Спустя Года

Утро после встречи.

Анна не спала. Она лежала с открытыми глазами, слушая, как за окном просыпается Милан. Где-то внизу гремели мусорные баки, кричали разносчики газет, запели первые птицы. Обычный шум большого города. Но для неё всё звучало иначе - словно мир стал чужим, опасным.

Герман спал рядом, одной рукой обнимая её за талию. Он всегда так делал - даже во сне, даже когда она ворочалась. Тёплая, надёжная тяжесть его руки на её животе. Семь лет она привыкала к этому чувству защищённости. Но сегодня оно не работало.

Она осторожно высвободилась из его объятий, накинула халат и вышла на кухню. Сделала кофе. Села за стол, глядя на дверь. Ей казалось, что сейчас раздастся звонок в дверь, и там будет стоять он. Егор. С букетом цветов, с мольбой в глазах, с той же безумной надеждой, что всё можно вернуть.

Но дверь молчала. Звонил только телефон. Входящие сообщения от клиентов, от сотрудников студии. Всё как обычно. Мир не рухнул. Она не умерла. Но внутри что-то сломалось.

- Ты не спишь? - голос Германа раздался со стороны спальни. Он стоял в дверях, взъерошенный, сонный, но уже встревоженный. - Анна? Что с тобой?

- Всё хорошо, - соврала она. - Просто не спится.

Он подошёл, сел рядом, взял её руки в свои.

- Ты думаешь о нём.

Не вопрос. Утверждение.

- Да, - призналась она. - Он сказал, что найдёт меня. И я знаю - он найдёт. Он всегда находил, когда хотел.

- Мы уедем, - сказал Герман. - Я уже говорил. Купить билеты, собрать вещи - и в аэропорт. Хоть сегодня.

- Нет, - она покачала головой. - Я не хочу больше бежать. Если мы снова сбежим, это будет длиться вечно. Я устала. Пусть приходит. Я скажу ему всё прямо в лицо.

- Ты сможешь? - Герман пристально посмотрел на неё. - Потому что я видел твои глаза вчера. Ты выглядела так, будто увидела призрака. Или будто сама стала призраком.

Анна отвела взгляд.

- Я не знаю. Но я должна попробовать.

Они долго сидели в тишине, пока где-то в детской не завозились близнецы. День начинался. И Анна решила, что сегодня она будет жить как обычно. Как будто ничего не случилось.

Час спустя.

Она отвезла детей в школу - частный итальянский лицей с огромным садом и учителями в синих фартуках. Ри бегал по коридорам с рюкзаком на одном плече, Ди чинно несла портфель в обеих руках.

- Мама, а мы сегодня придём за нами? - спросила Ди.

- Папа придёт, - ответила Анна. - У меня встреча с клиентом.

- С каким клиентом? - заинтересовался Ри.

- Со взрослым, - улыбнулась она. - Бегите, не опаздывайте.

Она стояла у ворот и смотрела, как дети исчезают в здании. И только тогда позволила себе выдохнуть.

«Он не знает, где они учатся, - успокаивала она себя. - Он не знает даже их имён. Мы в безопасности».

Но её интуиция кричала об обратном.

Студия дизайна. Через два часа.

Анна сидела в своём кабинете и рассматривала эскизы. На столе - макет гостиной в неоклассическом стиле, заказ от состоятельной пары из Милана. Она пыталась сосредоточиться, но мысли разбегались.

И тут секретарша сказала по внутренней связи:

- Анна, к вам посетитель. Говорит, что по личному вопросу.

- Запишите на завтра, - ответила она, не поднимая головы.

- Он настаивает. Сказал, что вы его знаете.

Сердце пропустило удар. Анна медленно подняла глаза на дверь. Ей не нужно было спрашивать, кто там.

- Пусть войдёт, - сказала она, с удивлением услышав собственный спокойный голос.

Дверь открылась. На пороге стоял Егор Кораблин.

Он был в дорогом костюме, без галстука, с лёгкой небритостью. За семь лет он изменился: стал шире в плечах, в висках появилась седина, под глазами залегли тени. Но глаза остались теми же - горячие, одержимые, полные боли и любви.

- Анна, - сказал он, и это имя прозвучало на его губах, как будто он учил его всю ночь.

- Егор, - ответила она. - Как ты меня нашёл?

- Я владею половиной фитнес-клубов в Милане, - он усмехнулся без веселья. - Детектив нашёл твою студию за пару часов. Ты не скрываешься так хорошо, как думаешь.

- Я не скрываюсь, - сказала она. - Я просто живу.

Он шагнул в кабинет, закрыл за собой дверь.

- Я не буду долго. Просто скажи мне: ты была счастлива эти семь лет? Правда?

Она посмотрела на него прямо.

- Да, - ответила твёрдо. - У меня есть муж, который любит меня. У меня есть дети. У меня есть работа, которая приносит радость. Мне нечего тебе сказать, Егор.

