Глава 1
Город никогда не спал, но в районе «Нижних Колец» он видел только кошмары. Здесь фонари не горели — их разбивали быстрее, чем муниципальные службы успевали подвезти лестницу. Единственным источником света служили неоновые вывески дешевых баров, которые подмигивали прохожим, словно нервный тик старого грешника.
Эла выдохнула, и облачко пара мгновенно растворилось в тяжелом, влажном воздухе. Сегодня смена в порту затянулась на лишние четыре часа. Спина ныла, а пальцы, которыми она весь день перебирала ледяную рыбу, казались чужими, будто сделанными из воска. В кармане куртки лежали помятые купюры — её «билет» еще на неделю жизни в комнатушке, где плесень на стенах была единственным соседом.
Она свернула в переулок, сокращая путь. Это было ошибкой. Ошибкой, которую совершаешь, когда усталость становится сильнее страха.
Сначала это был просто звук. Ритмичный хруст битого стекла под чьей-то подошвой. Эла прибавила шагу. Хруст участился. Она не оборачивалась — в этих краях обернуться значило признать себя жертвой.
«Просто иди. Скоро будет освещенный перекресток. Там безопасно», — уговаривала она себя, чувствуя, как липкий холод затекает под воротник.
Но преследователь не скрывался. Он шел тяжело, уверенно, сокращая дистанцию. Когда за спиной раздался резкий щелчок складного ножа или, возможно, просто зажигалки, сердце Элы совершило кувырок и застряло где-то в горле.
Она сорвалась на бег.
Воздух стал обжигать легкие. Ноги в старых кроссовках скользили по лужам, в которых отражалось черное небо. Она слышала топот тяжелых ботинок позади. Тяжелое дыхание преследователя, казалось, уже обжигало её затылок. Мир сузился до узкого коридора из обшарпанных стен и страха, от которого немели кончики пальцев.
Проблеск надежды
Впереди, в конце тупикового, казалось бы, пролета, вспыхнул ослепительно белый свет. Это не был тусклый неон трущоб. Это был холодный, дорогой свет светодиодных фар.
Эла выскочила на открытую площадку и зажмурилась. Несколько черных, лакированных автомобилей стояли полукругом, разрезая тьму района своими огнями. Возле них суетились люди в темной форме — собранные, молчаливые, пугающе профессиональные.
В центре этой процессии к открытой двери массивного лимузина шел человек. На нем был костюм, который стоил больше, чем весь этот квартал вместе с его обитателями. Белоснежная манжета рубашки блеснула в свете фар, когда он взялся за ручку двери.
— Помогите! — крик застрял в пересохшем горле, превратившись в хриплый вскрик. — Пожалуйста!
Она рванулась к ним, как к единственному алтарю в этом аду. Преследователь за спиной резко затормозил, выругался и скрылся в тени, но Эла уже не могла остановиться. Инерция и паника несли её вперед.
Она видела, как человек в костюме на секунду замер и обернулся. Его лицо осталось в тени, но она почувствовала на себе его взгляд — холодный, оценивающий, чужой.
В этот момент правая нога зацепилась за край выбоины в асфальте. Время замедлилось.
Эла почувствовала, как земля уходит из-под ног. Удар был сокрушительным. Ладони обожгло острой болью, колено хрустнуло, а голова по инерции мотнулась вперед. Острая вспышка перед глазами сменилась россыпью искр.
Она попыталась подняться. Опереться на руки, которые дрожали мелкой дрожью. Перед глазами плыли черные пятна. Последнее, что она запомнила — это звук шагов по чистому асфальту, приближающихся к ней, и едва уловимый аромат дорогого табака и сандала.
Потом мир просто выключили.
Комментарии