Женаты поневоле

Ча­нёль си­дел, све­сив од­ну но­гу с по­докон­ни­ка, за­дум­чи­во смот­рел на не­бо и вы­кури­вал уже пя­тую си­гаре­ту. В сво­бод­ной ру­ке он за­жал те­лефон, на ко­торый вско­ре дол­жна бы­ла прий­ти смска. Ком­на­та за­пол­ни­лась ед­ким ды­мом, зас­тавляя спя­щего оме­гу смор­щить но­сик. Звук вхо­дяще­го со­об­ще­ния зас­та­вил аль­фу под­нять­ся. Ча­нёль ещё раз по­косил­ся на спя­щего Бэк­хё­на, прик­рыл окош­ко и вы­шел из квар­ти­ры. Путь до бли­жай­ше­го круг­ло­суточ­но­го ка­фе за­нял все­го-то 10 ми­нут, а Кён­су уже ждал его. Ча­нёль не­лов­ко кив­нул ему в знак при­ветс­твия и сел за про­тиво­полож­ный от оме­ги сво­бод­ный стул.
- Как де­ла? - по­ин­те­ресо­вал­ся оме­га, про­тяги­вая ему бу­тыл­ку с сод­жу. - Неп­ло­хо, а у те­бя? - при­няв на­питок и на­лив се­бе, аль­фа од­ним глот­ком осу­шил стоп­ку. - Ду­маю, ху­же, чем у те­бя, - Кён­су опус­тил го­лову вниз. - Джо­нин.... Он, ка­жет­ся, всё уз­нал. - Он те­бе сам об этом ска­зал? - Ча­нёль нас­то­рожил­ся. - Или вы по­руга­лись? - Он ис­чез два дня на­зад, - об­лизнул пе­ресох­шие гу­бы Кён­су, сглот­нул неп­ро­шен­ный ко­мок слю­ны и про­дол­жил. - Я наз­вал его тво­им име­нем во вре­мя... ну ты по­нял, - оме­га под­нял на Ча­нёля свои боль­шие гла­за и до­бавил: - я по те­бе ску­чал. - Кён­су, ты сам сде­лал свой вы­бор, - горь­ко ух­мыль­нул­ся аль­фа, кри­вя ли­цо. От слов оме­ги сер­дце за­билось ча­ще, а ла­дони мгно­вен­но вспо­тели. Ча­нёля бро­сило в жар, хо­тя сам аль­фа ста­рал­ся внеш­не не по­казы­вать сво­его вол­не­ния. - Я пом­ню. Ты ведь зна­ешь, что он мой ис­тинный, - зап­нулся Кён­су, - но по­чему ме­ня так тя­нет к те­бе? Ска­жи, ты хоть нем­но­го ду­ма­ешь обо мне? - Я ду­мал, я му­дак в от­но­шени­ях, но ты ещё ху­же, - ус­мехнул­ся Пак, осу­шив уже третью стоп­ку. Аль­фа дос­тал си­гаре­ты и, нес­мотря на то, как неп­ри­яз­ненно скор­чил нос оме­га, за­курил. - Блядь, ты зна­ешь, как мне бы­ло хе­рово? Я го­тов был вол­ком выть от то­го, что ты ме­ня бро­сил! - зло выс­ка­зал­ся Ча­нёль, рез­ко за­мол­чав, ког­да оме­га вдруг схва­тив его за за­пястье и по­тащил в дру­гую сто­рону. - Ку­да ты ме­ня та­щишь? - воз­му­тил­ся Чан. - На ска­мей­ки, - вы­дох­нул До, чуть по­вора­чивая го­лову к не­му и улы­ба­ясь од­ним угол­ком губ. Они при­сели воз­ле мес­тно­го пру­да в пар­ке, за­мол­чав и вслу­шива­ясь в ти­хую ме­лодию, до­носив­шу­юся с ларь­ка со вся­кими вкус­ностя­ми. - Ча­нёль? - А? - Ты ме­ня прос­тишь? - Да тут и про­щать-то не­чего. Мы оба ви­нова­ты, - Пак не­ожи­дан­но за­мол­чал, чувс­твуя тёп­лые гу­бы Кён­су на сво­их. Аль­фа прик­рыл гла­за, поз­во­ляя ста­рым чувс­твам вновь пол­ностью зав­ла­деть им. Кён­су це­ловал его нас­той­чи­во, за­пус­кая паль­цы в его во­лосы и пе­реса­жива­ясь на ко­лени Па­ка, что­бы бы­ло удоб­нее. Ча­нёль ти­хо за­рычал в по­целуй, под­хва­тывая его за та­лию и пе­реки­дывая од­ну его но­гу че­рез се­бя. Кён­су ещё силь­нее по­тянул во­лосы, чувс­твуя, как Ча­нёль стис­нул его яго­дицы и улыб­нулся в по­целуй. Аль­фа да­же не ус­лы­шал, как кто-то гром­ко шмыг­нул но­сом и, за­жав рот ла­донью, по­бежал по тём­ной тро­пин­ке.

