Плюшевый мишка

Последние пару дней самочувствие оставляло желать лучшего. В принципе всё было более менее нормально, но в какой-то момент скручивало живот так, что хотелось выть. От бессонных ночей раскалывалась голова, а веки сами по себе слипались, заставляя хоть на секунду отдохнуть. Но куча дел не позволяла этого сделать.

Выдержка у Донхёка была не слабая, но всё-таки боль чуть ниже живота была сильнее.
Закинув миниатюрную баночку с таблетками в кармашек рюкзака, он собрал все вещи с парты и покинул аудиторию, где только что закончилась вторая пара. Оставалось ещё две на сегодняшний день, но получится ли их высидеть? В коридоре как обычно была толпа людей. Протиснуться нереально сложно, но Хёку всё же удалось, хоть и с горем пополам. Дальше было уже не так людно. Внезапно рука почувствовала чьё-то прикосновение к себе. Его потянули куда-то в неизвестном направлении. Несколько коридоров спустя всё-таки удалось остановиться, выдернув свою руку из чужой.

— Марк, что это значит? Куда и зачем ты меня уволок? – серьёзный голос Хёка приобретал всё больше раздражённых ноток.

— Ничему тебя жизнь не учит. Снова ходишь в универ в таком состоянии.

— У меня она ещё даже не началась, а ты говоришь так, будто бы от меня несёт за километр. Да и тебе-то какая разница? Это моё дело, мне и решать, – Донхёк отвернул голову в сторону, "не желая смотреть на Марка", – не лезь.

От такого поведения омеги  кулаки только сжались сильнее.

— тебе лучше вернуться домой. Никто же не знает, в какой момент ты свалишься посреди коридора. А вдруг тогда я или Джено не будем рядом? Я не хочу такого допустить.

— Рядом будет  Джон или Джемин..

— Нет. Никаких Джеминов и особенно Джонов Со! Либо я, либо Джено.

— Раз ты любишь всё сам контролировать, зачем Джено? Насколько вы близки?

— Он единственный, кому я доверяю. Он друг детства и вообще мне как младший брат! И знаю, что он бы не стал лезть к тебе, к тому же у него Джем.

«Как младший брат! Ха-ха, забавно».

Никакого ответа на его слова не последовало. Донхёк опустил взгляд немного вниз, на плинтус напротив, поджав губы.

— Я понял.. Ты всё равно настоишь на своём, незачем продолжать этот спор, из этого ничего не выйдет. Хорошо, я пойду домой, ты доволен? – голос резко стал спокойным и тихим, но всё-таки было легко почувствовать его раздражённость.

— Да, но я провожу тебя. Чисто ради твоей же безопасности, дабы никто не пристал, или в случае, если тебе станет плохо.

Разубедить Марка не выйдет, потому Хёк коротко кивнул, закатывая глаза.
Покинув здание, а потом и территорию университета, оба направились в сторону дома младшего. На этот раз не выйдет обмануть Минхёна с местом жительства, как это было один или несколько раз раньше.
Дорога казалась всё длиннее и длиннее, и, подойдя к уже знакомому жёлтому, с облупившейся краской в некоторых местах и странными разводами, зданию, на втором этаже которого и была небольшая, но довольно вместительная квартирка Донхёка. Он надеялся на то, что Марк отклеится от него у подъезда, но ошибся. Тот был намерен довести его до самой двери квартиры. И не потому что был настолько параноиком и считал, что безопасность наступает только внутри квартиры, хоть от части это было и так, а потому, что ему хотелось как можно дольше побыть рядом с возлюбленным Ли Донхёком, которому, как казалось, было абсолютно всё равно как на собственную безопасность, так и на Марка с его заботой. Ждать лифт было просто бесполезной затеей, ведь подниматься всего лишь на второй этаж, можно и по лестнице, так будет даже быстрее. Чуть ниже живота неприятно стягивало, а голова немного гудела. Нос улавливал всё больше и больше запаха ненавистной корицы, по крайней мере в кофе, от чего становилось дурно. Наконец-то перед глазами выросла металлическая дверь с золотистым номером квартиры. Рука юркнула в карман рюкзака, пытаясь нащупать связку ключей. Смотреть было больно на то, как трясущиеся пальцы пытаются всунуть в замочную скважину аккуратный ключик. Положив руку поверх донхёковой, Марк быстро вставил ключ и провернул его. Дверь приоткрылась с тихим, едва слышным скрипом, а парни так и не шелохнулись. Минхён смотрел на Хёка, а тот, в свою очередь, на маленькую щель в дверном проёме.

— Подари мне поцелуй. Как "спасибо".

Немного неожиданно. Но Донхёк, не долго думая, аккуратно коснулся чужих губ, чуть сминая. Этот сладостный момент будто длился вечность. Однако кому-то да надо будет отстраниться, и этим кем-то, верно, должен быть Марк. Только цепкие пальчики младшего крепко держали того за футболку, будто притягивая к себе. Возможно, его мысли совсем поплыли в голове, раз он поспешно втянул канадца за собой в квартиру, неуклюже прижимая его к закрытой двери. Руки скользят по рельефному торсу, опускаясь на ремень.

— Хёки, нет, – расцеловывает кожу за ушком, обнимает, беря его руки в свои.

— Пожалуйста... – тихо проскулил, выпячивая зад и немного им крутя из стороны в сторону.

Стоять в такой позе было крайне неудобно, учитывая, конечно, что обычно он прибивал к стенке, а не его. Аккуратно приподняв Донхёка, что весил как пушинка, Марк небольшими шажками донёс его до спальной комнаты, кое-как укладывая его на покрывало кровати. Чужие ручонки тут же стали изучать минхёнов торс, похотливо закусывая и облизывая губы.

— Пожалуйста.. – снова пробубнил Хёк, осматривая его всего с головы до ног, но не смелясь заглянуть в тёмно-карие, почти что чёрные глаза.

— Нет, солнце, я не буду этого делать. Иначе ты снова рассудишь всё так, будто бы я воспользовался твоим состоянием.. Не потому что ты мне безумно нравишься, а потому, что не смог себя контролировать. Я не хочу этого, – голос как никогда такой тихий и нежный, аж до мурашек.

А в ответ только более настойчивый скулёж. Его состояние не из лучших, но вдруг стало бы легче, если бы они... Правда говоря, он даже не думал особо об этом, просто первое что пришло в голову, когда чужие руки легли на шею и губы шептали что-то на ухо.

— Я не буду, Донхёки, нет. Пока ты не сам не захочешь, не та милая беззащитная овечка внутри тебя, а именно ты.

— Но я хочу.. – жалобно взглянул в спокойные с первого взгляда глаза, в которых всё же было легко увидеть беспокойство.

— Поспи, – тихо прошептал, заваливаясь на кровать на спину, а после укладывая парня на себя.

Руки мягко касаются щёк, заправляя выбившуюся прядь за ушко, гладят спинку и тонкую талию. Однозначно, тот сбросил довольно много с последнего момента, когда они так лежали и обнимались. Это очень хорошо чувствуется. Все эти выпирающие рёбра...

«Надо будет как-нибудь сводить тебя покушать. Тебе надо набрать хотя бы немного.. А-то совсем здоровье загубишь..»

«Сейчас ты выглядишь как маленький котёнок, который наконец-то, спустя весь день, наполненный трудностями, уснул..»