Секретарь Ким

— Что именно тебя удивляет? То, что омега мечтает иметь семью?

Юнги медленно отпивает чай из кружки, косясь на поднос с пирожными. Не превысит ли он дневную норму калорий, если съест третье? Секретарь Пак должен перестать покупать их!

— Нет! То, что раньше его это совсем не волновало!

Намджун ходит по его кабинету из стороны в сторону, выглядя абсолютно комично. Все-таки схватив с тарелки ещё одну сладость, Мин довольно улыбнулся, облизав губы.

— Раньше я тоже на боль в шее не жаловался, а как тридцать стукнуло, по-другому совсем запел.
— Как вообще можно такое сравнивать?
— Намджун, ты дебил?

Остановившись посреди кабинета, альфа приподнял одну бровь, бросив на друга полный агрессии взгляд.

— Я все еще твой начальник, Мин.
— Ты все еще дебил. Ясно? Секретарю Ким надо медаль вручить. Терпеть тебя - испытание.
— Я всегда был справедливым начальником. С чего бы это работать на меня - испытание?
— Серьезно? Он работал даже по воскресеньям, потому что тебе, трудоголику, это было необходимо. За все пять лет у него был только один официальный выходной. В годовщину смерти его папы.
— И зарплата была соответствующей. Он никогда не жаловался.
— Ким Сокджин не секретарь, а твоя нянька. Ты без его напоминания даже поесть забываешь. Да о чем я вообще, он же лично покупает в твой дом продукты и бытовую химию. Даже шампунь! Если б не секретарь Ким, ты бы умер давно.
— Все это было его инициативой. И за внеурочные часы работы я выписывал ему жалование.
— Какой молодец. Хорошо тебе говорить, ведь секретарь Ким даже гон твой организует. Не стыдно вообще?
— Это его работа!
— В жопу такую работу. Я всегда поражался его выдержке и терпению. До сих пор уверен в том, что Ким Сокджин сидит либо на очень дорогих антидепрессантах, либо на жестких наркотиках. Потому что, а как иначе? Он должен был уволиться ещё давно. Нужно не забыть отправить ему поздравительную открытку.

Намджун останавливается. И смотрит побитой собакой. Почти что скулит. Альфа и сам прекрасно понимает все свои ошибки. Знает, что его характер не сахар. Что требовал от омеги слишком многого. Знает, но... Боится это признать. Потому что сама мысль отпустить Ким Сокджина кажется невыносимой.

— Я был... Настолько ужасен?

Облизав пальцы, на которых остался сладкий крем, Мин, не раздумывая, кивнул.

— Из-за того, что ты не давал ему отгула даже по-причине течек, он совсем потерял запах. И представить страшно, сколько подавителей ему приходилось пить.

Выгнув бровь, Юнги удивленно посмотрел в глаза лучшему друга, что от чего-то сильно удивился.

— Что? Ты этого даже не замечал? Серьезно? Тебя совсем не смущало, что твой секретарь-омега не пахнет?
— Нет, я... Он мой секретарь! Почему я должен был думать о таких вещах?
— Чимин тоже мой секретарь, но именно благодаря запаху я всегда знаю, как он себя чувствует и какое у него настроение. Когда он приходит на работу с простудой - я сразу же об этом узнаю и отправляю его домой. Это нормально, прислушиваться к запаху своих подчиненых, Намджун.

Упав на диванчик, альфа прикрыл лицо руками, подавляя внутренний крик.

— Я, кажется, очень сильно проебался, да?
— Тебе не кажется. Будь добр, относись к новому секретарю с большим уважением. Ладно?

Ким замер. Юнги самодовольно улыбнулся. Осознал наконец.

— Не хочу... Никого другого.

Застывший в дверном проёме Чимин, вдруг громко ахнул, прикрывая ротик салфетками, которые, собственно, и пришёл отдать.

Юнги сглотнул. Сколько он уже там?

Пак Чимин умел быть незаметным, когда очень сильно того хотел.

— Секретарь Ким увольняется?

Ну все, конечная. Приплыли.

— Секретарь Пак..

Откашлявшись и придав голосу строгости, начал Намджун.

— Ой, не волнуйтесь, начальник! Я никому не скажу! Вот!

Кинув себе в ротик невидимый ключик, Пак тут же его «зашил».

— Мой рот на замочке!

Юнги усмехнулся. Ага. Как же.

