Voodoo

POV Адам

Солнышко, птички, мягкая постелька. Что еще нужно для счастья? Лично мне - маленького и теплого Томми под боком, которого я...не чувствую! Ну что за разочарование! После такой ночи...

Пришлось нехотя разлеплять глаза, потому что я уже исползал всю свою кровать в поисках блондинистого существа, но так и не нашел. А это значит, что придется вставать, как бы хорошо мне ни лежалось в постельке. Но для начала можно попробовать позвать, вдруг откликнется моя пропажа. 

- Томми? - в ответ тишина. - Томми! - снова молчание. Во это мне уже не нравится. Подрываюсь с кровати и с грохотом открываю дверь смежной со спальней ванной. Там пусто. 

- ТОММИ ДЖО МАТЬ ТВОЮ!!! - я уже приготовился было бежать в панике по дому, но тут дверь спальни резко распахивается, а на пороге с ошалевшими глазами стоит Китти.

- Ты чего разорался, Адам? Я уже думал, по твою душу сам дьявол явился. 

- Дьявол вселился в меня и явился по твою душу, черт возьми! Где ты был? Я проснулся один, в ванной тебя не было, я уже подумал, что ты удрал от меня, даже не оставив записки! 

Три секунды Томми смотрел на меня, как на клинического идиота, а потом громко и задорно рассмеялся, чуть не сгибаясь пополам.

- Что смешного? 

- То, что ты...включил, блять, Отелло с утра пораньше! Чудик ты гламурный... Один ты проснулся, потому что в стране час дня, а я не могу спать так долго. А "удрал" я, не оставив записки, всего лишь на кухню, чтобы тебе, недотепе, приготовить завтрак и потом разбудить. Еще вопросы будут или ты все-таки наденешь хотя бы трусы и спустишься завтракать? 

С этими словами Томми, все еще посмеиваясь, вышел из комнаты, оставляя меня наедине с осознанием собственного идиотизма. Да уж, и чего мне не лежалось спокойно? 
Нацепив первую попавшуюся шмотку, чтобы не слишком смущать Китти, я все-таки спустился на кухню, ведомый охрененным запахом свежего кофе и еще чего-то вкусного. Томми стоял у кухонного стола и что-то усердно перемешивал в маленькой кастрюльке.

- Китти? - я состроил самую виноватую моську, какую только мог, и аккуратно приобнял его сзади за талию 

- Что? 

- Ну, ты же не обиделся на меня?

- За что? - такое ощущение, что ему безразлично...

- За то, что я был идиотом и завелся на пустом месте.

- Мм, а еще за что? 

Вот же, маленькая бестия!

- Ну, за то, что я был груб с тобой...

- Возможно.

Ладно, упрямец, я же пойду с тяжелой артиллерией, против которой не устоишь! Крепче прижав котенка к себе, я начал быстро и нежно целовать его сладкую шею, уже покрытую яркими синяками после нашего вчерашнего безумия. 

- Ну, малыш, я не хотел тебя обидеть! 

- Ты и не обидел! - просто ответил Томми и, повернувшись ко мне лицом, ярко и широко улыбнулся. Вот же...

- Хитрец! Ты прикидывался! 

- Никем я не прикидывался, просто тебе, видимо, нравилось считать себя виноватым, тебя заела совесть, и ты решил, что неплохо было бы передо мной извиниться. Но, чтобы пощадить твое самолюбие, скажу, что ты ужасно милый, когда извиняешься!

С этими словами он ловко выскользнул из моих рук и поставил на стол две тарелки и ту самую кастрюльку.

- Садись за стол, Отелло, я поднялся в девять утра, чтобы сделать тебе блинчики с шоколадом! Только ты не привыкай, будем считать, что это мое вознаграждение тебе за вчерашние...хм, подвиги.

Вот такой Томми мне нравится больше! Кстати, только слепой бы не заметил, что он изменился - сегодня он буквально сиял изнутри. 

