Секретарь Ким

— Секретарь Пак! Подождите!

Чимин тормозит у самых дверей лифта и оборачивается, встряхнув волосами. Директор Мин догоняет его спустя десять больших шагов и, остановившись рядом, неловко откашливавшись, поправляет чёрный костюм и молчит.

Электронное табло подсказывает, что лифт прибудет к ним через двадцать этажей. Омега достаёт из кармашка брюк персиковую гигиеничку и от души увлажняет ей пухлые губы. Юнги смотрит на секретаря через металлическое отражение в дверях лифта и шумно сглатывает.

— Вы сегодня решили уйти пораньше, директор Мин? На Вас не похоже.

Омега, в ожидании того, когда же двери, наконец, распахнутся, скрещивает руки за спиной и «качается» вперед-назад, словно ребёнок, перекатываясь с пятки на носочек.

— Да, у меня появились кое-какие дела. Вас подбросить до дома, секретарь Пак?

Лифт издаёт короткий звоночек, оповещая о своём прибытии, и омега первый входит в кабину. Альфа нажимает на кнопку первого этажа. Внутри пахнет чьими-то духами.

— Спасибо, не нужно. Я не домой.
— Не домой?

Вскинув брови, переспрашивает директор, повернув голову к секретарю.

— Да. У меня назначена встреча. А что? Что-то не так?
— Я просто переживаю за Вас, секретарь Пак. Не стоит молодому омеге ходить одному по вечерам.

Растянув губы в улыбке, Чимин расстёгивает верхнюю пуговичку своей блузки и, подняв руку, легонько касается плеча альфы.

— У Вас тут грязно.

Сладко тянет он, убирая с пиджака босса невидимые пылинки, а потом продолжает:

— Спасибо за заботу, директор. Но с чего Вы взяли, что я буду один?

Альфа сглатывает возникший в горле ком и старается не выдавать своего волнения. Получается плохо. У Юнги внутри взрывается бомба. Самолеты падают и разбиваются о взлетную полосу. Ревность кипит в груди, словно лава в пробудившемся после долгого сна вулкане.
Сознание Мина само собой рисует рядом с омегой какого-то высокого, поджарого и молодого альфу. Обязательно богатого, потому что Чимин достоин самого состоятельного мужчины на свете. И самого красивого тоже. И доброго. Честного. Любящего. Они - Чимин и его избранник, громко смеются, держатся за руки и целуются под луной. А потом свадьба. Медовый месяц. Декретный отпуск и «прощайте, директор Мин!».

Юнги сжимает руки в кулак. Лифт останавливается на первом этаже.

— Ну, я пойду. Вам ведь вниз? На парковку?
— Да. Вниз.

В ад. Потому что именно такой Юнги кажется жизнь без Чимина.

— Тогда до завтра, директор Мин. Не забудьте поужинать! И не ложитесь спать слишком поздно.

Омега делает шаг, чтобы выйти в фойе. Альфа хватает секретаря за запястье.

Чимин оборачивается.

— В пятницу.
— Что?

Пак смотрит прямо в чужие глаза. Рука директора тёплая. Большая. С длинными пальцами. И от прикосновения его запястье как-будто жжёт.

— В пятницу будет корпоратив.

Омега пару раз хлопает ресницами, а потом отвечает:

— Да, я знаю. Мне нужно для него что-нибудь подготовить?
— Себя.

Вырывается изо рта директора само собой, и лишь спустя несколько секунд он понимает, что вообще ляпнул! Щеки Юнги в ту же секунду алеют и пульс учащается. А ладошка, в которой он все ещё сжимает запястье секретаря - потеет.

— Я хотел сказать!

Пытается оправдаться альфа. Он суетится и нервничает. Чимин еле сдерживает смешок.

— Не хотите ли Вы пойти на него...

Юнги делает глубокий вдох, собирая всю свою смелость.

— Со мной?

Губы секретаря блестят от света люминесцентных ламп офиса. Юнги засматривается на них несколько секунд. Чимин аккуратно высвобождает свою ручку из чужого захвата и поправляет на плече лямочку небольшой сумки.

— Хочу.

Омега делает шаг в сторону, от чего сенсорным дверям лифта больше ничего не мешает. Они начинают медленно закрываться.

— Не волнуйтесь, директор Мин.