Чимин покинул кабинет с сияющими глазами. Повисло молчание. Положив руки на свои колени, Ким спросил:

— И через сколько весь офис будет об этом знать?
— Десять минут. Хотя нет...

Задумавшись и отпив чаю, протянул Мин.

— Пятнадцать. Все-таки он обещал не мне, а тебе. Так что накину пять минут ради приличия.

Тяжело вздохнув, президент компании прикрыл глаза.

— Что мне теперь делать? Я не могу позволить ему уйти.
— Даже не представляю. Чтобы исправить все, что ты успел испортить за эти пять лет, потребуются слёзы раскаяния самого Иуды. Не меньше.
— Я должен все хорошенько обдумать.

Подитожил альфа, уверено поднимаясь с диванчика. Хотел сказать, что-то ещё, но отвлёкся на мелодию пришедшего сообщения.

— Что такое?

Достав телефон из кармана, Намджун снял блокировку.

— Это от моего папы... Какого черта?! Даже он уже в курсе! И спрашивает, почему секретарь Ким увольняется! Как?!

Юнги прыснул в кулак, горделиво улыбаясь. Этот омега всегда умудрялся превзойти все его ожидания. Никогда недооценивай Пак Чимина.

— Он лучший. Правда?

Мин точно выпишет ему премию.

******

Облокотившись о высокую стойку у рабочего стола омеги, Мин внимательно осмотрел чужую обитель. Розовые папочки, разноцветные стикеры, милые наклейки с щеночками, мягкие игрушки, ручки с сердечками, фотографии в рамочках и мемы на стенах.

Внутри альфы разливалось тепло.

— Айщ! Пак Чимин!

Нарочито строго начал вдруг Мин, пытаясь выглядеть грозно. Но у него никогда не получалась вся это наигранная показушность.

— Да, директор?

Захлопал глазками омега, являя собой нечто совершенно очаровательное. Ну, вот и как на такое кричать?

— Ты ведь обещал, что будешь держать свой рот на замочке!

Альфа и сам не заметил, как попав в сети чужой милоты, перешёл на уменьшительно-ласкательные слова.

— Я и слова никому не сказал!

Запротестовал секретарь, надув пухлые губки в обиде, но после сразу же улыбнулся.

— Я все напечатал.

******

— Сокджин-хён!

Ураганом ворвавшись в кабинет секретаря, разодетый в брендовые вещи омега, чуть не снес стол, когда кинулся на шею Кима с целью крепко-крепко обнять.

— Ох, Тэхён-щи...
— Я так по тебе соскучился! А где мой непутевый братишка? Он в своём кабинете? Опять весь в работе?

Таким был Ким Тэхён. Громким. Ярким. Энергичным. Немного безбашенным. Впервые они встретились в тот год, когда Сокджин только устроился на должность секретаря. Тогда Намджун и сам ещё не был президентом компании и лишь готовился перенять от отца бразды правления.
Кажется, это было в Париже, куда он, ещё очень молодой и неопытный, отправился по-рабочим делам вслед за своим начальником. Тэхён путешествовал из страны в страну все эти годы. Смотрел мир. Искал впечатления. Испытывал себя и нервы родителей.

Подняв вверх солнечные очки от гуччи, собрав ими волосы на голове, омега уселся на чужой стол краем бедра, сверкая белоснежной улыбкой.

— Президент вышел по делам. Но он скоро вернётся. Как Вы долетели? Никаких проблем не возникло?
— Нет, все было замечательно!
— Могу я поинтересоваться...

Неуверенно начал вдруг секретарь.

— Для тебя все, что угодно, Секретарь Ким!

Сокджину всегда нравился этот омега. Они очень быстро нашли общий язык и хорошо ладили.

— Почему Вы вдруг решили вернуться в Корею? Ещё и на работу устроиться?
— Ох! Я так соскучился по Сеулу!

Раскинув руки, начал младший брат президента.

— Ты просто не представляешь! Я так давно путешествую, что уже стал забывать, как звучит родной язык. Даже начал смотреть любовные дорамы! С этого все и началось!
— С любовных дорам?
— Угу. Ты ведь знаешь, я никогда не был обделён вниманием и любовниками... Ой, только брату не говори!

Засмеявшись, секретарь прикрыл рот ладошкой.

— Не скажу.

Для родителей и старшего брата Тэхён навсегда останется невинным, чистым ребёнком.

