Секретарь Ким

Каждое утро все повторяется. Двадцать девять шагов от входа до турникета. Забрать срочную почту у охраны с вежливой улыбкой на лице, приложить ключ-карту. Ещё девятнадцать до лифта. Нажать на кнопку вызова.

Он не пользуется общим, что для всех сотрудников, потому что в нем чаще всего случается перегруз.

Лифт президента небольшой, но практически новый внутри, его для передвижений использует лишь руководящий состав.

Сжимая в одной руке папку с документами и только что забранную почту, омега сверился с временем на золотых наручных часах. С тоненьким ремешком. Это подарок.

Подъем на тридцать второй этаж офисного здания занимает, в среднем, полторы минуты, если, конечно, никто не вызывает лифт на этажах по пути. Пользуясь тем, что один, омега поворачивается к зеркалу за спиной на стене и поправляет очки на переносице, а так же ворот идеально сидящей на стройном теле рубашки.

Он должен быть примером для каждого из сотрудников как в делах, так и во внешнем виде.

— Доброе утро, секретарь Ким!

На двадцать девятом этаже в лифт все-таки входит ещё один человек. Альфа из дизайнерского отдела. Один из немногих работников компании, которых омега рад видеть всегда.

— Доброе, Хосок-щи. Хорошо, что я Вас встретил. Предложение по дизайну нового ноутбука уже готово для презентации? Совет директоров назначен на среду.
— Пока ещё нет, есть некоторые нюансы по отделке корпуса, но мы над этим работаем. Завтра утром все уже будет у Вас, папой клянусь!

Не в силах сдержать улыбку, секретарь ждёт, когда двери наконец-то откроются. Лифт прибыл на нужный этаж.

— Ну, зачем же клясться такими вещами? Я готов подождать до завтрашнего вечера. Поэтому не переживайте.
— Не хочу, чтобы Вы опять оставались допоздна, исправляя наши косяки.
— Это моя работа. Вы выходите?

Спрашивает омега, предлагая коллеге покинуть лифт первым, но тот отрицательно качает головой, салютуя секретарю двумя стаканчиками кофе в руках.

— Нет, я выше. К зам.директору Мину. Я задолжал ему кофе.
— Что ж, тогда хорошего дня.
— И Вам, секретарь Ким.

Проходя мимо президентского отдела, здороваясь с уже подоспевшими в офис сотрудниками, он направляется в приёмную, сгружая на свой стол все документы из рук, попутно включая ногой процессор компьютера.

Без двух восемь утра. Он всегда должен приходить на работу раньше начальника.

Наспех поправив ручки и бумаги на поверхности стола, потому что все должно быть идеально, омега выпрямился рядом с креслом, склоняя голову в приветственном поклоне за секунду до того, как в приёмную вошел альфа в чёрном костюме.

— Доброе утро, президент.

Он высокий. Статный. С идеально уложенными волосами, с ролексами на руке и пахнет, как гребаный чай. С бергамотом. Его любимый. Рецепторы омеги приятно щекочут ноздри. Альфа же лишь легко кивает секретарю в ответ, скрываясь за дубовой дверью своего кабинета.

Выдохнув, Сокджин падает в кресло, принимаясь за работу, первым делом вскрывая конверты с почтой.

Через несколько минут в приёмной раздаётся короткий, звуковой сигнал.

Шеф требует на ковёр. И кто он такой, чтобы не подчиниться?

— Это пришло сегодня из офиса в Пусане. Требует Вашего немедленного рассмотрения.

Озвучивает секретарь, складывая документы на стол начальника. Кабинет у него очень просторный. Большой. Раз в шесть больше его, Сокджина, квартиры.

— А это отчёт по иску о плагиате.
— Хорошо. Мое расписание на сегодня?

Заглядывая в свой планшет, омега открывает нужный файл, сверяясь с датой и днём недели.

— Через час у Вас встреча с главой отдела продаж. Вечером вы приглашены на прием по случаю открытия нового салона красоты четы Сон.
— А обед?
— В обеденный перерыв Ваш папа будет ожидать Вас в ресторане компании.