С усмешкой говорит Пак, пока они не смыкаются окончательно.

— К пятнице я себя обязательно подготовлю.

Лифт, с, кажется, словившим сердечный приступ Юнги, продолжает движение. Альфа так и стоит, замерев в одной позе, как статуя. Открыв рот и вытянув вперёд руку. Пока кабина не опускается до самого конца. Вниз. В самый, что ни на есть ад.

Потому что Пак Чимин дьявол в обличии щеночка.

******

Тэхён смеётся до слез, растянувшись на бетонных плитах набережной, возле реки Хан. Мотоцикл Чонгука стоит на подставке чуть поодаль. Губы курьера перепачканы в томатном соусе, а щеки набиты пиццей, что лежит рядом с ними в коробке. Все ещё горячая, с тянущимся сыром.

— Ты похож на хомяка!
— Равзе хмфяк мыможет бвффить тваким мывилым?
— На, прожуй сначала!

Омега протягивает ему литровую бутылку колы, альфа благодарит Кима кивком головы и откручивает крышку, получая заряд газировки прямо в лицо. Тэхён смеётся ещё громче. Наспех прожевав и утерев лицо рукавом, Чон хитро улыбнулся.

— Ну, держись...

Омега, быстро сообразивший что к чему, тут же вскочил, попытавшись удрать, но был пойман уже спустя несколько минут и опрокинут обратно на плиты.

— От меня не убежишь.

Чонгук навис над стажером, смотря ему прямо в глаза. Тэхён вытянул руки, приобняв парня за шею. Капли газировки с волос и одежды Чонгука падали прямо на омегу, но никто из них, кажется, не придавал этому никакого значения.

— Я просто тебе поддался, альфа.
— Конечно-конечно, охотно верю.

Почти что прошептал курьер, наконец-то исполняя их общее желание. Касаясь губ омеги поцелуем с привкусом дешевой томатной пасты. Зарывшись пальцами в волосы парня, Тэхён прикрыл глаза. Река Хан сегодня была спокойна, а небо звёздным. Спустя неизвестное количество минут, когда их губы совсем опухли, Чонгук отстранился от парня и улёгся рядом, переплетая их пальцы. Тэхён утёр мокрые от слюны губы тыльной стороной свободной ладони и как-то по-особенному радостно выдохнул. В сердце цвели цветы, и пели птицы.

— Уже поздно.

Испортил идиллию Кима Чонгук. Альфа принял сидячее положение, все ещё не отпуская его руки, и зевнул.

— Я отвезу тебя домой.
— Угу...

На автомате ответил стажёр. А потом до него дошло. Домой. В особняк со стеклянной верандой, тремя этажами, личным садом и фонтаном.

— Нет! Домой нельзя!

Тэхён аж подскочил, опомнившись.

— У меня... У меня отец строгий! И брат! Увидят тебя и все, конец! Ты меня до метро подкинь, ладно? А на том конце меня брат встретит.

Чонгук нахмурился, посмотрев на  с в о е г о  парня.

— Как же я могу? Нет, давай я довезу тебя до дома, но остановлюсь просто где-нибудь неподалёку?
— Не нужно, Чонгук. Правда. Давай в следующий раз? Я... Не думаю, что сейчас подходящее время. Просто поверь мне. Хорошо?
— Но тогда ты будешь писать мне смс на каждой станции!

Поцеловав альфу в щеку, Ким поднялся на ноги, отряхнувшись.

— Договорились.

Выбросив пустую бутылку и коробку из под пиццы, Чонгук снял с руля шлем и передал его омеге.

— Ну что, альфа, прокатишь меня с ветерком?
— Конечно, детка.

*******

— Доброе утро, Секретарь Ким!

Сокджин вежливо кивает одному из сотрудников и делает ещё один глоток кофе, заходя в лифт. Он совершенно не выспался. Все мысли в голове занял вчерашний поступок президента и их... Поцелуй. Омега трясёт головой, пытаясь прогнать с щёк румянец.

На этаже его уже ждёт Хосок с новым проектом, альфа с интересом косится в сторону дальнего кабинета, около которого столпилось много неизвестных ему людей. Сокджин забирает из рук дизайнера папку и присаживается за стол, открывая ее.

— Что это за люди?
— Претенденты.
— О!