- Ну, если так, то, боюсь, я все-таки привыкну! Потому что вознаграждать за подвиги тебе меня придется каждое утро. 

- Э, нет! Ночью, конечно, было потрясающе, но после трех раз я сегодня едва смог встать с кровати и нормально передвигаться. Поэтому, даже не мечтай!

- А я все же помечтаю...кстати, насчет ночи, Китти! Если завтра утром я проснусь, а ты не будешь лежать на соседней подушке, накажу, честное слово. 

- Ох, напугал -то! - Томми все с той же улыбкой покачал головой, раскладывая нам блинчики по тарелкам и поливая их темным шоколадом. А я, наверное, нес всякий бред, но только для того, чтобы еще чуть дольше посмотреть на эту улыбку. Как ни странно, мой Томми даже улыбаться стал по-другому. - И вообще, Ламберт, хватит болтать. Жуй и скажи мне, что я не зря подорвался в девять утра! 

Он отпилил от блинчика на моей тарелке небольшой кусочек, обмакнул его в шоколад и буквально скормил его мне с собственных рук. Боже, вот так бы каждое утро всю оставшуюся жизнь...рай на земле, да и только! 

-Ну? Ты скажешь мне что-нибудь? - даже не дав мне дожевать, начал допытываться Китти, выпучив на меня взволнованно-блестящие глазенки. 

- Я...лучше покажу... - плевать, что на моих губах остался шоколад, от этого поцелуй стал только слаще. Для приличия котенок пару секунд, конечно, подергался, но потом распробовал новое лакомство и издал звук, больше похожий на довольное мурлыканье кота, которому дали ведро сливок. - Убедительно? 

- Смотря, в чем ты хотел меня убедить. - Китти улыбнулся, слизывая теперь уже со своих губ шоколад. 

- В том, что ты потрясающе готовишь, но для меня все равно нет ничего вкусней и слаще, чем ты. 

-Ну, тогда я почти верю тебе.

-Что я должен сделать, чтобы ты поверил на сто процентов?

Котенок коварно блеснул глазками, отправляя в рот последний кусочек со своей тарелки. Когда этот маленький обжора успел?

- Съесть все, что я приготовил! А потом поцеловать. Вот тогда я поверю тебе безоговорочно! 

- Маленький, хитрый, сладкий обжора, вот ты кто! 

- Согласен, но ты не влюбился бы в меня, будь я каким-то другим, поэтому...ешь! 

Поспорить с этим было трудно и, в сущности, бессмысленно, поэтому мне оставалось только с удовольствием исполнять "условие" Томми, наблюдая, как это чудо моет посуду. 

***

POV Томми

После нашего "завтрака" (он же обед), я хотел поехать к себе в квартиру, чем сразу же насторожил своего Отелло. Вот уж не думал, что Ламберт такой собственник!

- Слушай, я тебя понимаю, мне тоже хочется засыпать и просыпаться вместе, готовить завтраки, смотреть допоздна телевизор или... Но переезд - это не решение, которое принимается в одну секунду! 

- Но ведь ночью ты был согласен и без всяких раздумий! - продолжал убеждать меня Адам, активно размахивая руками. 

- Боже, Ламберт! Ночью я был согласен вообще на все, что бы ты мне ни предложил! 

- Это значит, что сейчас ты отказываешься? Или нам снова заняться сексом, чтобы ты согласился?

Господи или кто там за него, дайте мне терпения! 

- Я не отказываюсь, Адам, я хочу жить с тобой, но... 

- Тогда что тебя останавливает? О чем мы вообще сейчас говорим?

- О том, что мне нужно поехать в свою квартиру и хотя бы покормить и выгулять Этту! А потом посмотреть, какие из вещей мне нужны, а какие...

- Ок, у меня план. Мы вдвоем едем к тебе, гуляем с собакой, а потом собираем твои вещи и перевозим ко мне. - Адам сказал это с лицом совершенно довольного собой человека, и тон его голоса явно не подразумевал, что у меня есть возможность отказаться. 

