зомби & мумия

По стенам огромного темного здания проносятся эхо голосов. Самый гул шума находится в центре всей этой потасовки и народ там, явно, в трепещущем ожидании срочно требует танцевального батла. Юнги и представить себе не мог, что такие «соревнования на лучшие танцы» происходят в таких местах. Такое ощущение, что сюда заявились даже те, кто танцы то вовсе не любит. Люди вокруг о чём-то дико спорят, выкрикивают друг другу оскорбления и делятся на разные команды, чтобы всем вместе «болеть» за какую-то определённую дэнс-группу. Мин впервые здесь находится, да и видит Бог, он никогда бы сюда не сунулся, если бы не один человек, который участвует в этом танцевальном батле. А ведь всего один звоночек одному своему другу, который сможет найти любой кипиш в городе и вуаля — теперь он знает, где сегодня будет танцевать Хоби.

Альфа медленно продвигается между сбившихся в кучку людей, прямиком направляясь ближе к сцене, где половина народу уже в нетерпении ждут начала, но главных виновников торжества ещё нигде нет. Он останавливается около колонны, облокачивается на неё и осматривает людей. Народ повсюду настолько громко разговаривает, из-за чего Юнги начинает быстро раздражаться, поэтому когда рядом с ним какой-то полупьяный омега кричит несвязный бред, он чуть ли не орет на него, чтобы тот заткнулся. От такой напряженной обстановки нервишки начинают шалить. Или это только Юнги напряженный?

Хосок же в это время стоит в самой темной части этого помещения и внимательно наблюдает за возбужденной толпой. Омега пытается унять внутреннюю дрожь, которая расплывается по всему телу как электрический ток и обхватывает себя руками за плечи. Очень неприятное чувство тревожит его ещё с самого утра и избавиться от этого в течении дня так у него и не получилось. Его группа в полном воодушевлении от предстоящего батла, но как бы самому Хоби не хотелось присоединиться сейчас к ним, он не может. Весь сегодняшний день он был на грани того, чтобы отказаться от батла, но было уже поздно. Недели тяжёлых тренировок пойдут насмарку, он может подвести свою и чужую группу.

— Ты бледный, — вполголоса произносит Чимин, подходя ближе к Хосоку. — И не надо снова, как попугай, повторять, что всё нормально.

Чимин первый сегодня, кто кидал на омегу косые взгляды, а потом уже и Донхён заметил. Хоби весь день пришлось уверять их в том, что всё на самом деле нормально, просто немного переживает. Но наврать тем, с кем танцуешь уже несколько лет просто невозможно. Они много раз видели, как омега на самом деле бурно реагирует на различные танцевальные соревнования, да и вообще на всё, что связано с танцами. И они ни за что не поверили тому, что сказал им Хоби.

— Всё нормально, — произносит Чон и тянет улыбку на лицо. Всё и правда нормально. Не портить же всем предвкушение сладостной победы каким-то своим плохим предчувствием. Ни за что.

— Ну ты и попугай, — закатывает глаза Чимин и кладёт ладонь на плечо рыжеволосому. — Мы их порвём! Как и всегда это делали, ты же знаешь.

— Да и тем более, — слышится позади голос Донхёна и омега вполоборота поворачивается к нему, — нас тренировал самый лучший танцор, как мы можем проиграть?

Хоби на этот раз наконец искренне улыбается и шлёт куда подальше чувство тревоги. Нужно срочно сосредоточиться только на танцах. И на победе.

Напряжение в здании нарастает и окутывает каждого танцора волной смешанных чувств, заставляя от волнения нервничать сильнее. Зрители сбиваются в кучку, подходят ближе к центру сцены и верещат, когда туда наконец поднимаются две группы. Юнги подмечает, что рядом с лидером своих соперников Хоби выглядит совсем маленьким. Альфа, на вид лет двадцати пяти, выше ростом на две головы, на лице оскал акулы и взгляд, который смотрит на всех свысока. Да и не сулящий ничего хорошего. От таких противников хорошего окончания батла не жди.

