Новогодние игрушки. Часть 5.
ЛОРА.
Я думала, что все мои приключения закончатся на том, что мы зажжем бенгальские огни и отправимся домой. Но как же я ошибалась. Мой взгляд замер на лице Климента, разочарованно глядящего в сторону двух знакомых нам одноклассников.
Ника и Давид стояли бок о бок и о чем-то мило беседовали. Ничего необычного для парочки, прогуливающейся после семейного ужина в новогоднюю ночь. Для проходящих мимо они не имели значения и были всего лишь очередными влюбленными. Но для Клима это было провальным аккордом в его хорошо отработанной музыке.
Не могла сказать, что понимала его чувства, но представляла, как именно он ощущал себя в этот неподдельный момент. Ребята стояли достаточно далеко от нас и не подозревали, что в нескольких метрах находился тот, кто оказался разбитым из-за увиденной картины.
— Скажи, какой же я неудачник? — хмуро спросил он, продолжая рассматривать Нику.
— Не скажу, — возразила я, скрещивая руки на груди. — Ну, хочешь уйти отсюда?
— Ты это специально делаешь? — наконец, посмотрел он на меня.
Я увидела его зелёные глаза, погружённые в мрачную темноту, в которых не было ничего, кроме пустоты и боли. Мне стало грустно, наблюдая, как он без эмоций начинает терять связь с окружающим миром.
— О чём ты? Я просто хочу домой.
— Не ври! — произнёс он строгим тоном в своём голосе. — Минуту назад ты хотела салют!
— Нет, я... — замешкалась, не зная, что ответить.
Тогда я поняла, что Климент имел в виду. Он не сказал этого вслух, но в мыслях винил меня. Ведь это я притащила его сюда, уговорила. Он не хотел, но я настояла. Если бы я знала, что Ника придёт сюда с Давидом, осталась бы дома есть оливье и смотреть поздравления президента.
— Что? Нечего сказать? — разозлился он, вымещая на меня свою злость.
Хорошо, я была готова на некоторое время принять его слова и выслушать их. В роли боксерской груши, молча сопроводить Климента до дома, чтобы он не натворил лишнего, тоже не была против. Но лишь ненадолго. Поэтому, не сводя с него глаз, уверенным шагом подошла навстречу.
— Ты действительно неудачник, Клим, — бросила я ему в лицо. — Ты думал, что Ника согласилась на одно свидание и сразу стала твоей? Нет, сейчас она может гулять и с тобой, и с Давидом! Чему удивляешься?!
— Ты права, — выдохнул он белый пар в холодный воздух. — Я погорячился. Нельзя было наезжать на тебя. Извини.
— Ты всё время извиняешься, — усмехнулась я, разглядывая его красные от мороза щеки.
— Я думал, тебе это нравится, — улыбнулся Климент, наглым образом сменив настроение.
В очередной раз убедилась, что Климент настоящий актер. Так менять лицо и его выражения умеет не каждый.
— Мне нравится, когда ты угощаешь меня вкусностями, — подмигнула я ему, намекая, что голодна.
— Я потратил на это все свои деньги. — Он достал из карманов куртки пачки с бенгальскими огнями.
Я взяла одну и вытащила спицу с порохом, чтобы зажечь первую. Пальцы мерзли и скользили по грубоватому серебристому колечку зажигалки, пока маленькое пламя не загорелось. Вскоре палочка в моей руке вспыхнула яркой искрой, разбрызгиваясь огненными капельками на наших куртках.
Я ощутила приятную волну в груди, как будто я была ребёнком и получала свой подарок от Деда Мороза. Моё настроение плавно перешло в праздничное. Глаза точно загорелись, отражая шипящие искры, которые быстро впитывали порох спиц.
— Ты так радуешься, будто впервые такое видишь, — фыркнул Клим, улыбаясь моей радости. — Есть уже не хочешь?
— Хочу! — возразила я, но тут же вспомнила о том, о чём он говорил до этого. — Но давай уже дома. Наши, наверное, заждались.
— Подожди! — остановил он меня, догоняя быстрым шагом. — Ты куда так спешишь?
— А ты хочешь остаться? Хочешь увидеться с Никой? — предположила я, прекрасно понимая, что нет.
Климент, пусть и старался держаться так, словно ничего не произошло, в его растерянности и взволнованности в жестах я видела иное. Он не хотел сталкиваться лицом к лицу с правдой, которая была заметна даже невооружённым взглядом. Ника больше склонялась к Давиду, и это было видно с самого начала их отношений.
— Нет, кажется, у меня есть для тебя что-то. – Умело увернулся от темы сосед, доставая из кармана куртки белый подарочный конверт.
— Ты хочешь поздравить меня? Неожиданно. — Рассмеялась я, когда увидела открытку с пожеланиями, хотя она была немного помятая.
Но вместо того, чтобы отдать мне это, он раскрыл конверт и показал горсть свежих грецких орешков. Снова меня переполнили приятные эмоции, захотелось подняться над землёй от легкости чувств. Даже стало немного стыдно радоваться перед лицом человека, которому пришлось пережить двойное разочарование за день.
—Спасибо, ответила я ему, подбирая несколько орешков. — Ты брал их...
— Для себя, — усмехнулся парень. — Ещё вечером, когда ездил за ёлкой. Но съесть забыл. Так что тебе повезло, — горделиво завершил он своё объяснение.
А я уж подумала, что это для меня. Ошибочка. Выражать предположение я не стала. Молча съели оставшиеся орехи и поехали домой.
Климент пару раз оглянулся. Наверное, он хотел увидеть Нику, но она всё ещё оставалась позади. Давид заставлял её улыбаться, и вместе они смотрелись хорошо. И, кажется, совсем скоро у них действительно могло всё наладиться. Но не в пользу Климента.
Я посмотрела на соседа в поездке домой. Сзади в такси было достаточно темно, чтобы он не заметил мой пристальный взгляд. Каждый из нас прислонился к своему окну, на которое налипал снег и ночь Нового года. Он наступил неожиданно. Я включила на смартфоне экран блокировки и увидела на нем уже первую минуту.
Салюты и фейерверки гремели над улицами, пробуждая спящих и призывая всех, от мала до велика, посмотреть на эту красоту. Из моего окна открывался невероятный вид. Но мысли о Клименте отвлекали меня, не давая возможности насладиться им.