***

Ког­да Ча­нёль вер­нулся до­мой, квар­ти­ра встре­тила его неп­ри­выч­ной ти­шиной. Уже све­тало, а Бэк­хё­на на ди­ване не об­на­ружи­лось. До­ма вдруг ста­ло неп­ри­выч­но пус­то, ведь все эти два с по­лови­ной ме­сяца, что Чан про­водил с Бэ­ком, тот всег­да встре­чал его в лю­бое вре­мя су­ток. А сей­час как-то осо­бен­но тос­кли­во на ду­ше. По­жира­емый уг­ры­зени­ями со­вес­ти, Ча­нёль пер­вым де­лом нап­ра­вил­ся в душ, же­лая смыть с се­бя за­пах Кён­су. - Су­кин ты сын! - в труб­ке раз­дался го­лос па­пы Бэк­хё­на на фо­не гряз­ных ру­гатель­ств в сто­рону аль­фы со сто­роны от­ца Бё­на. - Как ты мог так с ним пос­ту­пить?! - про­дол­жал сы­пать воп­ро­сами Бен стар­ший. - Се­год­ня же при­несут до­кумен­ты на раз­вод. Ты хо­тел раз­вод? Вот и до­бил­ся, - па­па по­ложил труб­ку, а сле­дом пос­ту­пил ещё один зво­нок, уже от его ро­дите­лей. - Ты что тво­ришь? - го­лос от­ца зас­та­вил Ча­нёля вздрог­нуть. Аль­фа сто­ял в ван­ной, всё ещё го­лый, с ос­татка­ми пе­ны на те­ле. Ко­жа пок­ры­лась му­раш­ка­ми, и на­вер­ня­ка это бы­ло от пло­хого пред­чувс­твия аль­фы, а не от хо­лода, ско­вав­ше­го его. - Я не по­нимаю, что слу­чилось? - про­буб­нил Ча­нёль. - Ще­нок, - раз­дра­жён­но вык­рикнул отец. - Се­мей­ство Бён раз­ры­ва­ет с на­ми кон­тракт. Мы те­ря­ем мил­ли­оны! Ты слы­шишь ме­ня, су­кин сын? Ка­кого чёр­та ты тво­ришь? Ты ли­шил нас при­были, - Пак-стар­ший за­мол­чал на ми­нуту. - Не­уже­ли так слож­но бы­ло тра­хать­ся со сво­им лю­бов­ни­ком в квар­ти­ре, где вас по край­ней ме­ре не уви­дит Бэк­хён?! Сер­дце Ча­нёля бо­лез­ненно сжа­лось, а мыс­ли на­чали скла­дывать­ся в еди­ный паззл, соз­да­вая пол­ную кар­ти­ну. Осоз­на­ние то­го, что Бэк всё ви­дел, для аль­фы ощу­щалось, слов­но его об­ли­ли уша­том ле­дяной во­ды. В гру­ди за­билось силь­нее, а но­ги не слу­шались. Пак при­сел на кор­точки, всё ещё дер­жа труб­ку у уха, но не слы­ша кри­ков от­ца. Вдруг не­ожи­дан­но ста­ло до оду­ри пус­то в гру­ди. Так, как ни­ког­да рань­ше. В ушах гу­дело, а в вис­ках пуль­си­рова­ла лишь од­на мысль: «Бэк всё ви­дел». Ча­нёль опом­нился лишь тог­да, ког­да в труб­ке бы­ли слыш­ны гуд­ки, а пе­на на те­ле и вов­се рас­та­яла. Аль­фа под­нялся на ват­ных но­гах, вклю­чил во­ду, смыв с се­бя ос­татки и на­сухо вы­терев­шись по­лотен­цем, на­кинул на се­бя ха­лат. В го­лове всё ещё зву­чали сло­ва ро­дите­лей Бэ­ка, а пе­ред гла­зами сто­яла вче­раш­няя кар­ти­на. Пак плюх­нулся на ди­ван, об­ду­мывая про­изо­шед­шее и, ког­да вдруг всё про­яс­ни­лось, нак­рыл ли­цо ла­доня­ми, без­звуч­но под­ра­гивая пле­чами.

***

Бэк­хён еле раз­ле­пил опух­шие гла­за и, скри­вив ли­цо в бо­лез­ненной гри­масе, вновь ук­рылся с го­ловой оде­ялом. В гру­ди неп­ри­ят­но сад­ни­ло, и оме­га вновь зап­ла­кал. Он ви­дел Ча­нёля, це­лу­юще­го дру­гого. Так страс­тно, как ни­ког­да его не це­ловал. Аль­фа оп­ре­делён­но что-то чувс­тво­вал к это­му пар­ню. Он про­сунул ру­ку и, схва­тив смар­тфон, наб­рал но­мер, ко­торый знал на­изусть. - За­бери ме­ня, - сквозь всхли­пы Исин раз­ли­чил лишь эти два сло­ва, нес­мотря на то, что Бэк ещё что-то го­ворил, но из-за по­мех и всхли­пов ни­чего не смог раз­ли­чить. - Он лю­бит дру­гого. Я всё ви­дел, Син. Мне так боль­но, - оме­га сжал ткань пи­жамы в рай­оне гру­ди и зап­ла­кал ещё силь­нее.

