку, потом он тепло пожал руку невысокого мужчины. – Надеюсь, что она вас не обижает?

– Она замечательная начальница, – заявил Иона. – Я так расстроился, услышав про Мину, Чон. Весь наш приход молится за нее и всю вашу семью.

– Спасибо, – поблагодарил Чонгук. – Мы очень это ценим и благодарны вам за ваши молитвы. Но мне нужно идти. Оставляю вас. Занимайтесь делом. Лалиса, позвони мне, если что-нибудь изменится.

Она кивнула и смотрела, как он уходит, страстно желая последовать за ним.

Но жизнь не останавливалась, и она уже несколько недель откладывала эту встречу с Ионой.

– Проходите в гостиную, – пригласила она с улыбкой. – Хотите что-нибудь выпить?

* * *

Четыре часа спустя все, что требовалось, было внесено в сводную ведомость и электронную таблицу. Иона очень тщательно вел учет собранных урожаев, доходов и расходов, поэтому подводить итоги было несложно.

– У вас великолепно получается ведение учета, Иона, – сказала Лиса, закрывая одну из бухгалтерских книг. Она встала и потянулась. – Как там Мари? – спросила она о жене Ионы, которой принадлежало расположенное в городе кафе.

– Отлично, – ответил он. – В кафе посетителей больше, чем обычно.

– Я очень рада.

Но если говорить о еде… Уже поздно, и давно пора покормить Роско. Но он уже несколько часов не показывался и ничего не выпрашивал, хотя время его обеда давно прошло. Лалиса нахмурилась, свистнула, но лапы по деревянному полу не застучали.

– Роско! – позвала она.

– Опять куда-то ушел? – спросил Иона. – Твой пес стареет.

Иона встал, направился к входной двери и уже оттуда позвал собаку.

Никакой ответной реакции не последовало.

Лалиса забеспокоилась – Роско никогда не пропускал приемы пищи. Она сунула ноги в желтые резиновые сапоги, в которых можно было ходить по любой грязи, и вышла на крыльцо.

– Роско! – закричала она.

Спускались сумерки, солнце быстро садилось за деревьями. Собаки нигде не было видно.

– Пойду его искать, – сказала она Ионе.

– А я посмотрю в сарае, – ответил он.

Они разделились, Иона пошел на запад, а Лиса на восток, к рядам деревьев.

– Роско! – кричала она, а ее сердце сжималось в груди. Где этот пес? Если с ним что-то случится…

Хватит с нее потерь. Она не выдержит, если сейчас потеряет кого-то еще. Она понимала, что сейчас, когда с людьми происходило то, что происходило, глупо так думать о собаке. Но Роско был последней собакой ее отца. Он каждую ночь спал в ногах его кровати – все то время, пока отец болел.

Отец Лисы был жестким и суровым человеком, но он всегда был ласковым и нежным с животными. И Лиса, вспоминая отца, заставляла себя думать именно об этом – ведь думая о покойном, нужно думать о хорошем.

– Роско! Где ты, мой мальчик? У мамы для тебя есть кое-что вкусненькое! – кричала она, жалея, что не прихватила в кухне пакет с чипсами или еще ка- кую-то еду.

Внезапно она услышала, как у нее за спиной хрустнула ветка. Это он?

– Роско?

Еще одна ветка хрустнула. Шаги. Приближаются к ней.

Кто-то бежит.

Иона не бежал бы. Эта мысль быстро промелькнула у нее в голове, потом внутри все сжалось, она повернулась – но слишком поздно. Если бы на секунду раньше…

Что-то с силой опустилось ей на голову. Боль пронзила череп, у Лисы возникло ощущение, будто он раскалывается на две части. Потом что-то теплое струйкой потекло у нее по лбу, и она рухнула на землю.

Последним, что она увидела перед тем, как ее глаза закрылись и она погрузилась во тьму, были ветви деревьев и зеленые листья на них.