Не сломи меня

Утро в особняке началось с гнетущей тишины, которую нарушал лишь мерный гул кондиционера. Эла не спала — она сидела в кресле у огромного окна, глядя, как туман сползает с подстриженных газонов. На прикроватной тумбочке стоял нетронутый завтрак, принесенный молчаливой горничной.
Она потянулась к пульту и включила телевизор, надеясь отвлечься от собственных мыслей. Но первый же новостной заголовок заставил её сердце остановиться.

— Трагедия в северном регионе: мощный взрыв полностью уничтожил здание общественной прачечной в тихом пригороде, — чеканил диктор на фоне кадров, от которых у Элы потемнело в глазах.

На экране было то самое здание. Её убежище. Её окно, через которое она смотрела на небо, теперь зияло черной обугленной дырой. Пожарные поливали водой дымящиеся руины, а вокруг копошились люди в форме.

— По предварительной версии следствия, причиной катастрофы стала неисправность старого газового оборудования и систем сушки. Однако местные жители сообщают о подозрительных людях в темной одежде, замеченных в квартале за несколько часов до инцидента. Полиция проверяет версию о преднамеренном поджоге...

Пульт выпал из её дрожащих рук. «Неисправность техники?» — Эла горько усмехнулась, чувствуя, как по щеке катится холодная слеза. Она помнила слова Адриана. «Они добрались до меня... Они убьют тебя просто ради того, чтобы увидеть, как я сломаюсь».
Если бы она не ушла с ним вчера утром... если бы она осталась там еще на одну ночь... сейчас бы её кости остывали под этими обломками. Весь её мир, который она так кропотливо строила целый месяц, превратился в пыль за считанные секунды.

Она не знала, что в соседней комнате Адриан, бледный, но пугающе спокойный, смотрит тот же самый репортаж. Он полулежал на подушках, а Маркус стоял у изножья кровати, ожидая распоряжений.
— Аккуратно сработали, — негромко произнес Адриан, отключая звук телевизора. — Газ — это классика. Никаких улик, никаких лишних вопросов.
— Здание было застраховано, господин Варн, — отрапортовал Маркус. — Но... вы уверены, что это было необходимо? Девушка в ужасе.
Адриан перевел взгляд на стену, за которой находилась Эла. В его глазах вспыхнул темный, собственнический огонек.
— Ужас — лучший учитель, Маркус. Теперь у неё нет пути назад. Нет работы, нет комнаты, нет даже города, куда она могла бы вернуться. Я стер её прошлую жизнь до основания. Теперь я — её единственный берег в этом океане.
Он поморщился от боли в боку, которая напоминала о его «жертве».
— Она должна верить, что за ней охотятся призраки. Пока она боится внешнего мира, она будет искать спасения в моих руках. Иди. Пусть охрана усилит патрулирование периметра. Она должна видеть, что мы готовимся к «осаде».

Через час дверь в комнату Элы тихо открылась. Адриан вошел медленно, опираясь на трость, накинув на плечи шелковый халат. Он выглядел изможденным, но его взгляд был полон фальшивого сочувствия.
Эла вскочила с кресла, её глаза были красными от слез.
— Ты видел? — выдохнула она, указывая на экран. — Они взорвали её. Они... они убили бы меня.
Адриан подошел к ней почти вплотную. Он поднял руку — ту самую, с перстнем, — и осторожно коснулся её щеки, стирая слезу. Эла не отстранилась. Впервые за всё время она сама прильнула к его ладони, ища защиты.
— Я знаю, маленькая Эла, — прошептал он, и в его голосе слышалось торжество, замаскированное под нежность. — Я обещал, что защищу тебя. Теперь ты видишь, что я не лгал. Весь мир может сгореть, но за этими стенами ты в безопасности. Пока ты со мной — ты жива.
Он притянул её к себе, и Эла уткнулась лицом в его плечо, рыдая от бессилия и страха. Она не видела, как Адриан улыбается поверх её головы. Он не просто вернул её в особняк. Он сжег мосты за её спиной, оставив ей только одну дорогу — к нему самому.