Тяжело вздохнув, альфа раздраженно стянул с плеч чёрный пиджак.

— Секретарь Ким, я ведь Вам говорил...
— Ваш папа просил назначить эту встречу ещё неделю назад. Я бессилен перед его слезливыми просьбами, президент.
— Хорошо. Сделай мне кофе и подготовь список популярных интернет-магазинов, в которых ещё нет нашей продукции.
— Конечно, президент. Что-то ещё?
— Да. Закажи на вечер поздравительный букет для семьи Сон.
— Я уже сделал это и отправил его к ним домой. Букет должны доставить сегодня утром.

*****

Делая кофе, Сокджин заранее кладёт на поднос несколько бумажных салфеток. Его президент ужасно неуклюж. И рассеян время от времени, даром, что гениальный бизнесмен. Секретарь давно покрыл все острые углы в его кабинете мягкими, чуть ли не детскими, насадками. Что б не ударился.

Аккуратно ставя поднос с лёгкими закусками и кофе на столик в кабинете начальника, Ким учтиво кланяется, удаляясь. Чтобы подойти к своему столу. Открыть нижний ящик, выудив оттуда чистую рубашку да галстук.

И вернуться обратно в кабинет босса, как только из-за двери послышится ругань и «ай, горячо!».

******

— Хэй, Чимин, Юнги у себя?

Ловко открыв бедром дверь в приёмную, альфа протиснулся внутрь, все еще сжимая в руках тёплые стаканчики, наполненные ароматным напитком. Омега, до этого громко хихикающий при разговоре по телефону, одновременно с этим пилящий ноготочки, на секунду отвлёкся.

— Повеси секундочку.

Сказал он своему собеседнику в трубку, что была зажата плечом у ушка, со сверкающей в мочке серёжкой.

— Вы что-то хотели?
— Да, Мин на месте?

Несколько раз хлопнув ресницами, омега посмотрел на закрытую дверь кабинета начальника, выдавая совершенно невинное:

— Ой, а я не знаю.

Закатив глаза и добродушно улыбнувшись омеге, Хосок подошёл к кабинету, пару раз постучав. И получив в ответ грубое: «войдите», открыл дверь.

— Ладно, не переживай, Пак. Прости, что отвлёк.
— Ой, да не волнуйтесь. Я вообще не переживаю.

Солнечно улыбаясь, ответил ему секретарь.

— Я не сомневался.

Усевшись на диванчик в кабинете друга, поставив стаканчики на журнальный столик, Чон дождался, пока черноволосый альфа поднимется со своего кресла и сядет напротив.

— Дай угадаю. Он не предупредил меня по громкой связи о твоём приходе, потому что раскладывает пасьянс?
— Делает маникюр.
— А, ну, да. Сегодня же понедельник. День ноготков.
— Ого, ты запомнил это. Как мило.
— Сложно не запомнить за три года, знаешь ли.
— Мне вот интересно. Как ты справляешься со злостью и стрессом, умудряясь оставаться абсолютно непоколебимым? Медитация?
— Успокоительные.

Когда напиток закончился, а темы для разговора, в основном рабочие, ещё остались, Хосок поудобнее устроился на диванчике, закинув ногу на ногу, и потянулся.

Дверь кабинета распахнулась без стука, являя альфам омегу с подносом в руках.

— А я вам кофейку сделал!

Приметив на столикие пустые стаканчики, секретарь поджал пухлую губку, вмиг угасая и опуская глазки в пол.

— Ой, так у вас уже есть...

Мин неловко откашлялся, поправляя свой галстук.

— Он закончился. Поэтому ты вовремя. Давай сюда.

Хосок вздохнул. Кофе Чимина самый отвратительный в мире.

Благодарно кивнув и даже отпив из чашечки горький напиток, которым можно было травить и пытать пленных, Чон выдавил из себя улыбку, дожидаясь, когда довольный омега скроется за дверью. После тут же выплёвывая кофе обратно в чашку.