Мин кусает губы от всеобщего напряжения и всматривается в рыжеволосого омегу, и надо отдать должное, Хосок держится также уверенно. Без какой-либо капли страха, он стоит впереди своей группы, рядом с лидером соперников и не отводит взгляда. Они о чем то недолго разговаривают и уходят к своим группам. Видимо, батл начинается.

— Так, ребята, — подходит Хоби к своей группе, — они начинают, мы подхватываем. Дальше всё так же по старым правилам: победителей выбирают зрители.

— Порвём их! — выкрикивает с горящими глазами Чимин и вся группа поддерживает его дружным кличем.

Обстановка в здании накаляется, зрители в нетерпении кричат о начале батла, но буквально через минуту их крики тонут в громких басах незнакомой зажигательной музыки. В центр сцены выходит группа соперников, практически сразу же подхватывая такт песни и начинают исполнять какой-то бешенный танец, от которого Юнги удивленно приподнимает брови.

Но всё же их танец с примесью какой-то вульгарности и чрезвычайной пошлости неплохо заходит зрителям. Народ одобрительно кричит, когда омега из группы соперников начинает тереться в такт об главного танцора, пока тот держит руками его за бёдра и недвусмысленно пританцовывает.

Музыка резко сменяется и соперники быстро ретируются со сцены, пока их место занимает команда Хоби, состоящая примерно из пятнадцати человек. Юнги щурится, пытаясь прочитать эмоции на лице омеги, но не успевает и свет в здании приглушается. В полутьме на сцене зажигается огонь.

Мин ухмыляется. Ох, да, это в их стиле.

Зрители своими криками громко подхватывают музыку и выступление начинается. Искры танцующего огня разлетаются то тут, то там, создавая просто нереально зажигающий эффект. Каждый танцор в команде очень хорошо дружит с огнём, как будто они даже не боятся обжечься. Их движения настолько синхронны и пленительны, что народ затаивает дыхание. Темп музыки с каждым разом всё нарастает и танец постепенно переходит на новый уровень, заставляя зрителей трепетать от нахлынувших эмоций.

А Хоби... Мин даже не может подобрать точные слова, которые смогли бы описать всё то, что он видит. Этот омега действительно идеален в своём деле. Весь этот драйв, адреналин, огонь, страсть — это всё он. Его движения настолько восхитительно отточены, что теперь даже неудивительно, почему его группа всегда побеждает.

После долгих и бесчисленных сменяющихся партий между групп, когда уже практически все зрители сорвали свой голос, но продолжали кричать, требуя жаркого продолжения, Хосоку хотелось лишь свалится от усталости прямо на пол. Ноги безумно дрожали и горели от бешеной нагрузки, но он только облокачивается об рядом стоящего Чимина и принимает бутылку прохладной воды из его рук, которая является сейчас для омеги маленьким спасением.

— Сейчас сдохну, — лепечет рядом Пак, глубоко дыша ртом, чтобы привести дыхалку в норму.

— Не расслабляемся, всё ещё впереди, — выпрямляется Хосок и устремляет глаза на соперников, замечая один взгляд, который не сулит ничего хорошего.

«Чёрт, чёрт, чёрт, неужели опять?»

Высокий парень уже медленно подходил к их группе.

— С такими танцами вам бы где-нибудь в цирке выступать, — нахально говорит он.

«Ох, нет, нет, нет.»

Хосок глубоко вздыхает и поворачивается к парню, чтобы вежливо отослать его обратно к группе, но судьба уже давно решила поиздеваться над омегой.

— Интересно, сможешь ли ты повторить это уже со сломанной челюстью? — вмешивается Донхён, сжимая кулаки и становясь напротив того альфы. — Хочешь попрактиковаться?

— А тебе нужно научиться нормально воспринимать критику, я всего лишь сказал своё мнение, — скалится парень, ни разу не испугавшись угрозы.

— Оставь при себе своё мнение, у нас нет на него времени, — спокойно произносит Хоби, хватает за запястье Донхёна и тянет его на сцену, посмотрев на остальную часть группы. — Наша очередь.

zayn — wrong

Темнота в здании практически не позволяет разглядеть лица танцоров, но это не мешает Юнги распознать в самом центре силуэт рыжеволосого омеги. Остальные же участники встают немного позади своего хореографа, застывают и, дождавшись начала песни, плавно, словно раскачиваясь на волнах, начинают двигаться.

