Я покоряю мир своей милотой [Быстрое переселение]

— Оу? С тобой всё в порядке? — с некоторым беспокойством спросил Юань Мин. — Всё в порядке, — ответил Тан Бинь. Выждав секунду и вспомнив слова системы, он набрался храбрости и добавил: — ...Просто чувствую себя неважно. Вы тут развлекайтесь, а я поеду домой. Счёт запишите на меня.

— А-Жуй?! — Юань Мин изумился ещё больше, так что его татуировки на руках, казалось, дрогнули. Хотя Жуй и раньше выглядел болезненно, чаще всего это было из-за дурного настроения: он вечно ходил с бледным лицом и поджатыми губами. Плохое здоровье у него было в детстве, но за последние годы он окреп и почти не болел. Поэтому его слова о недомогании не на шутку испугали Юань Мина.

— Тебе правда нехорошо?! — Со мной всё нормально, — Тан Бинь снова выдержал паузу и, дрожа внутри, скопировал манеру оригинала: смерил друга холодным взглядом и добавил: — Не поднимай шум по пустякам.

— Оу...

Это и правда сработало! Получив такой отпор, Юань Мин мгновенно притих и перестал суетиться. Без тени обиды он лишь заботливо спросил: — Может, прислать кого-нибудь, чтобы тебя отвезли? — Не нужно, — максимально холодно отрезал Тан Бинь и развернулся, чтобы уйти.

— Эй, А-Жуй, а что с Чжэн Чжэ делать? — крикнул ему в спину Юань Мин. При одном упоминании о Чжэн Чжэ и о том, как тот лип к нему и терся о плечо, у Тан Биня по коже пробежали мурашки. Он больше не хотел, чтобы этот человек к нему прикасался. Поэтому Тан Бинь бросил через плечо: — Чтобы я его больше перед собой не видел.

Забрав свою машину с парковки и оказавшись в водительском кресле, Тан Бинь издал протяжный вздох облегчения. Словно он только что совершил невероятный подвиг! Всё тело расслабилось. Сердце ещё бешено колотилось, но всё самое страшное было позади.

Он не решился отдыхать долго, боясь, что Юань Мин и остальные могут выйти следом... Хоть он и понимал, что вряд ли, страх заставил его поскорее завести мотор и уехать.

Покинув бар, Тан Бинь не знал, куда ему ехать. Перед уходом он пообещал отцу, что вернется поздно, а сейчас время было ещё совсем детское.

Домой возвращаться было не то чтобы нельзя, просто Тан Бинь боялся лишних расспросов: вдруг семья заметит, что с ним что-то не так, и он снова покажется им странным.

Он совершенно не знал, как вести себя с близкими. У Тан Биня никогда не было настоящей семьи — он рос в окружении Дядюшки-Старого Дерева и Брата-Карпа. У него не было отца, и он понятия не имел, как нужно с ним общаться.

Тан Бинь долго мучился в сомнениях, так и не придумав, куда податься, поэтому решил просто покататься по городу. Город был огромным, так что один круг занимал приличное время. В закрытом салоне автомобиля, под звуки качественной акустики, Тан Бинь чувствовал себя в безопасности. К тому же, проехав один круг, можно было сделать второй, третий...

У него уже затекли руки, но останавливаться не хотелось. Он ведь только недавно впервые сел за руль; хоть он и умел водить, но в процессе никак не мог заставить себя расслабиться и вцеплялся в рулевое колесо обеими руками.

В конце концов он проголодался. Заметив, что на обочинах дорог начали открываться ночные лавочки, он припарковал машину, решив перекусить шашлычками. Уличная еда была визитной карточкой этого города: аромат жареного мяса и острых закусок разносился на версту, привлекая толпы полуночников.

— Босс, мне вот это, это и это, — подойдя к небольшому прилавку, он заказал то, что выглядело аппетитнее всего.

Пахло божественно — густой аромат жареного мяса с зирой чувствовался издалека. Но из-за угольных жаровен стоял такой дым, что люди, ожидающие заказ, находились в состоянии «ты не видишь меня, я не вижу тебя». Поэтому никто не удивлялся тому, что человек в дорогом брендовом костюме приехал на спорткаре покупать шашлыки уличной прожарки. Тан Бинь и сам не осознавал, насколько нелепо он выглядит в этой обстановке.

— Готово! С вас 18 юаней! — зычно крикнул хозяин, выкладывая мясо на угли.

Тан Бинь похлопал по карманам и легко нашел кошелек оригинального владельца. Он был пухлым; открыв его, парень увидел толстую пачку красных купюр — на вид там было несколько десятков банкнот по сто юаней.

Он вытянул одну и протянул хозяину. Тот, будучи по уши в делах, глянул на «крупную купюру» и с досадой сказал: — Босс, а мелочи нет? Сдачи не наскребу. Может, просто отсканируете код? Вот здесь.