От внезапно пришедшего в голову Чона озарения, кажется, что над его головой зажигается лампочка. Прямо, как в мультиках. И звук тоже соответствующий. Такой «бдзинь».

— На должность Вашей замены?
— Да, собеседование начнётся через пятнадцать минут.
— Почему так рано?
— Хочу успеть разобраться со всем до прихода президента. У него с утра встреча, поэтому он подъедет в офис только в обед.

Быстро пробежавшись глазами по эскизам, секретарь довольно кивнул.

— Неплохо. Отправлю на рассмотрение третий вариант.
— А почему?

Все не унимался дизайнер.

— Наш президент не особо рад моему уходу.

Ответил омега, закрыв папку и вернув ее альфе. Хосок громко фыркнул.

— Ещё бы! Вы же нерушимый тандем. Неповторимый дуэт. Мозги и организованность нашей компании. Сказать по секрету...

Шепотом начал Чон, чуть наклонившись.

— Все сотрудники считают, что босс без Вас не справится. И Енгю из финансового даже создал тотализатор. Принимает ставки на то, сколько месяцев без Вас продержится компания, прежде чем обанкротиться.

Сокджин грустно улыбнулся.

— И на сколько Вы поставили, директор Чон?

Схватившись за сердце, так, будто бы был глубоко оскорблён, Хосок отстранился.

— Да за кого Вы меня принимаете?! Как так можно?! Я верю в нашего президента!

И осмотревшись по сторонам, альфа снова наклонился к омеге, добавив уже шепотом:

— На два года.
— Хитрый ты лис.
— Чимин вообще на три месяца поставил!

Засмеявшись, Сокджин поднялся из-за стола, захватив папку с собранными заранее резюме.

— Ну, в нем то я точно не сомневался. Передай всем, что сегодня я разрешаю уйти пораньше. Завтра ведь корпоратив.
— Да хранят Вас Боги, секретарь Ким!

******

Большинство претендентов на должность - это омеги. Сокджин улыбается каждому входящему в кабинет на собеседование мужчине и вычёркивает всех, у кого есть дети. Ким не видит ничего плохого в том, чтобы совмещать работу и семью, но вот президент - да. Джин по себе знает, эту должность не каждый выдержит, нужна полная самоотдача. Никто не отпустит тебя домой, когда твой ребёнок заболеет или разобьёт окно в школе. Поэтому, извините, мы вам перезвоним.

Под конец собеседования, более менее подходящих претендентов остаётся лишь двое. Молодой незамужний омега, закончивший хороший университет в Пусане и альфа, которому немного за двадцать пять и он вообще-то только недавно диплом защитил, а уже метит в такую компанию. Что ж, Сокджин был таким же. Смело, ничего не скажешь.

Секретарь приглашает в кабинет обоих. Ким осматривает их с головы до ног и остаётся вполне доволен тем, что видит. Ухоженные волосы, ногти и сидящие по фигуре костюмы.

— Вы планируете жениться или выходить замуж?

Омега под его взглядом слегка тушуется, поправляет рукава пиджака и отвечает лишь спустя несколько секунд.

— В будущем - конечно. Но пока нет подходящего кандидата.

Дождавшись, пока омега договорит, альфа ответил тоже.

— Нет. Я не заинтересован в браке.

Сокджин разочарованно вычёркивает анкету выпускника пусанского и обводит в кружок другую. Незамужний, но без кандидата - это ещё хуже. Потому что ему нужен работник, а не тот, кто начнёт строить глазки не занятым альфам компании. И, конечно же, Сокджин совсем не думает о президенте в этот момент! Нисколечко! Пусть кто угодно его кадрит, правда. Секретарю все равно. Параллельно. Безразлично.

Так он себе врет.

******

— Что ж, Дживон, это приемная президента. Ваша стажировка продлится один месяц и будет проходить под моим чутким руководством.

Сокджин прижимает к груди планшет с расписанием и смотрит на альфу, что внимательно разглядывает его стол и шкафы с документацией.

— Вам все понятно?
— Да.
— Эти три папки - это наши партнеры и акционеры. Вы должны выучить всех.
— Понял.

Альфа делает новую пометку в блокнот и снова поднимает глаза на секретаря.

— И ещё вот это.

