6-глава
По приезду нас встречает младший помощник директора. Мужчина выглядел очень серьёзным и сдержанным. Он мельком провёл по нам взглядом, проверяя форму. Но его глаза остановились на моей обуви. Заместитель вскидывает одну бровь и поднимает на меня взгляд, как бы задавая вопрос «Что это такое?».
– Ваши туфли на слишком высоких каблуках. Извините, но мне не очень улыбается переломать себе все кости.
Разве им не всё равно на школьную форму?
– Директор Мэттьюс сейчас на совещании, поэтому поручил мне провести новоприбывшим экскурсию по академии. Также велел позаботиться о ваших расписаниях, – поправляя свои старомодные очки, протягивает нам с Джексоном бумагу с распечаткой заместитель.
Я сворачиваю и засовываю бумагу в карман, посмотрю попозже. Сейчас всё моё внимание приковано к самому Бофорту. Ладно, дом Грейсонов не самый большой и роскошный в этом районе. Это звание забирает Академия Бофорт.
Идеально подстриженный газон в форме геометрической фигуры по обеим сторонам от широкой мощёной дороги. Уличные фонари расположены вместе с невысокими деревьями через одну. Академия состоит в основном из трёх зданий, которые соединены между собой. Центровое здание, оно же и самое огромное, связывает между собой такие же две, которые находились по обе стороны от него. Когда мы въезжали через пятиметровые ворота я заметила ещё одно похожее строение с красной крышей, находящееся среди густых деревьев. Сами здания были построены в венецианском стиле. Идеально сбалансированы светлые и тёмные тона, кажется, и внутри академия имеет схожую цветовую гамму.
– Пройдёмте внутрь, – не дожидаясь нас, стуча своими каблуками шагает по направлению ко входу помощник. – Мейтон Грегори. – наконец он представляется.
Мы входим в академию. Всё так, как я и предполагала. Внутри здание такое же, как и снаружи. Керамические плитки под ногами, имитирующие гранит, слегка поблескивают. Справа от входа находится ресепшен, где сидят две девушки в темно-синих одеяниях. Кстати, у нашего куратора пиджак и брюки такого же цвета. Видимо, это их рабочая форма.
– Наша академия очень строго относится к ученикам, нарушающим правила и, не соблюдающим дисциплину.
Трёп Мейтона я пропускаю мимо ушей, осматривая то место, в котором мне предстоит учиться целых два года.
Я смотрю на Джексона. Он тоже в лёгком шоке от такой обстановки, поэтому так же не слушает помощника, разглядывая академию. Брат и сестра, что сказать.
Спустя некоторое время экскурсии, мы останавливаемся около кабинета истории. Мейтон показал нам, где находится столовая, спортзал, раздевалки и стадион. Также рассказал о спортивных секциях академии, чем, естественно, заинтересовался Джексон.
Помните то центровое здание академии? Так вот оказалось, что позади него есть ещё одно такое же здание. Их соединяет внутренний дворик, с помощью которого студенты перемещаются от одного здания к другому.
– Ключи от ваших учебных шкафчиков, – Мейтон вручает нам два маленьких ключа с брелком в виде эмблемы академии и номерами шкафчиков. – По расписанию, сегодня у вас первый урок – история. Если вам что-то понадобится или захотите записаться на какую-либо секцию, можете обратиться в ресепшен. Хотя я думаю, вы здесь надолго не задержитесь, – завершает свою экскурсию Мистер Грегори и уходит прочь, оставляя нас в смятении.
Не совсем понимаю его последние слова. Что он имел ввиду? Может это как-то связано с Грейсонами?
– Да, это связано с сыновьями Малькольма, – отвечает Джексон, словно прочитал мои мысли.
– Плевать на них. Смотри, в этой школе учиться – одно удовольствие, – провожу я руками по воздуху.
– Вижу, тебе понравилось.
– Ещё бы. Хочу поскорее записаться в читательский клуб, – а ведь я даже не спросила у Мейтона есть ли такой клуб вообще. Надеюсь, что да.
– А как же клуб любителей пения?
Пение не играет в моей жизни большую роль. Я пою с детства, но всё же, более предпочитаю литературу. Это всего лишь хобби.
– Брось, Роузи, ты же прекрасно поёшь, – кладёт руку мне на плечо, брат.
– Я знаю, Тимоти. Но меня больше интересуют книги.
