Как взломать твоё сердце?

ДИМА.

Это тот случай, когда все проблемы города сваливаются на тебя, и деваться уже некуда. Я, конечно, преувеличиваю, но беды под названием «Ты не ждал, а мы уже тут» всё равно усложнили мне жизнь в самый неподходящий момент.

После школы Матвей написал мне, что Мила снова приедет ко мне в кофейню, но уже не с ним. Я воспрял духом, представляя, как это будет. Но тут же вспомнил, что после физкультуры и нагоняев от «Груши» от меня пахло не самым лучшим образом. Да и выглядел я не для свиданий: та же школьная форма, ничего интересного.

Не понял, что было со мной. Чувство необходимости хорошо выглядеть не покидало меня. Несмотря на то что удовлетворение этой потребности могло обернуться наказанием за опоздание, я был решительно настроен вернуться домой, переодеться и надушиться отцовским одеколоном.

Я думал, что никого не обнаружу дома. Но как же я ошибался. С порога было понятно, что я оказался не столь дальновидным, как хотелось бы. Ботинки отца сорок третьего размера я узнал на ходу, снимая свои. А звонкие голоса матери на фоне свидетельствовали о том, что оба моих родителя дома, и, вероятно, они обсуждают на грани агрессии никого иного, как меня.

Не разобрав слов, доносившихся из кухни, с молитвами в душе зашёл туда, прямо в логово зверя.

— А вот и он. — С руками на боках и измученным видом мать посмотрела на меня, как на преступника. — Явился, не запылился. Рассказывай отцу, где был.

Отец сидел за столом, тихо ел соус, перекусывая белым хлебом. Даже не взглянул на меня, продолжал жевать обед.

Он был значительно крупнее любого мужчины в этом районе. Веса на его теле хватало на троих. Широкая шея, лысина на голове — словно вчерашний зек, о котором даже опасно было говорить. Никогда не понимал, как такой человек мог родить хилого и маленького сына, как я. Разве гены не должны передаваться по отцовской линии?

Но, глядя на свою семью и на себя, я понимал, что не только внешние данные не передались, но и умственные. Оставалось только задать вопрос: не приемный ли я. И ответ матери, кажется, я уже знал: «Обратно в детский дом поедешь».

— В школе, — кратко ответил я, не сводя глаз с отца.

Сказать, что я его сильно боялся, — значит ничего не сказать. Он пугал гораздо больше, чем причинял физический вред. Однако и те несколько раз, когда он избивал меня, запомнились мне на всю жизнь. Поэтому в моих глазах папа всегда занимал место страшного человека, от которого нужно прятаться. Но, смешно, я этого не умел. И в самый неподходящий момент моё тело парализовывало так, что я не мог ни двигаться, ни дышать нормально.

— Мне тут мама сказала, что ты постоянно поздно возвращаешься домой. Это правда? — Наконец заговорил со мной отец.

—  Я... Я ей говорил, что занимаюсь с друзьями после школы, — с дрожью в голосе ответил ему.

Я очень надеялся, что на этом наш разговор закончится, и я смогу попасть в кофейню раньше, чем мне позвонит мой сменщик или, на худой конец, Матвей. Вспомнил про Милу, я ещё больше начал переживать. Меня мучило беспокойство: что, если она не найдёт меня и останется одна в ожидании? Нельзя было возвращаться домой; лучше бы я сразу пошёл на работу, подумал я. Но жалеть было уже поздно.

— Чем ты занимаешься с друзьями? — спросил он и встал со стола, не доев свою порцию. — Какие у вас занятия?

— Скоро экзамены, — ответил я, проглатывая последнюю слюну. — Мы готовимся к ЕГЭ. Я уже выбрал несколько предметов, по которым буду сдавать. Хочу поступить в институт.

Теперь отец стоял напротив и смотрел на меня. А я ответить тем же не смог, смелости не хватило.

— Дома готовиться не вариант? — спросил он. — Мать жалуется, что ты ищешь оправдания, чтобы не оставаться дома.

— Я знаю, почему он это делает, — вмешалась она. — Ему стыдно приводить своих друзей домой. Он стесняется нас и нашего положения, винит нас за то, что мы такие бедные.

— Он прав, — ответил ей отец, повернувшись к ней. — Это мы виноваты, что сын не может учиться нормально. Если есть место, где ему удобнее заниматься, пусть ходит и учится.

— Ты серьезно? — Слезы навернулись у нее на глазах, лицо покраснело и сморщилось от обиды. — Разве мы не делаем все, что в наших силах? Как ты можешь так говорить?

— Дима, — ответил отец, уже обращаясь ко мне. — Допустим, что все так, как ты говоришь. Но я не могу тебе дальше верить, не убедившись. Позвони другу. Пусть приедет сюда и подтвердит все сказанное тобой.