— А, хорошо.

Тан Бинь не возражал. Он убрал наличные, достал смартфон и собрался оплатить через WeChat. Но когда он открыл кошелек в приложении, его рот непроизвольно округлился в букву «О».

Глядя на цифры на экране сквозь пелену шашлычного дыма, Тан Бинь принялся тихонько, стараясь не привлекать внимания, пересчитывать нули. Один, два, три, четыре, пять, шесть... Ого! Проведя в этом мире всего несколько часов, он только сейчас по-настоящему осознал, что ресурсов система выделила ему более чем достаточно!

Из памяти оригинала он выудил информацию, что эти шестизначные «карманные деньги» перевела ему жена Ло Юньтяня — его мать — сегодня утром. Она знала, что друзья устраивают для него вечеринку, и прислала денег, чтобы он угостил компанию, а подарок на день рождения должен был быть отдельно...

Маленький цветочный эльф, только что попавший в мир людей и еще не познавший тягот земной жизни, по идее, не должен был понимать ценность денег. Однако, возможно, под влиянием своего первого персонажа, Тан Бинь, увидев такую длинную вереницу цифр, невольно ахнул. Он опасливо огляделся по сторонам и, убедившись, что никто на него не смотрит, быстро отсканировал код.

Так Тан Бинь выделил из своих шестизначных накоплений целых 18 юаней на ужин, решив вопрос с голодом.

На вкус шашлычки оказались не такими прекрасными, как на запах. Всё-таки уличная лавка: жарили не слишком аккуратно, местами мясо подгорело, да и масло наверняка было сомнительного качества. Даже Тан Биню еда показалась так себе. Но положение спасал толстый слой зиры и острого перца. Было жалко выбрасывать, поэтому он уселся за маленький пластиковый столик и принялся грызть палочку за палочкой.

— А-а! Откуда здесь эта собака?!

Тан Бинь уплетал за обе щеки, когда за соседним столом раздался женский визг. Голос был такой пронзительный, что Тан Бинь даже подпрыгнул на месте.

— А-а-а! Прогоните её скорее! Я боюсь! Боюсь!

За это время девушка, до смерти боявшаяся собак, уже успела заскочить с ногами на пластиковый табурет. Тан Бинь проследил за её взглядом и увидел маленькую, серую и взъерошенную собаку, пробегавшую мимо их стола. Пес, судя по всему, испугался крика не меньше самой девицы и во все лопатки припустил в сторону Тан Биня.

— Это просто дворняга, чего ты кричишь? — парень девушки, тоже опешивший от крика, попытался её успокоить, уверяя, что пес не кусается.

— Откуда их столько развелось! Говорили же, что их отлавливают! — Девушка была так напугана, что есть расхотела. Поругавшись еще немного, она ушла под руку со своим кавалером.

Тан Биню же стало жалко перепуганного пса. Тот был еще подростком: уши торчком, не мелкий, скорее похож на щенка средней или крупной породы месяцев нескольких от роду. У него была забавная мордаха; отбежав пару шагов, он замер, а потом и вовсе поджал лапы и свернулся клубком прямо на земле. Видимо, был так голоден, что идти дальше не было сил.

Тан Бинь не выдержал и поманил собаку рукой. Пес увидел жест, но не подошел — напротив, отвернулся и сделал вид, что вообще не смотрит в его сторону. Тан Бинь не понял, что это значит, но обижаться не стал. Раз пес не идет к нему, он пойдет к псу.

Когда он приблизился, лежащая собака снова повернула голову и посмотрела на него. Вид у неё был свирепый, она даже оскалилась.

«...»

Тан Бинь хотел было погладить её, но, испугавшись оскала, отдернул руку. Однако сдаваться он не собирался. Он мягко проговорил: — Ты голоден? У меня есть еда, хочешь немного?

Услышав это, пес перестал скалиться. Тан Бинь подошел ближе, и на него больше не смотрели так злобно. Набравсь храбрости, он присел на корточки и медленно протянул руку, желая коснуться пушистой шерстки.

Но прикоснуться ему так и не удалось. Как только он потянулся к собаке, он заметил, что шерсть на спине пса слиплась от какой-то темно-коричневой жидкости, которая всё еще сочилась наружу. Присмотревшись, он увидел между спутавшимися волосками глубокую рану.

— Ой! Да ты ранен! — невольно воскликнул Тан Бинь.

Пес, лежащий на земле, никак не отреагировал. На крик Тан Биня он лишь бросил спокойный взгляд, в котором читалось нечто вроде «чего ты так суетишься».