Не пугайтесь, это всего лишь наши вторые имена. Джексон Тимоти Фостер и Джианна Роуз Фостер. Его назвали в честь отца нашей матери, а меня в честь матери нашего отца. Мы зовём друг-друга вторыми именами только в особых случаях, а иногда это вылетает на автомате.
Наконец Джексон открывает дверь в кабинет истории. Учительница приглашает нас в класс и начинает представлять классу. Но что-то не так. Им абсолютно плевать. Они даже не смотрят в нашу сторону, демонстрируя своё полное безразличие. Одно слово – Грейсоны.
После того, как нас представили классу. Я глазами нахожу свободное место рядом с какой-то девушкой и иду по направлению к ней.
– Привет, – опускаюсь я на место рядом с ней.
Ученица поморщилась и взмахнув своими рыжеватыми волосами, пересела на другое место. Я услышала как смеются остальные ученики. Немедля Джексон садится на опустевшее место рядом со мной. Кажется, он произвёл хорошее впечатление на учеников этого класса, в особенности на учениц. Они то и дело строили глазки моему брату. А меня и в упор не видели. Джексон заметил это и приобнял меня за плечи, прижав к себе.
– Плевать на них, сестра. Сама же говорила.
Верно, плевать на них.
Урок заканчивается и мы выходим из кабинета. Пустые коридоры теперь заполнили ученики.
– Чёрт, мой шкафчик находится далеко от твоего, – смотрит на наши ключи Джексон.
Действительно, у него номер 458, а у меня 418.
– Встретимся в столовой, – провожаю я его и направляюсь к своему шкафчику.
Мимо меня, бросая на меня любопытные взгляды, проходят несколько парней. Не знаю причину их любопытства... хотя может и знаю. На шкафчике номер 418 красовалась огромная надпись чёрными буквами. Принадлежит дочери шлюхи. Недалеко от этого места стояли несколько учениц, среди которых была та рыжеволосая особа, что пересела от меня на уроке истории. Они громко хохотали, но одна из них смотрела на меня презирающим взглядом. Она явно выделялась среди остальных.
Очередная провокация, Джианна. Не реагируй, не поддавайся, ты выше этого.
Я открываю шкафчик и на пол вываливается куча мусора: банановая кожура, объедки со столовой, скорлупа от яиц, пластиковые бутылки и ещё много чего. Это всё, на что они способны? И где же креативность? Насмотрелись кучу клишированных сериалов про подростков от Нетфликс?
Пнув куда подальше куски мусора, я подхожу к шкафчику. Вонь просто ужасная. Я не могу положить туда свои книги. Они все провоняют.
– Вот же тупые засранцы. Держи.
Я оборачиваюсь и передо мной предстаёт девушка, которая протягивает мне упаковку влажной салфетки. Она хочет помочь? Неужели в этой школе есть хоть кто-то, кто не пляшет под дудку Грейсонов.
– Ненавижу этих, думающих, что они Пуп Земли имбецилов, – говорит темноволосая девушка с несколькими фиолетовыми локонами, и начинает вытирать внутреннюю сторону моего шкафчика.
О, Боже, я нашла человека, который думает так же.
— Почему ты помогаешь мне?
— Я не играю в их игры. Не люблю, когда мне указывают, – она поворачивается ко мне и подмигивает своими серыми глазами.
Я замечаю у неё на ногах потрясающие армейские ботинки на высокой платформе. Что-то мне подсказывает, что мы с ней подружимся.
Я принимаюсь вытирать шкафчик с наружной стороны, тщательно стирая каждую букву.
— Меня, кстати, зовут... – не успеваю я закончить предложение.
— Я знаю. Джианна Грейсон. Вас с братом обсуждает весь Бофорт.
Супер. Замечательное начало.
— Всё! – резко произнесла девушка приятным невысоким голосом. – Выглядит как новенький. Кстати, я – Анкара Брэнсон, но все зовут меня Кара, будем знакомы, – протягивает она мне руку и я пожимаю её. – Классные берцы, – смотрит она на мою обувь.
— Шикарные ботинки, – отвечаю я ей с улыбкой.
Кара понравилась мне с первых минут. У меня никогда не было подруги и надеюсь, Кара навсегда изменит это.
Мы вместе идём в столовую. По дороге я много раз ловила на себе косые взгляды студентов. Я не понимаю, им больше заняться нечем, кроме как обсуждать меня и Джексона?
— Я знаю о чём ты думаешь. Да. Каждый студент этого учебного заведения преклоняется перед Грейсонами. Они, словно стервятники, которые слетелись на падаль. В этом случае падаль – ты, без обид.
