Глава 46.
Весенний ветерок развевал его золотистые волосы. Этьен закрыл и открыл глаза, чувствуя, как на его голову падают теплые солнечные лучи.
Следуя за цветочным ароматом, который щекотал его нос, он повернулся и увидел огромный сад-лабиринт. Сад-лабиринт из изумрудных деревьев был одной из главных достопримечательностей особняка Экхартов.
Этьен неторопливо любовался садом, разделенным на треугольные и квадратные участки с кругом в центре. Было удивительно, как изумрудные деревья сверкали бледно-зеленым и ярко-золотым в лучах солнца.
– Сад очень красивый.
Этьен перевел взгляд в противоположную сторону, оторвавшись от прекрасного пейзажа. Ричард сидел напротив него за белоснежным столом. Он закрывал глаза руками и опустил голову.
– Ты так и будешь стоять?
Этьен медленно заговорил, глядя на Ричарда, который стыдился и прятал лицо.
– Мне просто очень стыдно.
Ричард тихо ответил, потирая лицо. Всего несколько минут назад его эмоции были очень сильными, и он сам не понял, как обнял Этьена.
Мало того, когда Этьен не отверг его и принял, он вел себя как трехлетний ребенок, закатывающий истерики.
Если бы дворецкий в этот момент не принес угощение, он бы так и остался стоять. Ричард почувствовал, как горят его щеки, и прикрыл рот рукой. Помимо смущения, это было неприятно еще и потому, что уголки его рта продолжали подниматься.
– Что тебя так смущает?
– Я вел себя как ребенок.
– В этом нет ничего нового.
Этьен усмехнулся. Хотя Ричард и хотел казаться Этьену взрослым, в его глазах Ричард был просто ребенком в большом теле.
Этьен смотрел на Ричарда с некоторым любопытством. После их встречи, когда он видел его только с аккуратно уложенными волосами и в форме, Ричард с распущенными волосами и в удобной одежде наконец-то выглядел на свой возраст. Это напомнило ему о былых временах.
Возможно, именно поэтому его сердце странно трепетало с самого начала. Этьен сделал глубокий вдох и выдох, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце.
– ...Почему ты так на меня смотришь?
– Почему?
– Нет, эм, не бери в голову.
Ричард запинался на каждом слове, словно не зная, что сказать. В его светло-голубых глазах, похожих на воду, явно читался смех.
– Кхм, кхм.
Ричард несколько раз откашлялся, чтобы скрыть смущение, охватившее его. Возможно, из-за того, что Этьен так долго не обращал на него внимания, в груди у него стало странно щекотно.
– Милорд.
Как только между ними установилась спокойная атмосфера, появился Альберт с подносом на колесиках. Он был приготовлен, когда Ричард и Этьен перешли из приемной в сад.
– Я принес свежий чай и десерты.
Альберт поставил перед Ричардом и Этьеном чашки с чаем, скрывая свое смущение.
Расставив тарелки с пирожными и печеньем, он изящным движением взял в руки чайник.
– Я налью вам чаю.
– У него приятный аромат. – прокомментировал Этьен, глядя на чашку с поднимающимся вверх кисло-сладким ароматом. Когда Этьен заговорил, и без того напряженные плечи Альберта напряглись еще сильнее.
– С-спасибо вам.
Альберт ответил с небольшой задержкой, его произношение было невнятным из-за того, что он не мог выговорить слова. Это было так не похоже на него, опытного дворецкого. Это показывало, насколько он был потрясен сложившейся ситуацией.
– Это чай из смеси фруктов, выращенных на территории семьи Экхарт. Если вам не нравится горячий, я могу сделать его холодным.
– Это прекрасно.
Этьен ответил, поднимая чашку с чаем. Он не стал указывать Альберту на его ошибки или поведение. Он понимал, почему Альберт так себя ведет.
Узнав, что тот, кого вы отчитывали за невоспитанность, думая, что это простой слуга, на самом деле был принцем, если только вы не были невероятно толстокожим, вы не могли не растеряться.
– Интересный вкус. Сладкий, но освежающий.
Этьен восхищенно воскликнул, попробовав чай. Только после этого лицо Альберта слегка прояснилось.
– Я рад, что это соответствует вашему вкусу. Хм... Ваше Высочество.
– Хмм?
– Я еще раз прошу прощения за свою грубость. Этот старик был слишком глуп, чтобы не узнать Ваше Высочество.
Альберт выпрямился и низко поклонился Этьену. Ранее, когда Альберт вернулся в приемную с угощением, он с удивлением обнаружил, что Ричард и Этьен обнимаются.