Он был серьезен. Но я сначала не поверил, что он действительно собирается так поступить. Он хотел проверить мои слова, а я не мог себе этого позволить. Никогда не говорил друзьям о ситуации дома. Все думали, что я живу так же, как и они.

Теперь все было потеряно, и я был уверен, что мне конец. Ни один из моих друзей не приедет и не скажет, что мы все это время учились вместе. Им самим было интересно, куда же я пропадаю после школы.

Мысленно похоронил себя и представил, как ситуация с моей работой превращается в настоящий скандал с необратимыми последствиями для моего будущего.

— Чего ты ждёшь?! — разозлилась мать. — Звони!

— Хорошо. — Это было единственное, что от меня хотели услышать.

Я разблокировал экран и стал искать подходящий контакт. Среди друзей, которые были особенно близки для меня, я не мог позвонить только Давиду. Он перестал общаться с нами после спора из-за его сводной сестры. Оставалось выбрать между двумя. Больше всего подходил Климент, поэтому я набрал его с уверенностью, что он согласится приехать.

Гудки шли, ответа не было. Я попробовал несколько раз, но друг не отвечал. Узнавать причину не было времени, поэтому я сразу перешёл к Илье. Он, в отличие от Климента, ответил почти сразу. Но это только напрягло меня. Я не знал, как начинать разговор и как пригласить его в дом, чтобы не вызвать подозрений насчёт своей лжи.

—Дима, привет, — поздоровался со мной Илья. — Что-то случилось? Ты обычно не звонишь мне в такое время.

И не только в такие моменты, я редко ему звонил. Чаще мы общались через чат или лицом к лицу в школе.

— Привет, — ответил я, не отвлекаясь от родителей. — Мне нужна твоя помощь. Сможешь приехать ко мне сейчас? Очень нужно. Прямо сейчас.

— Чего? — не поверил он мне. — С чего бы это мне к тебе приезжать? — не выдержал смеха и засмеялся прямо в трубку. — Дима, у тебя все в порядке?

— Нет, — ответил я ему коротко. — Я не шучу. Ну что, сможешь?

Я очень надеялся в душе, что он откажет. Но, с другой стороны, если бы мне не удалось доказать свои слова отцу, его подозрения и жалобы матери продолжали бы преследовать меня. Поэтому я сделал всё, что от меня требовалось.

— Я даже не знаю, где ты живёшь. Как я к тебе приеду? И вообще, с минуты на минуту должно состояться свидание с Лорой. Ты сам знаешь, как долго я к этому шёл. Как я должен объяснить ей это?

— Лора никуда не денется, — ответил я ему, привлекая заинтересованные и странные взгляды родителей. — Если ты мой друг, то приедешь немедленно.

— Ладно, вижу, что ты не в порядке, — услышал я его голос и понял, что он сдался. — Отправь мне адрес, я приеду. Только помни, что потом будешь должен мне.

— Хорошо.

Одно дело уже было сделано, а второе еще ждало меня с тяжелым испытанием. Я надеялся, что Илья поймёт и подыграет мне, ведь в противном случае мне не поздоровится.

Скоро Илья должен был приехать. А к тому времени мне уже названивали из кофейни. Сменщик звонил и натыкался на мой игнор. Он с настоятельной просьбой просил приехать быстрее, на что я даже не мог ответить из-за родителей, которые следили за каждым моим движением.

Мама накрыла мне на стол и положила соус. Я начал есть, но аппетита не было. В голову начали лезть всякие бредовые мысли.

Я был в доме Ильи. Место, где он жил, вызывало лишь зависть и восхищение. Ничего другого не ожидали от богатых родителей, которые дают ребёнку всё, что он пожелает. Но мой дом сильно отличался. И от этого я переживал ещё больше. Что он подумает? Что скажет потом о моём доме? Не перестанет ли он со мной дружить?

Я подозревал, что после сегодняшнего меня могут высмеять. Я начал готовиться к тому, что завтра стану всеобщим посмешищем на глазах одноклассников и вообще всей школы. Смешки, издевательства и неприятные слова уже начали доноситься до меня. Я не знал, как я выдержу, если всё это перейдёт в реальность.

Прошёл почти час ожидания, который казался вечностью. Тяжесть на моих плечах, жжение в груди и животе, перепады температуры, то в жар, то в холод, стали ощутимее, когда раздался дверной звонок.

— Я сама, — ответила мама на мой скачок адреналина и пошла открывать.

— Здравствуй, — услышал я голос матери. — Заходи, Дима ждёт тебя. Как тебя зовут?