— Слушай, Мин, вы точно не спите?
— С ума сошёл?!
— Ну, просто иначе я реально не въезжаю зачем тебе все это. Он же даже документы подшивает неправильно. А ведь три года уже работает.
— Секретарь Пак старается. И он очень предан мне, как сотрудник. Я это ценю.
— Брось. Просто признай, что твоя нежная душонка не может противостоять его грустным глазкам и милой улыбочке, растекаясь, как яичко по сковородке. Запомни мои слова, Мин Юнги, когда-нибудь сердобольность и жалость тебя погубит.
— Это не так. Секретарь Пак просто... Ладно. Ты прав.

******

— Дорогой! Я здесь!

Когда альфа входит в ресторан, родитель уже ожидает его за столиком. Кажется, он только-только вернулся со своего еженедельного «ограбления» городских бутиков, потому что вокруг него множество разных пакетов. Намджун садится напротив, замечая, что папа, видимо, сделал заказ за него, и официант уже несёт к столику их еду.

— А секретарь Ким не с тобой? Как жалко, а я купил для него подарок.
— Папа, перестань задаривать чем-либо моего секретаря. Это выглядит неловко.
— За пять лет работы с тобой, он нам уже, как родной! Это моя родительская благодарность омеге, который каждый день заботится о моем старшем сыночке.
— Это его работа. За которую я плачу.
— Джунни, он такой замечательный молодой человек. Ты бы хоть присмотрелся...
— Перестань, папа. Между мной и Ким Сокджином исключительно рабочие отношения.
— Воспитанный. Образованный. Красивый. Трудолюбивый. Да, не из богатой семьи, но...
— Папа.

Строго сказал альфа, взяв в руки приборы и приступив к своему стейку.

— Ладно-ладно. Не злись. Я просто волнуюсь за тебя и хочу внуков. Тебе ведь уже тридцать два!
— Это все, о чем ты хотел поговорить? Если да, то я ухожу.
— Нет-нет, не уходи! Доешь хотя бы. Я тут не из-за этого. Тэхён-и вчера звонил. Сказал, что возвращается в Сеул в конце недели. Милан ему уже надоел.
— Это хорошо. Он давно не был дома.
— Конечно, хорошо! Так вот, он сказал, что хочет стать более серьёзным. И найти работу. Я переживаю... Куда же его возьмут без опыта? Конечно же, связи все решают, но зачем, если у нас есть собственная компания?
— Хочешь, чтобы я нашёл ему место?
— Да. Может быть, управляющим какого-нибудь творческого отдела?
— Управляющим?

Намджун нахмурился, кладя приборы на стол и утирая рот салфеткой.

— Папа, он не работал ни дня в своей жизни. Я могу взять его стажёром. Не более. На общих основаниях.
— Но, Джун-и, он ведь твой младший брат!
— Стажёр. Не более. Скажи спасибо, что вот сюда...

Намджун обвёл рукой ресторан при компании.

— На кухню, тарелки мыть не отправил.
— Ты слишком суров к брату.
— Я люблю его и забочусь о нем всю свою жизнь. Но отец доверил мне этот бизнес, и я не стану потакать ему на работе.

******

Выходя из машины вслед за президентом, Ким поправил ворот рубашки. Если на работе он обязан выглядеть идеально, то на светских раутах - идеально вдвойне. У места проведения мероприятия толпятся репортёры. Множество богатых бизнесменов и влиятельных политиков собрались в одном месте. Успешно преодолев дорогу до главного входа и учтиво кивнув швейцарцам, что открыли перед ним и начальником двери, омега встал к боссу ближе, сканируя взглядом присутствующих.

— Господин Ли Дахён вместе с младшим сыном. Недавно стал держателем контрольного пакета акций Джей-групп.

Внимательно выслушав шёпот секретаря, президент взглянул на тех, о ком тот говорил, приветливо им улыбаясь.

— Подойдёте познакомиться?
— Может быть, позже.
— Тот, что с красным галстуком - Ин Хибом. Один из кандидатов на пост нового мэра района Каннам. Его рейтинг на сегодня - 24,5%.

Альфа потянулся к подносу с шампанским, но остановился, так и не коснувшись бокала, когда секретарь осторожно положил ладонь на его плечо.