— Так вот... Оглядываясь назад, я понимаю, что никогда не имел серьёзных отношений, а ведь мне уже двадцать пять! И все мои партнеры ценили во мне только деньги!

Обиженно надув губы, признался молодой мужчина.

— И я увидел одну дораму! Она так мне понравилась!
— И о чем же она была?
— Там один чеболь, желая найти настоящую любовь, устроился работать официантом в маленький ресторанчик, претворяясь бедным!
— Кажется, я понимаю, к чему Вы ведёте...
— Я решил, что хочу так же! Буду работать тут и искать своё счастье!

Сокджин благосклонно улыбнулся. Честно говоря, он завидовал. Для Джина устройство на работу было вопросом выживания. Для младшего сына Ким-групп - это всего лишь игра.

Мир то ещё дерьмо, правда?

— Но раз Вы хотите притворяться бедным, то и выглядеть должны так же.
— Так же?

Неуверенно протянул омега, осматривая себя.

— Да. Небрендовая одежда. Никаких дорогих украшений. И натуральный цвет волос.
— А волосы тут причём? Бедные не могут краситься в яркие цвета?!
— Бедные - могут. Работники нашей компании - нет.
— Отстой.
— Полностью поддерживаю.

Отвлекшись от разговора с братом президента, Сокджин неожиданно поднялся, тут же склонив голову в поклоне. Он словно на интуитивном уровне чувствовал, где находится его начальник. Тэхён удивленно ахнул, ведь даже он не слышал запаха и шагов брата так чутко, как секретарь Ким.

— Тэхён!

Воскликнул альфа, пересекая порог собственной приёмной.

— Ты уже прилетел?
— Да, решил сначала заехать к тебе, а потом домой.

Раскрыв руки для объятий, младший окольцевал ими торс брата, довольно жмурясь.

— Я соскучился, хён!

Потрепав омегу по синим волосам, Намджун растянул губы в улыбке, показывая глубокие ямочки на щеках. Сокджин отвёл взгляд, будто бы это зрелище было чем-то запретным. Не предназначенным для чужих глаз. Его начальник очень редко позволял себе такое открытое проявление чувств и эмоций.

— Езжай в родительский дом и отдохни. Я постараюсь освободиться пораньше и успеть к ужину.
— Хорошо, только зарулю в салон по пути. Сокджин-хён, сказал, что у вас в компании запрещены цветные волосы!
— Да, секретарь Ким прав. Поэтому никакой радуги на голове, если хочешь работать.

Показательно надувшись, младший вернул с макушки на лицо темные очки и поправил ремешок сумки на худощавом плече.

— Ладно, тогда я пойду. До завтра, Сокджин-хён!
— Я буду ждать Вас в холле ровно в семь тридцать, чтобы познакомить с дизайнерским отделом и начальством.
— Утра?!
— Конечно. Сотрудники нашей компании приступают к работе в восемь.
— Звучит, как пытка.

Тяжело вздохнув, младший приподнялся на носочках, чтобы звонко чмокнуть брата в правую щеку, и упорхнул, не забыв помахать секретарю ручкой с множеством ювелирных украшений на пальцах.

Оставшись с начальником наедине, секретарь неловко опустил глаза на заваленный документами рабочий стол, не зная, должен ли он вернуться к делам или дождаться, пока альфа скроется в своём кабинете. Но судя по тому, как президент перевёл на него тяжёлый взгляд, уходить он не собирался.

— Секретарь Ким.
— Да?
— Вы можете быть свободны.

Непонимающе приоткрыв рот, омега попытался переварить сказанное, но все равно ничего не понял. Словно начальник заговорил с ним на другом, незнакомом ему языке.

— Что?
— Ступайте домой и отдохните.
— Но я... Я ещё не закончил работу. Как я могу уйти?
— Раз Ваш начальник сегодня уходит пораньше, то и вам незачем здесь оставаться.
— С каких пор?

Неосознанно вырвалось вдруг у омеги. Но обдумав сказанное, Джин пристыжено закусил губу, пытаясь оправдаться.

— Я имел ввиду...
— С этих пор.

******

Проходя мимо турникета, Ким кивнул охраннику, прощаясь, но тот лишь удивленно похлопал глазами.

— Секретарь Ким, Вы по делам? Мне предупредить водителя?
— Нет, я иду домой.
— Домой? Вы что-то забыли? Давайте я все же позвоню водителю.
— Нет-нет. Мой рабочий день на сегодня окончен.