***

Прошла неделя. Особняк Адриана, в который Эла вернулась на этот раз, больше не казался ей просто домом — он стал её персональным бункером. Интерьер в стиле радикального минимализма только усиливал это чувство: огромные пустые пространства, полированный серый бетон полов, скрытое диодное освещение и панорамное остекление, за которым всегда дежурили тени охранников. Здесь не было лишних деталей, не было уюта — только холодная функциональность и абсолютная власть.
Эла привыкла к распорядку. Страх, поначалу острый и парализующий, притупился, превратившись в вязкую, постоянную тревогу. Она знала, что за стенами этого стерильного рая — руины её прачечной и безымянные убийцы. По крайней мере, так ей говорил Адриан.
Каждый вечер в восемь часов она спускалась в столовую. Это было время их ритуала.

Столовая представляла собой вытянутый зал с длинным столом из черного монолитного камня. Над ним висела единственная люстра — тонкая светящаяся линия, разрезающая полумрак. Адриан всегда сидел во главе, уже без халата, в идеально отглаженной черной рубашке, которая скрывала бинты на его боку.
Они ужинали в почти полной тишине. Слышен был только едва уловимый звон столового серебра о фарфор. Адриан не сводил с неё глаз. Он смаковал каждое её движение, наслаждаясь тем, как она покорно подносит вилку к губам, как поправляет волосы. Она была здесь. В десяти шагах от него. Под его полным контролем.
— Тебе нравится еда, Эла? — негромко спросил он, нарушая тишину. Его голос эхом отразился от голых стен.
— Да, спасибо, — она подняла на него глаза. В её взгляде Адриан читал смесь благодарности за спасение и глубоко запрятанной тоски по той свободе, которую он так изящно сжег.

В этот момент тишину нарушил резкий, сухой стук. В зал вошёл Маркус. Он не стал приближаться к столу, остановившись у границы света и тени. В руках он держал планшет с зашифрованным каналом связи.
— Господин Варн, — голос начальника охраны был предельно серьезным. — Поступил сигнал по «красному протоколу».
Адриан замер, отложив приборы. Его лицо мгновенно стало жестким, превратившись в ту самую маску, которой он правил городом.
— Совет? — коротко спросил он.
— Да. Глава старейшин созывает всех. Общий сбор семей. Тема не объявлена, но явка обязательна для всех глав мафии. Вы должны выехать немедленно.
Эла почувствовала, как по спине пробежал холодок. «Совет мафии». Эти слова звучали как смертный приговор. Она посмотрела на Адриана, и на мгновение в её сердце вспыхнула паника: если он уедет, она останется здесь одна. А если он не вернется?
Адриан медленно встал. Он чувствовал её страх, и это доставляло ему почти физическое удовольствие. Он подошел к ней, положив руку на её плечо.
— Мне нужно уехать, Эла. Дела, которые нельзя отложить, — он наклонился к её уху, понизив голос до шепота. — Не бойся. Мои люди превратят этот дом в неприступную крепость, пока меня не будет. Ты — моя самая ценная собственность, и я не позволю никому даже взглянуть в сторону этих ворот.
Он задержал руку на её плече чуть дольше, чем требовали приличия, слегка сжав пальцы.
— Маркус, подготовь кортеж. И удвой охрану в жилом крыле. Если с её головы упадет хоть один волос, пока я буду на Совете — ты знаешь, что будет.
Адриан вышел из зала стремительным шагом, уже не прихрамывая. Как только его силуэт исчез в темноте коридора, Эла осталась одна в огромном, холодном зале. Отражение светящейся линии в черном камне стола казалось ей теперь лезвием ножа.

От Автора

Дорогие читатели, мне хотелось бы узнать ваше мнение о моей истории которую я пишу. Так как это моя первая история которую я публикую где то, показывая обществе, мне очень хочется узнать, нравится ли она читателям.
Буду рада вашим отзывам и звездам.