***

Пе­кин встре­тил Бэк­хё­на про­моз­глым вет­ром. Нес­мотря на то, что на дво­ре бы­ло уже на­чало ап­ре­ля, в обыч­но тёп­лом Пе­кине бы­ло неп­ри­выч­но хо­лод­но. Но креп­кие объ­ятия дру­зей оку­нули оме­гу в теп­ло.
- Бэк­ки, - ве­село про­пищал Чун­мён, за­жимая в сво­их объ­яти­ях Бэк­хё­на. - Бо­же, как ты по­хоро­шел. Исин улыб­нулся, гля­дя в зер­ка­ло зад­не­го ви­да на двух са­мых лю­бимых лю­дей. - Ты сде­лал тест, Бэк­ки? - ос­то­рож­но по­ин­те­ресо­вал­ся Исин, по­вора­чивая нап­ра­во. - Нет, я бо­юсь, - сжи­мая ла­дош­ку оме­ги Иси­на, от­ве­тил Бэк­хён. - Лю­бимый, ап­те­ка за уг­лом, - обес­по­ко­ен­но ска­зал Су­хо, по­вора­чива­ясь к оме­ге. - Так нель­зя, Бэк, - свет­ло­воло­сый оме­га не­одоб­ри­тель­но по­качал го­ловой. - Ни­чего не бой­ся, мы ведь ря­дом с то­бой, - он ещё раз об­нял Бэк­хё­на, а за­тем, отс­тра­нив­шись и уви­дев, что Бэк го­тов вот-вот рас­пла­кать­ся, улыб­нулся, сти­рая боль­шим паль­цем сле­зин­ки. - Я вас так люб­лю-ю­юю, - зах­ны­кал Бэк­хён, вновь уты­ка­ясь но­сом в шею Чун­мё­на.

***

- Ну что там? - Исин не на­ходил се­бе мес­та, ша­гая вдоль и по­перёк гос­тинной, по­ка Бэк и Чун­мён за­пер­лись в ван­ной. Прош­ло уже де­сять ми­нут, а оме­ги всё ещё не выш­ли. Вол­ну­ясь за сво­его дру­га, Исин уже в со­тый раз пок­лялся се­бе, что унич­то­жит Па­ка. Жаль, что он тог­да не сде­лал это­го. В прош­лый свой при­езд в Се­ул Ча­нёль хоть и по­казал­ся ему ха­мом, ко­торо­му без­разли­чен его муж, но его взгля­ды в сто­рону Бэ­ка го­вори­ли со­вер­шенно о про­тиво­полож­ном. Исин очень по­жалел, что до­верил­ся сво­ими пред­по­ложе­ни­ям. Аль­фа вздрог­нул и пос­пе­шил пос­та­вить ста­кан с во­дой на стол, по­вора­чива­ясь в сто­рону ван­ной. К не­му выш­ли до оду­ри счас­тли­вый Чун­мён с си­яющей бе­лос­нежной улыб­кой и по­ник­ший Бэк­хён. - Мы ста­нем са­мыми луч­ши­ми дя­дями! - ра­дос­тно за­вопил Чун­мён. Бэк­хён под­нял опух­шие пок­раснев­шие гла­за на Иси­на, и аль­фа за­метил, как пре­датель­ски у не­го дрог­ну­ли в улыб­ке гу­бы, а за­тем ми­ловид­ное ли­цо оме­ги скри­вилось в нес­час­тной гри­масе. Бэк­хён ле­жал ли­цом к ок­ну, пог­ла­живая ещё плос­кий жи­вот, и раз­гля­дывал ноч­ное не­бо, раз­мышляя о том, как ему быть даль­ше. Ощу­щение то­го, что в те­бе жи­вет ма­лень­кий че­лове­чек, вы­зыва­ло стран­ные чувс­тва. Нет, он не из­ба­вит­ся от это­го ре­бён­ка. Бэк­хён бу­дет его лю­бить так, как ник­то дру­гой. Но от осоз­на­ния то­го, что у ни в чём не по­вин­но­го ма­лыша не бу­дет от­ца, бро­сало в дрожь. Мыс­ли о Ча­нёле уле­тучи­лись са­ми по се­бе, за­пол­няя сво­бод­ное прос­транс­тво мыс­ля­ми о бу­дущем ре­бён­ке. Оп­ре­делен­но, он ста­нет са­мым луч­шим в ми­ре па­пой. Вот толь­ко Ча­нёль ни­ког­да не бу­дет с ни­ми ря­дом