Выходить с работы и видеть солнце - непривычно. Обычно Сокджин возвращался тогда, когда уже было темно. Поправив растрепавшуюся от ветра чёлку, Ким неспешно направился к автобусной остановке. Получается, сегодня у него свободный день? Прямо до завтра? И... Чем же ему заняться?

******

Просматривая отчеты в своём кабинете, Намджун отложил бумаги, прислушавшись. В приёмной был какой-то шум. Альфа уже хотел было потянуться к кнопке вызова секретаря и узнать, что происходит, но вовремя одернул себя, потому что... Он ведь сам отпустил его домой час назад.

Поднявшись из-за стола и застегнув пуговичку на пиджаке, альфа шумно прочистил горло и увереным шагов вышел в приёмную. Вокруг стола секретаря толпилось около пятнадцати сотрудников. Приметив президента, они вежливо поклонились.

— Что здесь происходит?

Управляющий дизайнерского отдела, Чон Хосок, был, очевидно, самым смелым из них всех. Возможно, потому, что являлся другом директора Мина и хорошим приятелем самого Намджуна.

— Мы все ждём секретаря Ким.
— И зачем он нужен вам всем?
— Как зачем?

Искренне удивился Чон.

— Он всегда лично проверяет все документы и отчёты. Мы согласуем с ним каждое исправление в дизайне продукта.

Невысокий омега в возрасте из международного отдела тоже подал голос.

— У нас горит контракт с Китаем, президент. Секретарь Ким скоро будет?

Одернув ворот рубашки, альфа выдержал паузу, осмотрев каждого из работников. Все они держали в руках какие-то документы и выглядели максимально растерянными. Что за детский сад вообще?

— Секретарь Ким ушёл домой. У него сегодня выходной.

Омеги в толпе тихонько зашепталась: «Так новость про увольнение правда?», «Как же мы без секретаря Ким?», «Что же нам тогда делать?», «Может быть, напишем ему?».

Прервав шепот кашлем, альфа вновь вернул к себе все внимание.

— Не отвлекайте секретаря Ким от его выходного. Каждого, кто посмеет позвонить или написать ему по работе - оштрафую. Всем ясно?

Получив неуверенные кивки, президент продолжил.

— По всем своим вопросам в порядке очереди в мой кабинет. Сначала идут те, у кого они наиболее срочные.

******

Устало размяв шею, Намджун наконец-то смог откинуться на спинку кресла и прикрыть глаза. На большую часть из всех этих «вопросов», как оказалось, он даже не знал ответа. Взглянув на стопку все еще не разобранных документов, альфа вздохнул. Пораньше сегодня он не уйдёт.

Услышав стук в дверь, альфа вздрогнул. Сокджин всегда сообщал ему о гостях по громкой связи, и слышать стук было, мягко говоря, непривычно. И даже пугающе. Ведь секретарь говорил ему даже то, кто к нему пришёл и по какому вопросу. А сейчас перед ним неизвестность. Это похоже на лотерею.

— Войдите!

Медленно приоткрыв дверь, в кабинет проскользнул невысокий омега, с кучей разноцветных папок в руках.

— Мне сказали, что у секретаря Ким выходной, и поэтому я сам принёс документы!
— Положите их на стол, секретарь Пак.
— Хорошо, президент!

Ярко улыбнувшись, омега составил папочки на стол, чуть все не уронив, правда, но это пустяки! И упёр руки в бока, полностью довольный своей работой.

— Я даже распределил все по алфавиту, как это обычно делает секретарь Ким, чтобы вам было легче!
— А он... Распределяет все по алфавиту?
— Конечно. Архив документации нашего секретаря Кима самый лучший в компании! Мы, секретари директоров, иногда ходим к нему, как в музей, чтобы на него посмотреть и поучиться!
— Вот как...
— Вы в порядке, президент? Выглядите расстроенным. Я сказал что-то не то?

Вдруг поджал пухлые губки омега.

— Директор Мин часто меня ругает за то, что я говорю все, что думаю. Вы меня простите, пожалуйста, если я сказал что-то неправильное.
— Все в порядке, секретарь Пак. Вы не сказали ничего плохого. Даже наоборот.

Вновь воодушевившись, Чимин радостно улыбнулся.

— Тогда я пойду! Ой, только... Если вдруг директор Мин спросит, то я был у вас ещё час назад, ладно?! А то я просто слегка забегался и забыл, но я ведь пришёл!