Ещё одна замечательная новость. Всегда мечтала быть падалью.
— Проще говоря, чем больнее они тебе сделают, тем сильнее будут подниматься в глазах Грейсонов. Таков удел тех, кто получил "красную карточку" от Грейсонов.
Я задумалась над её словами. Если всё в действительности так, то мне остаётся лишь одно – быть сильной. Я не позволю им сломать меня. Не выйдет.
— Не волнуйся, теперь у тебя есть я, – девушка взяла меня за локоть и прижала к себе. – И я защищу тебя от всех этих зажравшихся выродков, думающих, что им всё можно, раз они богаты! Вы все слышите, ублюдки?! – кричит Кара так, что все проходящие мимо оборачиваются на нас. Плевать. Как будто до этого никто не глазел.
Мы подходим ко входу в столовую, где меня должен ждать Джексон. Ох, а вот и он. Брат сидит один и изучает мой блокнот с записями, при этом подбрасывает яблоко на одной руке. Мы с Карой берём поднос с едой и направляемся к нему.
— Всё хорошо? – сажусь я рядом с братом, а Кара занимает место напротив него.
— Да, вот собираюсь вступить в баскетбольную команду, а у тебя что? – протягивает он мне своё яблоко. — Вижу, завела наконец-таки подругу. Джексон, – он слегка вскидывает голову назад, как бы здороваясь.
— Анкара, но все зовут Кара, – представляется девушка. – Знаете, это так странно, – вдруг выдаёт она, откусывая свою грушу.
— Что такое? – спрашивает Джексон спокойным голосом, отрываясь от блокнота.
— Видеть перед собой двоих абсолютно одинаковых людей, будучи не напившись в хлам.
Мы с Джексоном смотрим друг на друга, а затем оба, как Кара и сказала, абсолютно одинаково заливаемся смехом. Анкара тоже подключается. Этим своим действием мы привлекли внимание других учеников. Но только от одного стола так и веет смертью. Стол, где сидят одни Грейсоны, плюс ещё несколько девушек и парней. Они все смотрят на нас. В этот момент вся столовая замирает и становится очень тихо. Мои глаза пробегают по ним и останавливаются на Марке. Утром он ничего мне не сказал насчёт нашей игры. Марк смотрит на меня с абсолютным безразличием. Решив, что это вызов, я так же, стараясь изобразить равнодушие, смотрю на него. Теперь каждое наше действие будет принимать соревновательный исход?
— Эй, столица Бельгии, вижу, завела себе подобных отбросов, да?– кричит один светловолосый парень из компании футболистов, что проходят мимо нас и начинает хохотать.
— Завались, Гаррет, – закатив глаза, показывает ему средний палец, Кара.
— А не то, что? Побежишь жаловаться мамочке? – надув губы, говорит уже другой парень.
— Забыл? У неё ведь нет матери, – хлопает его по плечу Гаррет. – Видимо, даже матери она была не нужна, раз та сбежала, – раздаётся голос Гаррета на всю столовую, отчего все ученики начинают шептаться.
Я смотрю на Кару. Она сидит уткнувшись в свою тарелку с безразличным выражением лица. Но я знаю, что так она пытается скрыть то, что на самом деле чувствует. Знаю, потому что в этом мы похожи.
Я вижу, как Джексон встаёт со стола, но дёргаю его за руку. Усадив его обратно за стол, я взглядом передаю о том, что проблемы нам не нужны. Мейтон сказал, что академия очень строго относится к ученикам, не чтившим правила и, не соблюдающим дисциплину.
— Решим это мирным путём, – шепчу я и встаю со стола.
Гаррет и его друзья заняли стол недалеко от нас. Другие ученики достают свои телефоны, готовясь к грандиозному зрелищу. Этот говнюк должен ответить за все свои слова.
— Гаррет, верно? – подхожу к их столу.
Парни оборачиваются в мою сторону.
— Что надо? – грубым голосом спрашивает парень.
Я окидываю взглядом всю столовую. Всё их внимание устремлено на нас.
— Во-первых, столица Бельгии - Брюссель, – ровным тоном говорю я.
Друзья Гаррета начинают тихонько смеяться.
— Во-вторых, Анкара - это столица Турции, – продолжаю я.
Смех усиливается. Гаррет резко встаёт с места.
— И к чему мне всё это? Иди, куда шла, пока есть чем, – мерзко ухмыляется парень.
— Просто на будущее, чтобы ты запомнил. Я бы не стала разъяснять тебе программу средних классов, будь у тебя мозг.