Спокойная музыка расплывается по всему помещению, народ затихает в предвкушении чего-то неожиданного и красивого, а движения омеги заставляют не отрывать взгляда ни на секунду.

Танец набирает обороты и спокойная мелодия превращается в чувственную. Руки альфы, который неожиданно оказывается позади Хосока, начинают очерчивать фигуру омеги и два человека, как одно целое, сплетаются в самом центре, пока остальные дополняют их танец. Народ начинает поддерживать их движения радостными восклицаниями, при этом громко аплодируя. Некоторые подпевают песне и растворяются в толпе, танцуя какие-то свои выдуманные движения.

И только один из них стоит полностью неподвижно и молча.

Обжигающее и отвратительное чувство, словно змея, медленно обхватывает горло Юнги. Он до боли закусывает нижнюю губу, пока глаза продолжают следить за плавными движениями на сцене. Альфе в какой-то момент кажется это всё бессмысленным. Все эти попытки возобновить общение после недопонимания, попытки нормально всё обсудить. Всё это резко стало каким-то серым.

Ноги будто были прикованы к полу, он не смел уходить или отворачиваться. Он пришёл сюда для того, чтобы наконец объясниться. И он это сделает. Да и не было между ними ничего, чтобы так... ревновать? Но как ни странно, стоять среди толпы и смотреть на него, прижатого к телу альфы, было сложно. Юнги не понимал себя сейчас и все свои чувства.

Он сжимает руки в кулаки и опускает взгляд в пол, наконец отрывая его от сцены.

Для чего он так рвётся объясниться перед ним? Смогут ли они вообще общаться после ситуации с Чжуёном? Что если даже сегодня он не захочет его выслушать и Юнги просто ничего не останется, как прекратить пробовать? Даже если и так, то он рад, что хотя бы снова смог увидеть как он танцует. Наверно, вряд ли они ещё смогут когда-нибудь пересечься так случайно, как это было в Хондэ.

Альфа резко выходит из своих раздумий, когда в здании прекращается музыка и все вокруг настолько громко кричат и аплодируют, что хочется закрыть уши. Группа Хосока уже завершили танец и сейчас кланялись на сцене, постепенно уходя с неё, так как сейчас будут подводиться итоги.

В центр сцены выбежал невысокий, улыбающийся парень, одетый в простые потертые джинсы, куртку и бейсболку. Ему явно было весело находится в толпе, так как он вытирал со лба пот.

Парень подносит к губам микрофон:

— Ну это было просто вау! Что скажете?! — громко спрашивает он и все в помещении отвечают ему перебойными криками. — Да, да, знаю, сам давно так не отрывался. Ну что, теперь переходим к победителям?!

Пока зрители снова начинают шуметь, Юнги быстрым взглядом пробегает по лицу Хосока, но замечая его встревоженность, он обеспокоено отходит от столба, об который опирался. Неужели он так сильно переживает из-за результатов? Да даже по сравнению с участниками его группы, он выглядит слишком встревоженным, пока остальные светятся от переполняющих их эмоций. Это так странно. Если только...

— Кричите и хлопайте, если вы готовы отдать победу этой группе, с их безумными и дикими танцами! — прокричал парень в бейсболке, указывая рукой в направлении соперников.

В помещении мгновенно разразились громкие аплодисменты и визги, поддерживающие группу. Её участники что-то кричали толпе в ответ, заставляя жестами кричать всё громче и громче.

Не зная почему, но Юнги начинал чувствовать сильное напряжение. Это всё так действуют результаты?

— Или кричите и хлопайте, если вы готовы отдать победу этой группе, с  их горячими, в прямом смысле этого слова, и сексуальными танцами! — снова кричал парень в микрофон, но не успев закончить фразу, в помещении моментально начали оглушительно орать и хлопать, да так сильно, что казалось, будто любые стёкла могли здесь разбиться.

Юнги не смог сдержать широкую улыбку и подхватил аплодисменты вместе со всеми. Всё было и так ясно. Ну хотя бы лично для него.