Тан Бинь завертелся на месте, не зная, что делать. Он не видел взгляда собаки; мысль о том, как больно бедному животному с такой огромной раной на спине, заставляла его сердце сжиматься. Но окружающие были равнодушны. Кто-то подошел поглазеть на его крик, но, услышав про раненую дворнягу, тут же отошел подальше. Дворняга — значит, переносит заразу. А раз ранена — кто знает, вдруг вцепится в кого-нибудь?

Люди вокруг шептались и тыкали пальцами, но никто не спешил помогать. Пока Тан Бинь пребывал в растерянности, к нему подошел какой-то мужчина. — Это твоя собака? — спросил он. — Нет, — покачал головой Тан Бинь. — Она всё равно скоро сдохнет, не возись с ней. Отдай мне, я её закопаю, — предложил незнакомец.

Пес на земле снова принял свирепый вид. На этот раз он даже поднялся на все четыре лапы, готовый вцепиться в мужчину, если тот подойдет ближе. Тан Бинь, увидев это, замотал головой: — Нет! Смотрите, он встал. Он вовсе не умирает.

— Хм, ты что, дурак? — Мужчина мгновенно сменил тон на грубый. — Не лезь не в свое дело, отойди!

Сначала Тан Бинь думал только о псе и не присматривался к человеку. Теперь же он увидел, что тот одет небрежно, выглядит свирепо и сам по себе довольно крупный. В голове всплыли новости о людях, которые отлавливают бродячих собак для продажи в мясные лавки. Глядя на него, Тан Бинь всё больше убеждался: перед ним живодер.

— Нет! — Тан Бинь непроизвольно вздрогнул. Он до смерти боялся, что мужчина его ударит, сердце ушло в пятки. Но чтобы не дать незнакомцу утащить пса в мясную лавку, он пересилил страх и внезапно подхватил собаку на руки. — Нет! Мне... мне приглянулся этот пес. С этого момента это моя собака, с какой стати я должен тебе её отдавать! — выпалил он, стараясь звучать твердо.

Оказавшись в чужих руках, свирепый пес издал короткий звук «аууу», но вырываться не стал. Казалось, он понял, что этот человек хочет его спасти. А может, рана болела так сильно, что сил бороться не осталось. Он весь дрожал в объятиях человека, но продолжал яростно коситься на мужчину. В его глазах читалось обещание: сделай хоть шаг, и я перегрызу тебе горло.

— Хе... Выглядишь как приличный человек, а на деле — идиот. — Мужчина часто ловил собак и творил разное, но такого яростного взгляда у раненого пса еще не видел. Он невольно поежился, но, придя в себя, усмехнулся. У него был богатый опыт, и даже эта злая собака не казалась ему серьезной угрозой. Не желая больше тратить слова, он двинулся прямо на Тан Биня.

Вокруг шашлычной собралось немало зевак, но никто не вмешивался. Ночь на дворе, кому охота искать неприятности? В толпе даже зашептались, мол, пес больно злой, кто знает, как он поранился, лучше бы его скорее убрали. Тан Бинь пугался всё больше. Он пятился, лихорадочно соображая, что делать.

В этот момент толпа расступилась, и к Тан Биню быстрым шагом подошли двое рослых мужчин. — Молодой господин, что случилось? У вас проблемы? — спросили они. Оба были в костюмах, с Bluetooth-гарнитурами в ушах и внушительными лицами. Даже без темных очков их вид и обращение «молодой господин» не оставляли сомнений: это телохранители.

— Фух... всё в порядке, — Тан Бинь мгновенно выдохнул. В памяти оригинала эти двое были: Ло Юньтянь нанял их специально для него. Чтобы не привлекать внимания, они обычно не показывались на глаза, появляясь лишь в моменты явной угрозы. Тан Бинь только принял это тело и еще не до конца освоился, вот и забыл о подмоге.

Увидев телохранителей, хамоватый мужик тут же сдулся. Позабыв о гордости, он пролепетал: — Старший брат, извините, не признал.

Тан Бинь нахмурился и сказал как можно тверже: — Больше не смей обижать раненых животных! — Он постарался придать голосу веса. — Иначе, если я тебя еще раз увижу, я велю тебя побить!

В конце голос немного дрогнул. Тан Бинь понимал, что вряд ли сможет проконтролировать этого человека. В мире слишком много несчастных животных, и он не может спасти всех. От осознания собственного бессилия его угроза прозвучала не слишком уверенно. К счастью, телохранители придали его словам нужный эффект. Один из них рявкнул: — Ты слышал, что сказал наш господин?! — Слышал, слышал! Всё понял! — Тогда проваливай!

Мужчина в ужасе сбежал, зеваки тоже поспешили разойтись. У шашлычной снова стало тихо. Лишь повар-бедолага в полном недоумении смотрел, как Тан Бинь с собакой на руках и в сопровождении свиты удаляется прочь.