— Президент. Рано утром у Вас важная встреча. Не думаю, что Вам стоит пить сегодня. Вы же знаете, как Ваш организм чувствителен к алкоголю.

Обменявшись приветствиями и рукопожатиями с несколькими важными людьми, они направились в более тихий уголок, присев на мягкие диваны.

— Устали? Мы можем уехать, как только Вы поздравите господина Сона. Он должен вскоре появиться.
— Да. Не хочу быть здесь долго.
— Мне подобрать Вам костюм к утренней встрече?
— Да. И закажи коробку дорогого шоколада для мужа водителя Мо. Сегодня он сказал, что возьмёт отгул, по случаю его дня рождения.
— Я уже сделал это. И завтра заменю его за рулём.

Достав небольшой планшет из внутреннего кармана чёрного пиджака, секретарь открыл свои заметки.

— Я освободил Ваше расписание с пятницы по воскресенье. С кем из Ваших последних увлечений мне лучше связаться? Моделью О Сора или актёром Ха Донгю?
— Ты хочешь обсудить мой гон здесь?
— Простите. Это было опрометчиво с моей стороны. Я задам этот вопрос еще раз, когда мы будем одни.
— О Сора.

Улыбнувшись кончиками губ, омега сделал пометку напротив фотографии смазливого омеги, проверяя список остальных дел, выискивая среди них нерешенные.

— Кстати, секретарь Ким.
— Да?
— Мне нужно будет, чтобы Вы позаботились кое о чем. Мой брат, Тэхён, возвращается в Корею. Вы виделись с ним несколько раз в доме моих родителей.
— Конечно, я помню Вашего брата, президент. Мне встретить его в аэропорту?
— Нет, в этом нет необходимости.
— Тогда что?
— Назначьте его стажёром в дизайнерский отдел. И приглядывайте за ним по возможности. К тому же, не стоит кому-либо в компании знать о нашем родстве.
— Я понял. Сделаю все возможное.

Создав новую заметку, секретарь со спокойной душой убрал планшет обратно в карман.

— К слову, о завтра. Это ведь встреча по случаю заключения договора с японской сетью отелей?
— Да. Именно она.
— Помнится, я обещал Вам награду. За то, что Вы, в отличии от целой команды международного отдела, смогли убедить их в сотрудничестве. Но от премии Вы отказались.
— Да, есть кое-что, о чем я хочу попросить...
— Что же это? Я сделаю для Вас, что угодно.

Секретарь успевает лишь приоткрыть рот для ответа, как в их разговор вмешивается другой человек. Альфа сорока лет. Пак Енсык. Самый главный конкурент Ким-групп.

— Какая встреча!
— Президент Пак. И Вы здесь?

Сквозь неприязнь, тянет улыбку альфа. Сокджин же лишь склоняет голову в приветственном поклоне. Конкурент наглым образом игнорирует слова Ким Намджуна, обращая все своё внимание на омегу рядом.

— Секретарь Ким, с каждым днём Вы все прекраснее.

Ничуть не смутившись от чужих комплиментов, омега ответил:

— Я знаю.

Там самым вызывая у начальника усмешку, а у главы конкурирующий компании - замешательство. Впрочем, тот быстро справляется с ним, улыбаясь в два раза шире.

— Ах, ну что за омега. Ким Намджун, когда-нибудь я уведу его у тебя. Секретарь Ким, хорошенько подумайте над этим. Я буду платить Вам в три раза больше.

Не желая поддаваться на провокацию, Сокджин решил промолчать. Поскорее бы этот вечер закончился.

Он ненавидел все эти приёмы, хотя бы потому что из-за них возвращался домой поздно ночью. Но несмотря на то, во сколько и когда приезжал, все равно просыпался по будильнику в половину шестого утра, как штык.

******

Открыв начальнику дверь, омега сел за руль, выезжая с парковки. Взглянув в зеркало заднего вида, секретарь встретился с боссом глазами, от чего-то почувствовав себя вдруг неловко.

— Мы не договорили, кажется.
— Правда?
— Да. Что Вы хотели попросить в подарок?
— Уволиться.
— Ах, ну, конечно, уволиться, хорошо, я... Что?! Подождите. Уволиться?!
— Да.

