сколько ты стоишь?

катя закрыла за собой дверь, прижалась к ней спиной и глубоко вдохнула. в комнате было тихо, только её сердце билось так громко, будто хотело вырваться. она сбросила платье прямо на пол — небрежно, как ненужную тряпку. на ней осталось только чёрное бельё: кружевной лиф, тонкие бретельки, идеально сидящие трусики. элегантное, дорогое, но в этот момент оно стало чем-то другим — частью её злости и уязвимости.

она подошла к мини-бару, налила бокал белого вина и сделала большой глоток. вкус жёг горло, но этого было мало. она снова налила и зашагала по комнате, почти не замечая, что стоит полуголая.

стук. три коротких удара.
– катя, открой.

она закатила глаза.
– пошёл нахуй.

тишина. и вдруг — щёлк, дверь открывается. дима зашёл, будто был здесь хозяином. на нём тёмный костюм, галстук ослаблен, лицо спокойное.

– ты с ума сошёл?! – катя резко повернулась к нему, прижимая бокал к груди. – кто тебе дал право?!
– тот факт, что ты ждала меня, – спокойно ответил он, закрывая дверь.

катя расхохоталась зло:
– ждала?! да я тебе этим бокалом в рожу сейчас кину.
он сделал шаг ближе, глаза блеснули.
– бей.

и она кинула. бокал ударил его по плечу, расплескав остатки вина. стекло с глухим звоном упало на ковёр. дима чуть поморщился — не боль, но неприятно. он посмотрел на неё, и в его взгляде вспыхнул огонь.

– ты реально ненормальная, – тихо сказал он и рывком оказался рядом.

он схватил её за запястья. сильно. так, что катя почувствовала, как тонкая кожа натягивается под его пальцами. она дёрнулась, но он держал мёртвой хваткой, прижал её к стене. дыхание перехватило, глаза расширились.

– отпусти! – зашипела она.
– скажи, что не хочешь, – его голос был низким, грубым, близко у уха.

катя пыталась вырваться, но чем больше дергалась, тем сильнее он сжимал. и в этом было что-то опасное, пугающе возбуждающее. её дыхание сбилось, в груди стало тесно.

– иди к чёрту, – прошипела она, но это звучало уже не как отказ.

дима усмехнулся, отпустил одну руку и другой резко провёл по её талии, скользнул ниже. она закрыла глаза, чувствуя, как ноги предательски подкашиваются. его губы накрыли её губы жёстко, требовательно. она сперва пыталась оттолкнуть, но потом сама вцепилась в его шею, впиваясь зубами в нижнюю губу.

он поднял её, прижав к стене, её ноги сами обвились вокруг его бёдер. кружево на теле жгло от каждого прикосновения, словно стало ещё тоньше, ещё прозрачнее. катя стонала, но в каждом звуке была злость, будто она ненавидела себя за то, что уступает.

он швырнул её на кровать. тело ударилось о мягкий матрас, волосы раскинулись по подушке. она приподнялась, хотела что-то сказать, но он уже оказался сверху, снова поймал её запястья и прижал их к матрасу.

– ты доводишь меня, – сказал он глухо.
– а ты... мразь, – выдохнула она.

и они трахались так, будто это была война. жадно, грубо, без пауз. катя кусала его плечо, оставляя следы, дима держал её так, что утром наверняка останутся синяки. их дыхание срывалось, стоны вплетались в шум кондиционера.

она ненавидела себя за то, как сильно хотела его в этот момент. ненавидела его за то, что он знал это.

но когда он в конце рухнул рядом, катя лежала с закрытыми глазами и впервые за долгое время чувствовала себя не пустой, а живой.