Не в силах сдержать смешка, альфа подпер щеку ладонью. Этот омега ставит директора выше презедента и боится только гнева Юнги. Ну, что за комедия? И как только Мин его терпит? Это же с ума сойти.

Секретарь Ким, вы самый идеальный человек на планете земля.

— Хорошо, секретарь Пак.
— Тогда я пойду.
— Подождите... У меня есть вопрос.

Умилительно приподняв бровки в вопросе, омега внимательно посмотрел на начальника своего начальника.

— Какой?
— Лично-рабочего характера.
— Лично-рабочего?
— Скажите, сложно ли Вам работать секретарём директора Мина?

На секунду застыв, а после заливисто засмеявшись, Пак помахал ладошками перед собой.

— Вовсе нет! Директор Мин замечательный! Я так часто косячу, но он всегда прощает меня! Благодаря его терпению - я учусь и становлюсь лучше!
— Тогда... Как Вы думаете, сложно ли быть моим секретарём?

Улыбка с лица омеги пропала, и он стал неловко заламывать руки, словно не зная, как бы правильно преподнести свой ответ.

— Говорите, как есть. Не бойтесь. Я хочу услышать правду.
— Сложно.

Честно отвечает он, опустив глаза в пол.

— Я бы точно не выдержал. Честно говоря, я восхищаюсь секретарём Ким. Но в то же время очень ему сочувствую. Однажды мы выпивали после работы. Это было год назад. И я спросил у него... Впрочем, это слишком личное.
— Нет, расскажите.
— Я спросил... Какой он видит свою жизнь через десять лет? Ну, там, знаете. Домик у моря. Собака. Несколько ребятишек. Я ждал этого ответа, ведь секретарь Ким, он, знаете, очень сильно любит детей. Однажды я приводил брата в офис, так секретарь Ким играл с ним весь день! Но услышав мой вопрос... Секретарь Ким заплакал. Это разбило мне сердце. Насколько одиноко должен чувствовать себя человек, чтобы не суметь представить кого-нибудь рядом с собой даже в воображаемом будущем? Я тогда даже разозлился. На вас, президент! Сильно! Разве заслуживает такого настолько замечательный омега? Ах, я был так зол. Но он все равно защищал вас! Говорил, что вы имеете полное право требовать от него отдачи, как работодатель. Что он сам на это согласился. И это злило меня ещё больше!
— Я понял...

Альфа отвёл взгляд в сторону, взглянув на панорамное окно, за стеклом которого уже огнями сиял Сеул.

— Спасибо за честность, секретарь Пак.
— Сокджин-хён любит эту работу. И коллектив. Но... Он ненавидит то, что она забирает у него все остальные радости жизни.
— Могу я попросить вас сделать мне кофе?
— Да, конечно!

Поклонившись, омега скрылся за дверью, оставляя альфу размышлять над услышанными словами. Через несколько минут он вернулся уже с подносом, на котором дымилась горячая чашка. А после сразу же удалился. Его ждёт директор!

Отложив в сторону оставшиеся документы, альфа пригубил напиток, тут же выплёвывая. Это что, яд?! Закашлявшись, он и не заметил, как чашка выскользнула из рук, падая прямо на его белоснежную рубашку, заливая кипятком ткань.

Отлично! Только этого не хватало! И как ему в таком виде ехать домой?

В силу своей природной неуклюжести и неповоротливости, альфа раз в неделю что-нибудь да на себя проливал. На этот случай у секретаря Ким всегда были припасены чистые галстуки, рубашки и даже брюки.
Зная об этом, альфа выдохнул, стараясь успокоиться, и поднялся из-за стола, направляясь в приёмную.

Без секретаря в ней было... Пусто. Одернув себя от плохих мыслей, президент присел на чужое кресло, не такое мягкое и большое, как его собственное, и открыл верхний ящик стола. Канцелярские принадлежности, стикеры, визитки, милые заколочки для волос. В форме кошачьих лапок. Намджун невольно улыбнулся. Иногда, когда большая часть сотрудников уже уходила домой, секретарь Ким позволял себе зацепить ими отросшую чёлку, что мешалась и лезла в глаза. Открыв следующий отдел, альфа наткнулся на целый ряд аккуратно сложённых галстуков и вытащил первый попавшийся. Отлично. Осталось найти рубашку. В третьем ящике предметов гардероба не оказалось.