***

- Малыш, я и не думал, что у тебя такая огромная коллекция фильмов! Нам с тобой этого на ближайшие лет пять хватит...

Мы собирали вещи в моей квартире уже четыре с половиной часа. У двери стояли семь коробок, два чемодана и одна спортивная сумка. И все это не считая шести гитар! 
А теперь Адам стоял около моей "коллекционной стены" и складывал в коробку очередной десяток DVD. Ну, люблю я кино, что уж со мной поделать! 

- На самом деле, Адам, если смотреть, скажем, по два фильма за ночь, то мы пересмотрим все это за полгода. 

- Э, нет, котенок, так не пойдет! - Ламберт повернулся ко мне и, выгнув бровь, пошло облизнулся. - Если мы чем и будем заниматься по ночам, то явно не просмотром твоей фильмотеки! Ночь нужна для кое-чего поинтересней...

- Боже...

- Не угадал, это всего лишь я. Но мне приятно!

И все с тем же хитрым прищуром Адам своей привычной кошачьей походкой стал приближаться ко мне. Ох, чует моя уже пострадавшая задница, что нарвалась...

- Адам? 

-Томми.

- Ламберт, блять!

- Рэтлифф...

- Слушай, я знаю этот твой взгляд! 

- Какой взгляд? - так я и поверил, что он овечка Долли. А между тем расстояние между нами как-то слишком быстро сократилось до пары сантиметров, и руки Ламберта уже крепко обвили мою талию. 

- Такой вот, как сейчас. Чего ты хочешь?

- Не верю, что не понимаешь....тебя, малыш, тебя.

- Адам, я люблю тебя, конечно, но за сегодняшнюю ночь мы занимались этим три раза, и я, мягко говоря, сейчас не в форме! Моя задница и так перенесла потрясение...Адам!...

В общем, не успел я даже придумать здравый аргумент для отказа, как оказался переброшенным через плечо и уже через пять секунд опрокинутым на огромную горы подушек, которую мы накидали посреди комнаты. Что ж, вы думаете, я начну брыкаться? Нет, теперь точно не начну, потому что пройдет пятнадцать секунд, и Адам убедит меня в том, что я сам хочу этого не меньше. 

***

POV Адам

Что-то мне подсказывает, что экстази на сцене меня больше брать не будет - я подсел на наркотик покруче. Такой, что от него чердак срывает за тридцать секунд. И прямо сейчас этот самый наркотик змеей извивается в моих руках и лихорадочно пытается стянуть с себя футболку. Разумеется, я мог помочь ему или вообще просто разодрать эту футболку к чертям, благо, моя сила это позволяет, но гораздо приятней было наблюдать за Китти, не предпринимая никаких действий. 

Вчера ночью я думал, что умер и попал на небеса, с которых не хочется возвращаться. Я был уверен, что так хорошо, как с Томми, мне не будет ни с кем, но ночь превзошла все мои ожидания. Я даже смутно помню собственные действия и чувства, но зато в моей голове, похоже на всю жизнь отпечатался образ Томми, каким он был вчера. Ярко пылающие любовью, желанием и страстью глаза, алые, влажные, припухшие от поцелуев губы, бархатная светлая кожа, прикасаясь к которой, я почти терял сознание. Его запах обволакивал все мое сознание, а совершенное, гибкое и податливое тело заставляло сходить с ума. 

Вчера мы были безумны, нам хватало одного взгляда, чтобы снова захотеть и наброситься друг на друга, поэтому, уснув только под утро, мы были совершенно без сил. Но вот сейчас я хочу помучить его, сделать все медленно, наблюдая за каждым его движением, за малейшим изменением на красивом лице. 
Томми оседлал мои бедра и с садистским удовольствием медленно расстегивал маленькие пуговицы на моей рубашке, одну за одной, неотрывно глядя мне в глаза совершенно черным жадным взглядом и облизывая быстро пересыхающие от горячего дыхания губы. 

- Если завтра я не смогу сесть, тебе придется таскать меня на руках, Адам...

