Часть 2. Глава 12
За последние несколько дней все люди, которые проводили время рядом с Донхëком, миллион раз слышали разного рода оскорбления в сторону какого-то человека, который даже не присутствовал в данный момент времени рядом, что выглядело очень даже мило и забавно. И кто бы что не говорил, два парня чуть ли не изначально понимали, кого так рьяно проклинает их дорогой милаш-медвежонок. Конечно же сразу в голову бросается Марк Ли, ведь это чуть ли не единственным вариант, кто мог бы заставить Хëка так смущаться. Да, именно смущаться. Именно из-за этого те слова в сторону старшего выглядели так мило, да и к тому же красноватые щëки сдавали своего обладателя под чистую. Теперь отмазаться было просто невозможно – каждая мелочь была под зорким взглядом двух близких Донхëку особ. А Марк каждый раз находил момент и нужный ракурс, чтобы подольше любоваться своим дорогим и любимым во всëм Хэчани. И тот это чувствовал, конечно, как не почувствовать такой протирающий до дыр взгляд? Так хотелось сейчас подойти к этому запутавшемуся в своей жизни второкурснику и крепко-крепко его обнять, поцеловать в одну из этих мягких и нежных щëк, пригласить погулять по набережной, любуясь закатом, который в разы уступает твоей красоте, и наконец-то увидеть твою ослепительную улыбку..
«Как же я скучаю.. »
И так каждый раз. Каждый раз, когда Марк смотрит на Донхëка, в голове проносятся воспоминания, которые режут невидимым ножом по сердцу, заставляя ощутить всю ту боль отсутствия возможности прикоснуться к любимому.
«Какой же я дурак, раз позволил произойти этому.. »
Дурак, ещë какой. Никогда бы не подумал, что его мысли будет занимать один и тот же человек изо дня в день. Что это? Марк сам не знает, просто подчиняется своему сердцу.
***
Донхёк запоминал многое, даже мелочи, даже обычные перешёптывания в коридоре каких-нибудь особо любопытных лиц, только потому что они были хоть как-то связаны с Минхёном. Одно его имя, сказанное кем-угодно в большом университете, заставляло оглянуться. Если же, бывает, удаётся краем уха услышать какой-то разговор, в котором принимал участие Марк, (а Хёк его голос знал лучше, чем голоса друзей, и мог везде его отличить) тело само по себе останавливалось, желая подольше насладиться этим чуть грубоватым, резким, местами рычащим голосом, который обретал оттенок нежности всего с несколькими людьми.
Сейчас так кажется, будто Марк, пытаясь скоротать время или по другим причинам, начал восстанавливать былую иерархию в университете. За почти прошедший год она успела значительно пошатнуться, а в последние пол года на восстановление просто не хватало времени, столько всего происходило, что даже не перечесть. Многие спорят, сопротивляются и даже готовы драться с Марком, а подчиняются только единицы. Ну ничего, это не проблема. Один раз получилось подняться на вершину, значит и второй раз получится, наверное. Только вот теперь у Минхёна есть огромная слабость, про которую, увы, много кто знает.. А рыжая макушка, как на зло, всё время мелькала где-то рядом во время разборок парней. И от части это заставляло улыбнуться ему в след.
Вот только не всегда везёт Донхёку, несколько раз его замечали затеявшие драку, однако обычно удавалось во время сбежать с глаз долой, но, явно, не в этот раз. Его руку крепко схватили, затягивая в круг, пободный рингу, но созданный толпой. Внутри круга стоял главарь компании, которая не редко пыталась ему как-либо насолить, на противоположной стороны – Марк, а теперь ещё и сам Хэчан вместе с чужим приспешником, держащим его за запястье руки. Судя по взгляду канадца, он был готов размолоть в прах всех здесь присутствующих.
— Мм, очень интересно..– по-лисьи протянул главарь, – Пока мы с тобой выясняем отношения, они немножко развлекутся, – на этом моменте по заднице Донхёка пришёлся глухой, но прекрасно слышный Минхёну шлепок.
Дальнейшее было особо не видно Хёку. Он был занят попытками освободиться от чужих рук, да и к тому же был повёрнут спиной к происходящему, дабы канадцу отчётливее было видно где позволяет себе пристраивать свои ладони шестёрка. Не прошло и минут десять, как кто-то с силой дёрнул его за руку, вырывая из мерзких лап.
— Убью. Каждого убью. – прорычал сквозь зубы, бережно прижимая к себе Донхёка, чувствуя небольшое облегчение.