Затем, узнав, кто такой Этьен, он чуть не упал в обморок прямо на месте. Он не был так потрясен с тех пор, как услышал о несчастном случае с бывшим великим герцогом и его женой.
– Как главный дворецкий семьи Экхарт, я проявил неуместное любопытство. Пожалуйста, простите меня.
– Все в порядке. Здесь нечего прощать. Это я притворялся.
Этьен мягко обратился к Альберту, который извинялся перед ним. Опустив чашку, Этьен посмотрел на Альберта с легкой улыбкой.
– Я не собираюсь раздувать из этого проблему, так что можешь поднять голову.
– Спасибо. Тогда я пойду. Пожалуйста, наслаждайтесь беседой.
Услышав слова Этьена, Альберт почтительно склонил голову. Вопреки слухам о его вспыльчивости и чувствительности, принц был добр и милосерден. Он удалился, чувствуя огромное облегчение.
После того как Альберт исчез, Ричард, теперь более спокойный, чем прежде, встретился взглядом с Этьеном.
– Я также прошу прощения за грубость Альберта.
– Я же сказал, что все в порядке. Это я все устроил.
Этьен ответил, потягивая чай. Ричард приятно улыбнулся его словам. На мгновение очарованный его яркой улыбкой, Этьен поджал губы. Он не мог вспомнить, когда в последний раз так спокойно пил с ним чай.
«И что теперь?»
Этьен опустил глаза и стал вертеть в руках чашку, подбирая слова. Он не хотел нарушать царившую вокруг тишину.
Но он не мог этого избежать. Он не знал, когда еще сможет встретиться с Ричардом, если не сегодня. Это был его единственный шанс поговорить спокойно, не глядя в глаза Леоне.
Собравшись с духом, Этьен посмотрел прямо на Ричарда. Ему нужно было убедить Ричарда сегодня, несмотря ни на что, хотя бы для того, чтобы задать направление для дальнейших действий.
В конце концов, только если он решит стать императором, они смогут заложить основу для противостояния Леоне.
– Ричард.
– Да, хён-ним.
– Мне нужно кое-что тебе сказать.
Этьен, которому было трудно начать, облизнул языком пересохшую нижнюю губу. Возможно, из-за волнения у него засосало под ложечкой. Его щеки горели, как при лихорадке.
– Пожалуйста, продолжай.
Ричард посмотрел на Этьена с невозмутимым видом. Казалось, он догадывался, что собирается сказать Этьен.
– Я бы хотел закончить разговор, который мы не смогли завершить в прошлый раз... Ты уже решил?
– Ну что ж...
Ричард горько улыбнулся, когда его предсказание подтвердилось. Это была неприятная для него тема.
– Ты уже говорил это в прошлый раз. Какой смысл становиться императором, если я не буду рядом с тобой?
– Да, действительно. Я сказал, что уеду из столицы, отчасти потому, что хотел попутешествовать, но также и потому, что мое присутствие было бы для тебя политическим бременем.
Этьен упомянул о том, что не смог толком объяснить в тот день, и был удивлен реакцией Ричарда.
– Если я помогу тебе свергнуть матушку, люди будут указывать на меня как на нерадивого ребенка. И они будут думать, что я могу предать тебя в любой момент. Они будут сплетничать между собой, что тому, кто уже однажды предал свою семью, будет легко предать и во второй раз. Поэтому я подумал, что будет лучше держаться подальше, пока твое правление не стабилизируется. Но если ты хочешь, я просто останусь в столице. С тобой...
– Нет. Ты можешь продолжить свой путь.
– A?
– Ты сказал, что это была твоя давняя мечта. Как я могу помешать твоему счастью?
– Ричард...
– Я думал только о себе. Прости, что повел себя эгоистично.
Этьен непонимающе уставился на Ричарда, который извинялся перед ним. Его сердце бешено заколотилось. Если он это сказал, значит...
– Ты уже решил?
– Прежде чем принять решение, я хотел бы спросить кое о чем.
Ричард серьезно посмотрел на Этьена. Этьен сухо сглотнул, глядя на лицо Ричарда, на котором теперь не было и следа от улыбки.
– О чем?
– Если я стану императором, Ее Величество императрица неизбежно падет. Она никогда не станет вдовствующей императрицей. В худшем случае она может лишиться жизни. Ты готов и к этому?
– Да.
Этьен ответил без малейшего колебания. Если уж на то пошло, Ричард был удивлен его ответом. Он на мгновение потерял дар речи от спокойного поведения Этьена.