- Дети? - его голос сорвался. - У тебя есть дети?

- Да, - она не отвела глаз. - Близнецы. Ри и Ди. Им почти семь лет.

Он замер. Цвет лица стал серым.

- Семь лет, - повторил он. - Значит, они родились через несколько месяцев после того, как ты...

- После того, как я выпрыгнула из окна? - закончила она. - Да. Я была беременна двойней. Ты не знал. Но я сохранила их. Я сохранила твоих детей, Егор. И я воспитала их без тебя. Потому что ты не был рядом. Ты был занят цветами и пустыми обещаниями.

Егор сделал шаг назад и опёрся о стену. Взгляд остекленел.

- Мои дети, - прошептал он. - У меня есть дети. Семь лет. Я мог быть рядом. Я мог... Почему ты не сказала?

- Потому что ты не заслужил этого, - голос Анны дрогнул. - Ты угрожал мне. Ты душил мою подругу. Ты довёл меня до того, что я хотела умереть. И когда я очнулась в больнице, ты пришёл с цветами, как будто ничего не произошло. Ты даже не знал, что я потеряла первого ребёнка тогда. Ты просто не знал. Поэтому я ушла. И я не вернусь.

Повисла тишина. Егор молчал, уставившись в пол. Его плечи вздрагивали.

- Я был идиотом, - наконец сказал он. - Я знаю. Я был жестоким, глупым, эгоистичным. Но я изменился. Я всё эти годы искал тебя, чтобы сказать, что я другой.

- Люди не меняются так просто, - сказала Анна. - Прошло семь лет. Ты стал богаче. Старше. Но внутри ты тот же Егор, который боится проигрывать.

- Я не боюсь проигрывать, - он поднял голову, и в глазах блеснули слёзы. - Я боюсь потерять тебя навсегда.

- Ты уже потерял, - сказала она. - Семь лет назад.

Егор не двигался. Он просто стоял, глядя на неё, как на последнюю надежду.

- Я хочу узнать своих детей, - сказал он.

- Нет.

- Т/и... Анна. Прошу. Я не буду вмешиваться. Я не буду ничего требовать. Просто... просто дай мне возможность быть рядом. Хотя бы иногда.

Анна закрыла глаза. В груди разрывалось.

Она вспомнила, как он когда-то обнимал её. Как он плакал в больнице. Как он кричал ей вслед, когда она шла к окну. И несмотря на всю боль, она не могла стереть эти воспоминания.

- Я подумаю, - сказала она наконец. - Теперь уходи. Мне нужно работать.

Егор кивнул. На пороге он обернулся.

- Я буду ждать. Сколько нужно.

Он ушёл. Анна осталась одна. Она сидела неподвижно, глядя в стену, и не чувствовала ни боли, ни радости. Только глухую пустоту.

Вечер. Дома.

- Он был на работе? - спросил Герман, когда Анна пересказала ему разговор.

- Да. Пришёл прямо в студию.

- И ты согласилась подумать?

- Я не знаю, что сказать ему, - призналась Анна. - Он отец моих детей. Это факт. И если он действительно изменился, может быть, я не имею права лишать их отца.

- Ты имеешь право на всё, - твёрдо сказал Герман. - Потому что ты их мать. И потому что ты пережила ад, который он тебе устроил. Если ты разрешишь ему приблизиться, он снова сделает тебе больно.

Анна взяла его руку.

- Ты ревнуешь?

Герман усмехнулся, но улыбка была горькой.

- Я боюсь, - сказал он. - Не за себя. За тебя. За детей. Он - ураган. А ты семь лет строила тихую гавань. Не позволяй ему разрушить её.

Анна долго молчала.

- Я не позволю, - сказала она наконец. - Но я должна дать ему шанс. Мне нужно, чтобы он хотя бы увидел их. Понял, что они - не его собственность. А потом он уйдёт. И мы продолжим жить, как жили.

- Ты веришь в это? - спросил Герман.

- Нет, - честно ответила она. - Но я должна попробовать.

Они обнялись и долго сидели так, в темноте кухни, пока за окном не начал накрапывать дождь.

Анна думала о Егоре. О том, как он дрожал, когда узнал о детях. О том, как он просил прощения. И внутри неё, где-то глубоко, шевельнулось что-то старое, почти забытое - надежда.

А может, она всё ещё любила его?

Она не знала. И боялась узнать.

Ночь. Спальня.

Герман уснул. Анна лежала и смотрела в потолок.

На столе лежал телефон. Экран загорелся - пришло сообщение от незнакомого номера.

«Анна, это Егор. Спасибо, что выслушала. Я не буду давить. Но если решишь - я здесь. Всегда.»

Она прочитала сообщение три раза. Потом удалила его.

Но в голове оно осталось.

Продолжение следует.