- Ну тогда я постараюсь, чтобы ты не смог этого сделать. 

Томми капризно надул губы и, изогнув бровь, склонился над моим лицом:

- Но это автоматически значит, что как минимум неделю секса тебе не видать.

- А сам-то выдержишь так долго без меня?

- Запросто! 

- Уверен? - сев на нашем импровизированном ложе из подушек, я обвил руками тонкую талию самоуверенного котенка, прижимая его крепче к своему уже обнаженному торсу и начиная медленно покрывать поцелуями лебединую шею, неспешно подходя к чувствительному месту за ушком. Еще секунда, и он сдастся, я знаю! Вот, уже гибкий стан в моих руках выгнулся дугой, подставляя мне бархатную кожу для поцелуев, я уже чувствую эти мурашки по всему телу и вибрацию на горле от громкого стона. - Так ты уверен, что сможешь игнорировать меня неделю?

- Черт, Адам...ну, может, не неделю...

- Какие мы крепкие! - но ведь и я добиваюсь своего, поэтому, опрокинув Томми на подушки, я начал медленно оглаживать его тело самыми кончиками пальцев, а у Китти уже закатываются глаза от этой ласки. Ну, а теперь контрольный выстрел - чуть приспустить уже расстегнутые джины и припасть губами к таким соблазнительно выступающим бедренным косточкам. Покружить языком по самому низу живота, прикусить нежную тонкую кожу и тут же, как бы в извинение, мягко поцеловать, оставляя след. И вот она реакция - дрожь по телу, прерывистый стон, и тонкие пальчики впиваются мне в плечи. - Ну, так что, малыш? Продержишься ты без меня хотя бы три дня? 

Теперь в ответе сомневаться не приходится, я вижу его во вспыхнувших пламенем глазах. 

- Не смогу...Нет...- коротко шепчет Томми и, так же, как я недавно, быстро и ловко валит меня на подушки, снова усаживаясь на мои бедра и притирается пахом сквозь толстый деним. А вот это запрещенный прием, но...я уже почувствовал его возбуждение, и мои руки своевольно переместились на самую желанную часть тела. Китти в ответ на это совсем по-кошачьи выгнул спину, словно впечатывая свою попку мне в ладони, а сам принялся беспорядочно и влажно целовать мою грудь, оглаживая руками плечи. 

- Томми Джо? 

- Что? 

- Я люблю тебя, малыш. - вы бы видели его взгляд в этот момент. Такими глазами можно дыру прожечь, и похоже в моем сердце она уже прожжена. Китти три секунды приходит в себя, его взгляд чуть проясняется и становится теплее, уже на таким безумным. 

- Я тоже люблю тебя, Адам... - и тут он хотел уже вернуться к своему "занятию", но я снова остановил его, кладя одну свою ладонь ему на щеку. Взгляд становится вопросительным. 

- Ты мой, Томми. Слышишь, только мой и ничей больше! 

- Да, Адам, я твой. 

- И я никому на свете тебя не отдам. Никогда.

- Не отдавай... Адам, что ты...

- Ты выйдешь за меня?

Этот вопрос сорвался с языка практически неосознанно, но как только я произнес эти четыре слова, их смысл мгновенно яркой вспышкой загорелся в моем сознании. Только сейчас, сказав первую мысль, которая пришла в голову, я понял, что на самом деле думаю об этом уже неделю! До этого я не осознавал, что за мысль крутилась на краю сознания настойчиво и методично все это время, а вот сейчас, когда слова сами сорвались с языка, я понял, что именно это желание и стучало у меня в голове. Именно этого я на самом деле хотел и хочу! 
Томми отдал мне свое сердце, он любит меня. Он отдал мне свое тело вчера ночью и вот-вот снова отдаст сейчас. Вчера ночью я стал его первым мужчиной и, черт возьми, я буду и последним! Этот маленький, такой хрупкий и нежный с виду человечек ухитрился забрать все мои мысли, чувства, разум и сейчас так крепко держит мое сердце в своих изящных руках. 
Мы с ним такие разные, внешне мы противоположности друг другу, но я знаю, как гармонично, естественно и красиво мы смотримся вместе. Маленький, утонченный кареглазый блондин с такой редкой, застенчивой и милой улыбкой рядом с высоким и крепким голубоглазым брюнетом, который улыбается широко и открыто. Идеальное сочетание тепла и холода, идеальное дополнение непростых характеров друг друга. 