Президент прикрыл глаза, закрыв его и сглотнул накопившийся в горле ком.

Отыскав рубашку в другом месте, Намджун собирался уже удалиться обратно в свой кабинет, но любопытство все же пересилило чувство бесконечной вины, что разливалось в груди горячей, обжигающей лавой.

Вновь открыв чужой ящик, альфа достал его и поставил перед собой на стол. Первое, что бросилось ему в глаза - это подарки. Его подарки. Коробка от дорогих часов, что каждый день теперь сверкают на тонком запястье. Запонки. Оправа очков. Кожаный ежедневник. Сокджин хранил все это, кажется, даже не используя, боясь испортить. Или просто потому, что подарки начальника не пришлись омеге по вкусу.

Видимо, угадал альфа только с часами.

Горько усмехнувшись, Намджун вытащил коробки из ящика, рассматривая остальное его содержимое. Благодарственные письма. Сертификаты. Его секретарь - специалист высшего уровня. И куча предложений. Приглашений на работу. Попытки конкурентов переманить его.

Зло сжав кулаки, Намджун еле удержался от того, чтобы не разорвать все эти бумажки, вытащив их из ящика и отложив в сторону. Вот ведь ублюдки. Ну ничего. Он каждого из отправителей этих писем запомнит.

В ящике остаются только... Таблетки. Капли. Сиропы. Лейкопластыри. Согревающие мази. Обезболивающее. Сокджин всегда должен был быть на ногах. Несмотря на простуду. На боль. На недомогания. Он никогда даже не показывал вида, что ему плохо. Никогда не жаловался.

Вытащив несколько пустых упаковок с подавляющими запах и течку таблетками, альфа кривится, читая о возможных побочных эффектах на обороте.

Секретарь Ким обязан был сказать ему об этом. Но не сказал. А Намджун ничего и не замечал. Дальше своего носа не видел и радовался.

Как он вообще пахнет? Альфа даже вспомнить не может. Потому что его это никогда толком и не интересовало. Какая разница, как пахнет сотрудник? Он нужен тебе не для того, чтобы нюхать. А чтобы работать.

Аккуратно сложив все на место, президент вернул ящик обратно в стол.

******

Как и всегда, без стука врываясь в чужой кабинет, Чимин хотел было уже громко оповестить босса о том, что закончил с работой и собирается уходить домой, но прикусил язычок, заметив, как альфа мирно дремлет, сидя на мягком диване. Тихонько сопит и морщит во сне нос.

Бесшумно, буквально на цыпочках, выскользнув в приёмную и отыскав среди своих вещей мягкий плед, омега вернулся в кабинет, гася все еще горящий в комнате свет и укрывая начальника нежно-розовым одеялом.

У директора Мина всегда были проблемы со сном. И его секретарь знал об этом лучше других. Альфа частенько не мог сомкнуть глаз несколько суток подряд, а когда у него все же получалось наконец-то уснуть, он спал беспокойно и чутко. Вздрагивая и пробуждаясь от каждого шороха. К врачу упрямый босс идти отказывался, считая, что у него и так все хорошо. Потому, устав наблюдать за чужими страданиями, Пак взял ситуацию в свои миниатюрные ладошки, решив заваривать директору чай с успокаивающим, снотворным эффектом.

С тех пор босс начал спать по ночам и больше не был похож на ходячий, оживший труп. Но были и минусы. Иногда директор засыпал прямо у себя в кабинете, не добравшись до дома, как и сегодня, устав от чрезмерно насыщенного дня. Поэтому в приёмной Чимина появились плед и подушка.

Не в силах удержаться, омега аккуратно, почти невесомо, коснулся чужих волос, убирая спавшую на глаза альфы чёлку.

— Сладких снов, директор Мин...

И удалился в приёмную, собираясь заняться работой. Чимин не покинет здание компании, пока не проснётся его дорогой начальник.

Подождав, пока дверь за секретарём тихонечко скрипнет и закроется, альфа медленно приоткрыл глаза.

— Что я вообще творю...

Притворился спящим, несмотря на то, что проснулся, как только омега вошёл в кабинет в первый раз.

Как школьник какой-то, ей-богу.

Прикоснувшись к собственным волосам, которые, казалось бы, все еще хранили тепло совсем невесомого прикосновения омеги, Мин ударился затылком о подголовник дивана. Специально.

Розовый плед маняще источал нежный, сладкий запах корицы, так идеально добавляя его - кофейный.