Сокджин выгружает на стол несколько огромных папок из которых можно построить дом.

— Здесь анкеты на всех работников компании.

Говорит он, хлопнув по жёлтой папке.

— Здесь все знакомые президента и председателя. Доверенные лица и друзья.

Хлопает омега по зелёной папке.

— А в красной?

Нервно оттягивает галстук Дживон и смотрит на самую огромную из всех.

— Враги.
— И я должен знать всех?
— Конечно. Ах! Совсем забыл.

Вернувшись к стеллажу, Сокджин достал ещё одну папку. Розовую.

— А здесь все пассии президента. Те, что отмечены красным маркером - бывшие.

Увидев панику в глазах альфы, Джин по-доброму улыбнулся.

— Не волнуйся. Все не так сложно. Работнтков компании ты и так со временем обязательно запомнишь. Да и остальных тоже. У нашего президента ужасная память на лица. И поэтому, когда он смотрит на кого-нибудь и хмурится так, как будто злится, с вероятностью в 99.9% он просто не может вспомнить, как его зовут.

Уставившись куда-то за спину секретаря, Дживон нервно сглотнул и спросил еле слышно:

— Примерно, как сейчас?

Пару раз хлопнув глазами, Сокджин развернулся и наткнулся на гневно сжимающего кулаки президента.

— Нет. Сейчас он просто злится.
— Секретарь Ким, пройдите-ка в мой кабинет.

******

Дверью президент хлопает так, как будто намеренно хочет ее сломать. Сокджин вздрагивает и молча следит за тем, как альфа проходит к своему столу и оттягивает галстук, стараясь дышать глубже, только бы успокоиться.

— Кто это, Секретарь Ким?
— Ким Дживон. Стажёр. Моя будущая замена.
— Я, кажется, ясно выразился, когда сказал, что никуда Вас не отпущу?
— Так же, как и я, когда сказал, что все равно уйду.

Поджав губы и бросив на омегу полный отчаяния взгляд, альфа практически прошептал:

— Ты так сильно меня ненавидишь?

Опустив глаза в пол, не в силах выдержать такого Намджуна, секретарь тоже решил отбросить в сторону ненужную вежливость.

— Я совсем тебя не ненавижу.
— Тогда почему?!

Взорвался альфа, в пару шагов сокращая расстояние между ними. Вчерашний поцелуй до сих пор жёг губы обоим. Лежа в постели и вслушиваясь в тиканье часов на стене, секретарь до самого рассвета думал над тем прикосновением. Трогал губы. Кричал в подушку. Ходил по комнате. И смеялся сквозь боль. Потому что мимолетная нежность босса его разбила. Расколола. Сожгла.

Те чувства, что жили в нем все эти годы, вырвались наружу и больше не хотели возвращаться в шкаф.

Сокджин так сильно его любил.

Господи Боже, ну что он за идиот.

— Если Вы сделали это только для того, чтобы меня удержать, как Вашего секретаря...
— Что за бред!

Возмутился альфа, заставив омегу вздрогнуть. Заметив это, Намджун сбавил громкость голоса.

— Ты до сих пор считаешь, что мне важно лишь это? Да. Ты великолепный секретарь. Лучший в мире, если уж быть совсем честным. Но ты, правда, думаешь, что это все только... Работа?

Омега закрыл глаза. Дыхание босса опалило волосы на его затылке. Так близко он был.

— Ты нужен мне, Сокджин. Не потому что я без тебя не справлюсь с компанией. Хоть я и совру, если скажу, что справлюсь... Уволиться? Да хоть сегодня. Можешь собрать вещи и уйти. Я боюсь не этого.

Осторожно и медленно, боясь напугать, альфа уткнулся носом в ворох чёрных волос, вдыхая еле различимый запах сирени. Руки президента неуверенно легли на чужую талию, скрытую под нежно-бежевой блузкой.

— Я боюсь, что больше никогда тебя не увижу. Что больше ничего не будет нас связывать.

Вздрогнув от прикосновений босса, Сокджин облизал пересохшие губы.

— Если это, и правда, не из-за работы, то дайте мне уйти.
— Сокджин...

Отчаянно перебил его Намджун, но омега заткнул альфу, неожиданно положив свои руки поверх его собственных.

— И после пригласите меня на свидание.