Какой-то светловолосый омега, из участников группы Хоби, резко налетает на рыжеволосого, чуть ли не сбивая его с ног, хватает за плечи и радостно что-то кричит. А дальше омегу уже обнимают все участники. Хосок также широко улыбается, смеётся, что-то ликующе всем говорит, обнимая в ответ. В один момент его руки смыкаются вокруг тела того самого Донхена, альфа крепко прижимает омегу к себе. Чон счастливо улыбается и проскальзывает взглядом по толпе. И замечает тот самый ответный взгляд, что так долго был задержан только на нем.

Юнги чувствует резкий жар в области груди, но не отворачивается. Видимо, он шокировал его своим появлением здесь, потому что взгляд омеги сменяется на удивлённый. Ох, как же ему хотелось уже быстрей подойти к нему и лично поздравить с победой. А может даже крепко и долго обнимать его, пока он сам не оттолкнёт от себя. Если конечно, это не будет сделано в первую секунду.

— Поздравляем с победой! — парень с бейсболкой всё ещё стоял на сцене и что-то говорил, но его уже больше никто не слушал, помещение всё ещё разрывало от криков. — Это было действительно...

И всё резко обрывается. Парня с бейсболкой яро отталкивают плечом и микрофон, что он держал в руках, падает на пол, издавая отвратительные, оглушающие звуки, из-за чего половина людей разом позакрывали уши. Высокий, тёмный альфа из группы соперников спокойно, словно сейчас этой ситуации не было, подходил к победителям. На лице снова этот жуткий акулий оскал, который Мин заметил ещё с самого начала здесь.

Юнги больше не мог стоять на месте. Протискиваясь между сжатыми людьми, он начал подбираться ближе к сцене, не сводя настороженного взгляда с групп. Комок нервов внутри, наверно, уже завязался на тысячный узел.

Люди вокруг перешептывались и как назло, только ближе жались к центру, лишь бы получше услышать и разглядеть, что такое там творится.

Внутри Хосока всё сжалось от неконтролируемого страха. Счастливая улыбка уже давно исчезла, как и пятиминутная эйфория после победы.  Сердцебиение набирало обороты и больно билось об грудную клетку, омеге оставалось надеется, что оно хотя бы не проломит её. Если сейчас что-то снова случится, кто-то пострадает, как в прошлый раз — он этого никогда себе не простит. Он знал, что это к ничему хорошему не приведёт, знал, что на такие скрытые батлы, где даже нет охраны, больше не стоит идти. Зачем он передумал? Зачем?

— Победителей выбирают зрители, — омега выступает вперёд, прямо перед лицом парня с омерзительно-нахальной улыбкой, — не думаю, что ты захочешь пойти против мнения большинства. Поэтому, давай разойдёмся мирным путём.

— Ещё чего?! — в мгновение лицо альфы преображается в одну сплошную гневную эмоцию и он сильно отпихивает от себя Хосока, ударив омегу в грудь. — Я со своей группой не собираюсь уходить отсюда без выигрыша!

Хоби ещё не успевает отойти от больного удара, как слышит рядом какой-то громоподобный звук, который резко оглушает правое ухо. Повсюду начинаются различные крики и очень громкий топот людей. Они убегают?

Омега поднимает взгляд и видит ошеломляющую картину.

— Ты притащил пистолет?! — кричит он, смотря на Донхена, что держал оружие в руках. — Ты нормальный вообще?!

— Я не мог не подстраховаться, — отвечает он, оглядываясь на рыжеволосого через плечо. Не обдумав этот жест, парень, на которого было наставлено дуло, резко выбивает оружие из рук и ударяет Донхёна в челюсть. Всё происходит настолько быстро, что Хосок не успевает его предупредить.

Омега подлетает к двоим дерущимся альфам, пытается их разнять и зовёт на помощь остальных. Но в один момент он чувствует яркую боль в зоне затылка и сильный звон в ушах.

Через секунду перестаёт чувствовать ноги.

Ещё через секунду слышит чей-то голос, зовущий его.

И в следующую секунду падает.