Следом я услышал знакомый голос друга. Он был недоволен по интонации, но я уже готовился к этому, представляя, как он будет зол.

Илья вошёл на кухню следом за мамой, которая тут же начала суетиться с едой. Я молча посмотрел на друга, пока тот здоровался с отцом. Он пожал ему руку и сел рядом со мной.

— Что здесь происходит? — шепнул он мне на ухо.

А я не ответил ему, потому что отец сверлил меня взглядом.

— Значит, ты Илья? — заговорил он с ним. — Ты учишься вместе с моим сыном?

— Да, мы одноклассники, — ответил ему друг.

К тому времени мама уже накрыла для него стол и села напротив.

— А ты посимпатичнее нашего сына, — улыбнулась ему мать. — Почему я раньше тебя не видела? Хотя не отвечай, наш сын оболтус никого в этот дом не приглашает.

— Да, — усмехнулся друг. — Сегодня произошло какое-то чудо, очень неожиданное.

— Дима, когда мы тут тебя ждали, сказал, что вы готовитесь к экзаменам у себя дома. Там условия получше, и район не шумный... — начала мама.

— Последний учебный год дается нелегко, да? — перебил я её, обращаясь к Илье. — Мы не только у него готовимся.

Одноклассник уставился на меня, расширив глаза от удивления. Я понимал, насколько всё звучало абсурдно из моих уст. Но надеялся, что он додумается и сделает правильные выводы.

— Вообще да, — чуть ли не воскликнул он. — Готовимся. Да, только это...

— Только что? — напрягся отец, и я испугался, чуть не подавившись хлебным мякишем.

— Дима очень хорошо учится. Мы говорим ему, что не нужно так переживать, что он сдаст экзамен и без постоянной подготовки. Но он упрямо стоит на своём. Даже завидно становится его упорству.

— Ясно, — протянула мама, поглядывая на моё лицо. — Мы не сомневались, так ведь, дорогой? — Улыбнулась мужу, который явно остался доволен своим планом.

А я мысленно благодарил и преклонил колени перед другом, который не предал меня и поддержал в этой лжи.
 
У дверей, на выходе, когда я закрыл дверь и остался с ним наедине, Илья тихо посмеялся и похлопал меня по плечу. На моё спасибо он замолк, задумался, разглядывая моё напряжённое лицо, и ответил:

— Извини, но я так и не понял. Ты позвал меня, чтобы подтвердить перед своими родителями, что занимаешься с нами после уроков? — Пауза. — Но ты так не делаешь. — Ещё одна пауза. — И дома не учишься. — И снова пауза перед продолжением. — Тогда где, черт возьми, ты пропадаешь? Какие у тебя секреты от друзей? Может, наконец, расскажешь?

— Я тебе всё расскажу, но не сейчас.

— А когда ещё? Помнишь? Ты должен мне.

— Я же сказал, что всё расскажу, — повторил ему. — Но мне сейчас ещё кое-что нужно от тебя.

— Ну что ещё? — возмутился Илья. — Ты не Дора, а я не твой рюкзак. Попроси кого-нибудь ещё, ты и так мне свидание подорвал. Смотри, сколько пропущенных от Лоры, — показал он мне экран с уведомлениями о пропущенных.

— Пожалуйста, она сейчас ждет меня там.

— Кто она? — Удивился друг. — У тебя еще есть секреты? Я сейчас лопну от любопытства.

— Мила, её зовут Мила.

— Твоя девушка? — Усмехнулся Илья. — Господи, не могу в это поверить. Дима, ты удивил меня сегодня.

— Она не такая, как все. — Хотел донести до него мысль о её особенности, но он снова понял всё неправильно и усмехнулся.

— Ты не понял, — продолжил я объяснять. — Она слепая, не видит на оба глаза. Ты должен поехать в ту кофейню, куда её привезли, и сказать, что у меня возникли проблемы. И что поэтому я не смогу с ней увидеться. Понял меня?

— Понял, — ответил Илья, еле сдерживая смех. — Но я всё равно не понимаю, почему ты всё усложняешь. Позвони ей и скажи то, что хотел. Обязательно ехать туда? Да и что мне ей сказать? Сто пудов будет задавать вопросы. Как мне на них отвечать?

У меня нет её номера. Да и сомневаюсь, есть ли у неё вообще телефон. Поэтому просто сделай это. — Выдохнул я, не выдерживая напора. – Пожалуйста. Обещаю, завтра же вам всем всё расскажу. Просто сейчас у меня реально нет возможности что-то сделать самому.

— Хорошо, дружище. Я всё сделаю, — снова сдался он и заслужил этим пояснения за случившееся.

Я был готов всё рассказать, но только после того, как просплю эту ночь и переживу её.