Я слышу, как охают и смеются ученики и ученицы Бофорта, а друзья Гаррета и вовсе ржут, как кони. Глаза парня резко вспыхивают.
— Маленькая сучка! Повтори, что ты только, что сказала! – его голос становится грубее, а плечи парня напрягаются.
Господи, кажется, я задела хрупкое мужское эго!
— Ну, а в-третьих, научись грёбаной вежливости по отношению к девушкам, тупая скотина, – сквозь зубы прошипела я.
Гаррет резко делает шаг вперёд и кажется, он готов ударить меня. Но парень отступает назад и в его глазах промелькает тень ужаса. Я оборачиваюсь и вижу Джексона, который еле сдерживался, чтобы не дать ему по лицу. Его взгляд. Такой холодный и такой устрашающий, что по моей спине пробегает холодок.
— И да, если ещё раз полезешь к Каре, я за себя не отвечаю. Советую, не забывать, что мы из одной семьи, – кивком головы я указываю на стол, где сидят братья Грейсоны.
От одного взгляда на них его колени начинают дрожать. Вот, какое влияние имеют на эту академию семья Грейсон. Но это не мой случай. Я не принадлежу к ним. Во мне нет той жестокости и опасности, что исходит от них за километр. Да, я Грейсон, но я не такая как они. Пускай всё так и останется.
Я беру брата за руку и шагаю к нашему столу. Я боялась, что он может наброситься на Гаррета в любую секунду, но слава богу, этого не произошло. Спрашиваете, почему я так пекусь о том, чтобы Джексон не ввязался в драку? Потому что он может потерять контроль над собой.
В Сан-Диего он подрался с одним парнем, который после этого ещё два месяца пролежал в больнице. Джексона за это хотели забрать в колонию для несовершеннолетних, но нам каким-то чудом удалось оправдать его. Тот парень приставал к девушкам и поднимал на них руку, за что и поплатился. После этого я всегда стараюсь отгородить брата от ситуации, которые могут вывести его из себя.
— Ты сумасшедшая, Джианна! – с восторгом в голосе обнимает меня, Кара. — Наконец хоть кто-то проучил этого тупого качка Гаррета, – она поднимает кулак вверх в знак триумфа.
— Надеюсь, этот парень усвоил урок, – улыбаюсь я Каре и поднимаю взгляд на Джексона.
— Усвоил, – уверенным тоном отвечает брат. — Если он ещё раз пристанет к тебе, Кара, или попытается обидеть тебя, Джианна, тогда уж точно не избежит наказания. Я не позволю ни одной живой душе вести себя подобным образом с моей сестрой, – со сталью в голосе произносит брат.
Я впервые вижу его таким.
***
— Как прошёл первый день в академии? Всё хорошо? – спрашивает мама, накладывая мне в тарелку спагетти.
Всё хорошо, мам. День начался с того, что я потерпела не самый лучший разговор с Кайлом. Затем от меня отсела ученица, будто я разносчица какой-то болезни. А после и вовсе испоганили мой шкафчик. И, ох, самое главное – устроила сцену в школьной столовой, единственное достижение за прошедший день. Хотя... Нет! Самое главное достижение – я завела подругу. Вот, о чём надо рассказывать.
— Да, всё нормально, – отвечает Джексон.
— Я познакомилась с одной очень милой девушкой. Её зовут Анкара Брэнсон, – улыбаясь, говорю я.
— Это очень здорово, Джианна. Я рад за тебя. Как вы познакомились? – любопытствует Малькольм.
Я провожу взглядом по Грейсонам. Может они расскажут отцу о том, как состоялось наше знакомство с Карой? Кайл, давай ты? Вижу, прямо таки ухмылка не исчезает с твоего лица. Радуешься тому, что наконец появилась возможность вдоволь поиздеваться надо мной?
— Она показала мне, где находится мой шкафчик, а то я всё никак не могла найти, – вру я и засовываю в рот макаронину.
После ужина мы с Джексоном договорились провести вечер кино у меня в комнате. С меня закуски, а с него фильмы. Как оказалось, у меня отвратительный вкус на фильмы.
Подготовив всё необходимое для просмотра, я решила написать Каре. Но от этой идеи меня отвлекает стук в дверь.
— Да? – подойдя ближе к двери, спрашиваю я. Мне уже хватило, когда в комнату ввалился Кайл.
— Открывай, это Марк, – раздаётся низкий голос за дверью.