Мой вопрос явно вышиб Томми из колеи, он смотрел на меня огромными, широко распахнутыми и ошалевшими глазами, часто хлопая пушистыми веерами ресниц, словно видел впервые. Я молчал и просто смотрел ему в глаза, надеясь, что там он все же увидит, что мои слова не шутка, что именно с этого момента я хочу раз и навсегда привязать себя к нему и его к себе. 

- Повтори... - как-то задушенно прошептал Томми, начиная понемногу приходить в себя. 

- Малыш, я прошу тебя выйти за меня. Прошу стать моим мужем и принадлежать только мне. Всегда. 

- Адам...ты же...но ведь это не то, чтобы...это не жить вместе, в смысле...черт! Я...

- Слушай, Китти... - чтобы было проще, я взял руки котенка в свои. - Я действительно очень люблю тебя. И я хочу разделить всю мою жизнь с тобой. 

Все еще сидя на моих бедрах, Томми растерянно хлопал глазами, смотря то на мои глаза, то на наши сплетенные руки. Какие мысли сейчас в его голове? Хочет ли он отказать или не уверен в наших отношениях? Вот он в очередной раз поднимает взгляд на меня. И что он сейчас скажет? 

- Адам, ты помнишь Voodoo?

- Что??? - это был последний вопрос, которого я мог ожидать. 

- Ну, свою песню Voodoo, помнишь?

- Помню. 

Томми чуть улыбнулся и сжал мои ладони сильнее. 

- Вспомни строчки: "I'm in rapture there is no cure. No sanctuary... (я в восторге, нет лекарства и убежища... прим. автора)

- From your love. - продолжил я, все еще не понимая, к чему он клонит. Мне в ответ снова легкая улыбка. 

- Это о тебе. Я восхищаюсь тобой, и когда ты полюбил меня, я уже не имел шансов. От твоей любви не было ни лекарства, ни убежища.

- Томми, к чему ты...

- А теперь вспомни еще кое-что. Эти строчки: "I just gotta say I want your hex, I don't wanna..."

- Live without your hex. 

Наверное, на моем лице было выражение полнейшего непонимания, и это заставило Томми заулыбаться еще шире. Он положил свои теплые ладони мне на плечи и продолжил:

- Да. Эти строчки уже обо мне. Твоя любовь - это те самые чары. Они изменили меня за такое короткое время, и теперь я понимаю...я уже не хочу жить без твоей любви, Адам. 

- Почему ты говоришь все это, Томми? 

- Потому что...может, я уже сумасшедший, может, не ведаю, во что ввязываюсь, но... я хочу быть твоим мужем, Адам. 

Последние его слова - это прерывистый от волнения шепот, но я услышал бы эти слова, даже находясь на концерте среди кричащей толпы. Потому что звук исполнения заветной мечты услышишь всегда и везде. 
Поверить в это трудно, но Томми улыбается и его глаза блестят, как никогда прежде. 

- Так ты согласен? Правда...хочешь? 

- Правда, Ламберт, правда! Я сог-ла-сен, я, черт тебя дери, согласен! 

И вот теперь внутри словно разорвалось солнце, выплескивая тепло, согревая и освещая то, что раньше казалось темным и тусклым. Томми Джо был мои счастьем, а сейчас я держу это счастье в своих руках и никогда больше не отпущу! 

- Я люблю тебя, Китти...

- А я люблю...тебя... - и шепот последнего слова потонул в поцелуе, который скрепил наше обещание. Теперь моя любовь принадлежит мне, а в жизни ведь больше ничего и не надо!