– Я же только что тебе сказал. Если я помогу тебе, на меня укажут как на нерадивого ребенка, предавшего своих родителей. Я рассматривал оба варианта будущегов: тот, в котором мать умрет от твоей руки, и тот, в котором ты потерпишь неудачу и умрешь от руки матери.
– Хен-ним.
– Это не импульсивное решение. Это результат гораздо более долгих раздумий, колебаний и страданий, чем ты мог бы подумать.
Глаза Ричарда потемнели при звуках голоса, наполненного давней болью и усталой покорностью. Он чувствовал, как тяжело Этьену давалось это решение.
– Как я не сын для матери... так и она не мать для меня. Мне потребовалось много времени, чтобы смириться с этим.
Этьен горько улыбнулся. Несмотря на то, что он знал об этом, он продолжал избегать этого вопроса до сих пор. Как он надеялся, что когда-нибудь император будет относиться к нему как к сыну, так и он думал, что если он станет наследным принцем и взойдет на трон, как того желала Леона, она может признать его своим ребенком.
Но это действительно была глупая надежда. Этьен снова осознал это, наблюдая за Леоной, которая скорее злилась, чем беспокоилась, когда он едва пришел в себя. Для нее он никогда не мог быть ребенком.
Поэтому Этьен решил сделать то же самое. Отказать ей так же, как Леона отказала ему.
Как только он принял это решение, на сердце у него стало удивительно легко, и все его долгие раздумья показались бессмысленными. Он не чувствовал ни вины, ни сожаления, ни грусти. Это было потому, что его разум и сердце были настолько измотаны, что он даже не мог испытывать такие эмоции.
– Так что тебе не о чем беспокоиться.
Закончив говорить, Этьен залпом выпил свой теплый чай. Возможно, из-за того, что он говорил больше обычного, у него пересохло в горле.
Несмотря на то, что он выпил весь чай, жажда не утихла, поэтому он взял чайник и наполнил свою пустую чашку.
– С тобой все в порядке?
Ричард, наблюдавший за тем, как Этьен наливает чай, осторожно спросил:
– Хм? Что?
Этьен перестал разливать чай и склонил голову набок, услышав вопрос Ричарда. Судя по выражению его лица, он не понимал, почему Ричард спрашивает об этом. Увидев это, Ричард нахмурил брови.
– Ха...
«Неужели он не понимает, каким несчастным он сейчас выглядит?»
Ричард вздохнул и плотно сжал губы. Если бы он сам этого не знал, то не стал бы создавать ненужных проблем. Но он был зол не на Этьена, а на императора и императрицу.
Какими бы несовершенными они ни были, родители все равно оставались родителями. Для ребенка родители были его первой встречей с миром. Как птенец, у которого есть мать, ребенок не мог не жаждать родительской любви. Этьен не был исключением.
Во время своего пребывания в императорском дворце Ричард несколько раз видел, как Этьен тайком вытирает слезы после того, как его ранили жестокие слова и поступки императора или императрицы. Он был свидетелем всего: как Этьен ворочался с боку на бок, не в силах уснуть из-за слез, которые все текли и текли, как он до поздней ночи занимался, подавляя свою печаль.
С точки зрения Ричарда, отношения между этими тремя людьми едва ли можно было назвать семейными. И отношения императора с Этьеном, и отношения императрицы с Этьеном были далеки от нормальных отношений между родителями и детьми, которые он знал.
Ненормальные отношения.
Хотя Ричард в то время был молод, он инстинктивно понимал, что император и императрица плохо обращаются с Этьеном.
В этих явно ненормальных отношениях Этьен был единственным, кто пытался создать семью. Ричард всегда с тревогой поддерживал Этьена, который боролся в одиночку.
В глазах Ричарда Этьен был подобен цветку, вот-вот готовому увянуть. Вот почему он не мог отвести от него глаз. Ричард боялся, что сердце Этьена разобьется прежде, чем оно успеет полностью расцвести.
К сожалению, положение Этьена постепенно ухудшалось. Император стал одержим Ричардом, а императрица еще больше давила на Этьена. Каждый раз Ричарду приходилось смотреть, как Этьен плачет.
– Ых...
– Хен-ним...
В детстве Этьен больше плакал, чем улыбался. В такие моменты Ричард беспокойно кружил вокруг Этьена.
– Не плачь.
– Ричи...
– Да, хён-ним. Я здесь.