Спокойно ответил омега, останавливаясь на светофоре.

— Вы сказали, что я могу просить, что угодно.
— Я не понимаю... Вы решили принять предложение Пака?
— Нет, что Вы. Конечно, нет.
— Тогда... Нашли другое место работы?
— Нет, я ничего не искал.
— Тогда что? Зарплата? Я подниму!
— Вы платите мне более, чем достаточно. Я всегда был доволен своим окладом.
— Тогда я... Не понимаю. Почему?
— У меня есть на то личные причины. Я думал над этим последние полгода. И абсолютно уверен в своём решении.

Скрестив на груди руки, альфа долго молчал и вновь подал голос лишь тогда, когда секретарь аккуратно припарковался у его особняка.

— Вы точно уверены в своём решении?
— Абсолютно.
— Обратной дороги не будет.
— Знаю.
— Раз так... Хорошо.
— Большое спасибо, президент. Доброй Вам ночи.

******

Зевая, заходя в собственную приёмную, альфа ничуть не удивился тому, что его непутевого секретаря все еще нет на месте. Впрочем, тот появляется в дверном проёме уже через пару минут. Надо же, сегодня он опоздал меньше, чем на полчаса. Это рекорд.

— Доброе утро, директор Мин!
— Секретарь Пак...

Говорит он, тяжело выдыхая, собираясь развернуться к нему лицом и отчитать за очередной косяк, но повернувшись, вздрагивает, выронив из рук документы.

— Черт возьми, что на тебе?!

Омега облачен в костюм огромного, плюшевого, ярко-красного сердечка.
Чимин радостно улыбается, махая перед лицом начальника «волшебной» палочкой, с таким же красным сердцем на кончике, что зажата в ладошке.

— Сегодня День Святого Валентина! Дизайнерский отдел сказал, что в компании будет костюмированная вечеринка! А вы почему без костюма, директор?

Когда-нибудь этот омега его убьёт. Положит прямо в обитый бархатом гроб и лично закопает, посадив на могилке цветочки.

— Пак Чимин. Как тебе вообще могло прийти в голову то, что в нашей компании будут устраивать подобное? Это, скорее всего, была просто шутка.
— Значит... Они меня обманули?

Тут же поник юноша, прижимая ту самую «волшебную» палочку к груди двумя ручками и опуская расстроенные глазки в пол, разглядывая свои ноги.

— Но... Но я уже арендовал костюм... Купил украшения в офис. И даже шоколад приготовил. Для Вас, директор...

Юнги кажется, что его сердце пробивает стрела, кроша душу на части. Хосок прав. Он может перегрызть глотку любому конкуренту компании, но перед этим омегой... Абсолютно бессилен.

— Раз уже купил, то украшай. Что деньги зря тратить? Это ведь непрактично.
— Правда? Спасибо, директор Мин! Вы самый лучший!

Радуется секретарь, показывая боссу большой палец, и тут же принимается за работу, доставая из большого мешка разнообразные украшения. К обеду его офис, наверное, будет похож на брачное агенство или номер для молодоженов.

Устало проходя в кабинет, Мин оттягивает галстук строгого, серого костюма, бросая на диванчик портфель с документами. Чем бы дитя не тешилось, как говорится. Усевшись за дубовый стол, альфа замечает на нем красную коробку самодельных конфет.

Значит, Чимин, возможно, впервые за три года пришёл раньше него на работу. Ну, надо же. На вечеринку мы первые.

Приоткрыв крышку, он осторожно берет в руки одну шоколадку, тут же помещая ее в рот. Вкусно. Кофе Пака пить невозможно, но готовить омега умел хорошо. Наслаждаясь сладостью на языке, альфа потянулся к документам. Черно-белый офис. Серые папки. И яркие стикеры в форме радужных цветов на них, с маленькими пометками и рисунками.

Мин Юнги улыбается. Его секретарь приносит в этот кабинет и его жизнь что-то очень и очень важное. Радость.