Он хотел помочь сопротивляющемуся Этьену, но в тот момент Ричард был бессилен. Все, что мог сделать юный Ричард, это успокоить плачущего Этьена и крепко обнять его.
– Прости, хён-ним.
Затем Ричард извинился бы перед Этьеном, который уснул у него на руках, обессиленный от слез. В конце концов, он тоже был отчасти виноват в несчастье Этьена, как и император с императрицей.
«Я защищу тебя. Как только я стану сильнее... Я накажу всех, кто причинил тебе боль. Этти, мой Этьен. Я бы хотел, чтобы ты никогда больше не плакал».
Ричард прижался лбом к залитой слезами щеке Этьена и поклялся ему, что никогда не простит тех, кто причинил ему боль.
Вот почему он посвятил себя фехтованию. Ему нужна была сила, чтобы выйти из тени императора и защитить Этьена от императрицы. И теперь он в какой-то мере достиг своей цели.
Но не слишком ли поздно?
Глаза Ричарда потемнели, как ночное море, когда он посмотрел на Этьена. Он и раньше это чувствовал, но сегодняшний разговор подтвердил его догадку. Сердце Этьена было повреждено сильнее, чем он думал.
Конечно, это была хорошая новость, что Этьен подумывал о том, чтобы порвать с императрицей. Однако Ричард почувствовал тяжесть в груди, представив, каким должен был быть этот процесс, чтобы дойти до такого.
– Ричард?
Этьен нервно наблюдал за тем, как выражение лица Ричарда становилось все более мрачным. Только тогда Ричард оторвался от своих тяжелых мыслей и заставил себя улыбнуться.
– Ничего особенного. Я просто задумался на минутку.
– О чем ты думал с таким страшным лицом?
– Неужели у меня было такое плохое выражение лица?
– Немного?..
– Хм.
Ричард тихо хмыкнул в ответ на слова Этьена. Казалось, его эмоции неосознанно отразились на его лице.
– Кто-то может подумать, что ты собираешься на битву.
– Ха-ха. Что ж, это действительно требует такой решимости. Ведь это вопрос жизни и смерти. В любом случае, теперь я понимаю твою решимость.
Смех Ричарда стих, когда он посмотрел на Этьена серьезнее, чем обычно. Для Этьена императрица была абсолютным авторитетом. Он прожил всю свою жизнь под ее контролем. Этьен был как птица, которая не умеет летать в одиночку.
И все же теперь тот же самый Этьен говорил, что больше не имеет ничего общего с императрицей. Ричарду было больно думать о том, сколько боли и отчаяния, должно быть, испытал Этьен, чтобы дойти до того, что он отверг и предал ее.
Хотя внешне он старался казаться спокойным, его слегка дрожащий голос и запавшие глаза говорили о другом. Он страдал, отказываясь от собственной матери. По крайней мере, так это видел Ричард.
– Теперь я хочу поделиться с тобой своим решением.
Выражение лица Ричарда стало решительным. Этьен наблюдал за ним, тщательно подбирая слова и сглатывая сухую слюну. Даже после того, как он выпил чаю, во рту у него пересохло.
«Я слишком нервничаю?»
Этьен крепко сжал в руках чашку с чаем, чувствуя, как слегка дрожат его пальцы. Бадам, бадам, – эхом отдавалось в его ушах биение сердца. Он с тревогой допил остывший чай. Но жгучая жажда никуда не делась.
«Что это?»
Этьен слегка нахмурился, почувствовав жажду, которая не проходила даже после того, как он трижды опорожнил свою чашку. Что-то было не так с его телом.
– Ты, кажется, очень хочешь пить.
На лице Ричарда появилось озадаченное выражение, когда он увидел, что Этьен снова и снова залпом выпивает чай. Он никогда раньше не видел, чтобы Этьен так торопился пить чай.
– Мне немного жарко.
«Солнечный свет кажется жарче, чем ожидалось». – подумал Этьен, снимая пиджак. Жажда усиливалась.
– Жарко, ты говоришь?
Ричард слегка нахмурил брови, услышав слова Этьена. Сегодняшняя погода была скорее прохладной, чем жаркой. Если уж на то пошло, можно было бы почувствовать холод, но точно не жару.
– Ты плохо себя чувствуешь?
Ричард с беспокойством осматривал Этьена, ощущая прохладу на его коже. На бледных щеках Этьена появился легкий румянец. При виде этого у Ричарда упало сердце.
– Нет. Мне не плохо...
Голос Этьена затих, когда он опроверг слова Ричарда. Внезапно он замер. Его глаза наполнились ужасом, словно он что-то понял.
«Срань господня».
Этьен прикрыл рот рукой, осознав причину этой странной жажды. Ему казалось, что он может закричать, если не сделает этого.
– Хен-ним?
Ричард встревоженно окликнул его, увидев потрясенное выражение лица Этьена. Он не мог понять, почему Этьен вдруг так себя повел. Он беспокоился, что Этьен может снова упасть в обморок, как в прошлый раз.
– С тобой все в порядке? Может, вызвать врача?
– Нет, нет.
Этьен произнес слова, которые могли быть как ответом Ричарду, так и отрицанием собственного состояния. Он старался не паниковать, оценивая свое физическое состояние.
Постепенно нарастающий жар, нескончаемая жажда, дрожь в теле, словно от судорог, учащенное сердцебиение и ощущение, что внутри все намокло.
– Ax.
Из его слегка приоткрытых губ вырвался звук, похожий на вздох. Отрицать это было невозможно. Это явно были симптомы течки.
– Что происходит, хён-ним?
Что-то не так. Лицо Ричарда окаменело. Он инстинктивно почувствовал, что с Этьеном что-то не так.
Но он не мог подойти к нему без опаски. Ричард снова окликнул его, и в его голосе прозвучало беспокойство.
– Этьен хён-ним?
Этьен не мог ответить. Голос Ричарда звучал как отдаленный гул.
«Почему? Как?»
Этьен отчаянно пытался собраться с мыслями, пока его сознание угасало. С момента его последней течки прошло совсем немного времени. Хотя циклы могли быть нерегулярными, раньше они никогда не наступали так быстро.
«Что пошло не так? Из-за того, что я уменьшил дозировку? Из-за того, что я раньше контактировал с Ричардом?»
Этьен в замешательстве прикусил нижнюю губу. Сегодня он даже не почувствовал феромонов Ричарда. К тому же он принимал подавители. Даже при сниженной дозировке он принимал их регулярно, и его организм не был возбужден, так как же это могло...
– Я должен вернуться.
Этьен внезапно встал, пытаясь продолжить свои размышления. Его чашка выпала из рук.
Чашка громко разбилась, упав на мраморный пол. Этьен вздрогнул от этого звука. Дворецкий появился, услышав звон разбитой чашки.
– Хен-ним!
Ричард бросился к нему, пересек стол и схватил Этьена, чтобы проверить, нет ли у него травм.
– Ты ранен?
– П-прости...!
Этьен с испуганным видом извинился, прежде чем перевести дух. По мере того как расстояние между ним и Ричардом сокращалось, он чувствовал его запах. Его обостренное обоняние улавливало даже самые слабые феромоны.
«Нет!»
Этьен внутренне вскрикнул и резко стряхнул руку Ричарда, державшую его за предплечье. В тот момент, когда он почувствовал феромоны Ричарда, его тело нагрелось.
«Мне нужно сбежать».
Испуганный Этьен отступил назад. Желание, которое медленно разгоралось внутри, начало бушевать. Если он останется здесь еще ненадолго, то может потерять рассудок и наброситься на Ричарда.
– Я, я хочу вернуться. – сказал Этьен дрожащим голосом. От страха у него помутилось в голове. В ушах зазвенело.
Лицо Этьена исказилось, когда он почувствовал, как его феромоны усиливаются, стремясь к феромонам альфы. Его неконтролируемые феромоны вырывались наружу. Такими темпами Ричард узнает, что он омега.
«Нет, что угодно, только не это!»
Этьен, который нерешительно отступал назад, развернулся. Это был предел его терпения. Он сбежал от Ричарда.
– Подожди...!
Этьен не обратил внимания на панически зовущий его голос и побежал. У него не было времени думать о том, что он находится в резиденции великого герцога и не знает, как отсюда выбраться. Он думал только о том, что ему нужно сбежать отсюда прямо сейчас.
– Что за...
Ричард, оставшийся в одиночестве после внезапного ухода Этьена, пробормотал что-то с пустым выражением лица. Он был слишком потрясен, чтобы реагировать должным образом. Тем временем Этьен исчез в лабиринте сада. От него остался лишь слабый запах.
– Запах?
Ричард нахмурился, почувствовав цветочный аромат. Там, где исчез Этьен, остался странный запах. Это был аромат духов, которые он часто носил в последнее время.
«Нет, нет. Это не духи, это...»
Ричард яростно заморгал. Он растерянно посмотрел в ту сторону, куда исчез Этьен. Затем, словно приняв решение, он двинулся вперед. Ему нужно было догнать Этьена.