******

Ставя размашистую подпись на очередном документе, что подкладывал ему секретарь, альфа хмурил брови, вспоминая свои планы на день. Честно говоря, он даже не смотрел на то, что именно подписывает, полностью доверяя Сокджину.

— И ещё это.

Наконец-то протянул ему последний листок омега. Занося дорогую ручку (кажется, это подарок Юнги на Рождество) над листом А4, альфа лишь чудом успел краем глаза уловить на нем слова «заявление» и «уходе».

— Что это?
— Мое заявление.

Ах, да. Точно. Президент Ким поджимает губы, вчитываясь в текст на бумаге. Конечно же, он помнил их вчерашний разговор. Но от чего-то не воспринял слова секретаря всерьёз. Может быть, думал, что тот обязательно передумает? Или что уйдёт, но не скоро. Не прямо сейчас. Лет через пять? Шесть? Никогда? Да, но не сегодня. Не сейчас.

— Что-то не так, президент?
— Это то, чего ты, правда, хочешь, секретарь Ким?

Сокджин улыбается мягко, будто бы снисходительно, убирая в папку уже подписанные им бумаги.

— Да, президент. Это то, чего я хочу.
— Подумай ещё.

Альфа сжимает ручку в своих пальцах, чувствуя, как внутри все... Болит?

— Я уже все решил. Мне не о чем думать.
— Я не даю второй шанс. Ты знаешь это лучше других...

Омега кивает. Он знает. Ведь именно ему всегда выпадала участь сообщать сотрудникам об их увольнении. Слышать истерики. Слёзы. Мольбы. Проклятия.

— Но тебе я его дам.
— В этом нет необходимости, президент. Пожалуйста, подпишите.
— Личный водитель? Новая квартира? Что? Просто скажи. Я дам тебе это.

Намджун цепляется. Он чувствует себя жалко, но... Паника внутри растёт, не переставая. Его ручка все еще в опасной близости от конца.

— Мне не нужно ничего из этого. Прошу Вас, президент.

Закусив щеку изнутри, альфа оттянул свободной рукой галстук на шее, что почему-то душил. Этот галстук ему выбирал он. Сокджин. Сегодняшним утром, в его собственном доме. Как и костюм. Обувь. Даже часы.

— Почему?
— Я ведь уже говорил. У меня есть на то личные причины.
— Хочу их услышать.

Секретарь под его взглядом сжимается весь, папку крепче к груди прижимает и молчит секунд десять, прежде чем дать ответ.

— Замуж хочу.

Альфа моргает. И ещё раз. И снова. Подождите...

— Что?
— Мне уже тридцать.

Начинает вдруг оправдываться омега. Ему неловко. Почему он вообще должен? Но все равно говорит.

— А у меня даже кошки нет, не то что парня. Я просто понял, что... Ещё пара лет и... Останусь таким навсегда. Одиноким. Женатым на своей работе. Не хочу так.
— Когда я брал Вас в свои секретари, у Вас были другие жизненные приоритеты.
— Да. В двадцать пять я думал лишь о карьере. И сейчас, когда я состоялся, как специалист, мои ориентиры сменились.
— Что ж... Я разочарован. Вы всегда казались мне более благоразумным, чем все остальные.
— Простите за то, что я тоже человек, который умеет чувствовать.

Зло черкнув по листку, альфа вернул омеге подписанное заявление.

— Найдите кандидата на Вашу должность и обучите его. Вы не покинете компанию, пока новый секретарь не научится всему.

Запах бергамота в кабинете стал отчётливее. Ярче. Альфа ощутимо гневался. И Сокджин никогда бы не хотел испытывать злость этого мужчины на себе. Больше никогда. Ему уже хватило его тогда, в самом начале, когда он был совсем неопытным и юным и учился всему постепенно.

— Я пойду.
— Иди.

Закрыв за собой дверь кабинета, омега счастливо улыбнулся, разглядывая подписанное заявление. Оно выглядит, как свобода.

Сокджин думает о том, куда пойдёт, когда наконец-то покинет компанию. Что купит. С кем встретится. В какую страну полетит отдыхать.

И дышит. Дышит! Полной грудью.