Похождения самурая по имени Ал

После своей третьей жизни я кое-что для себя осознал. Сколько бы я ни старался, сколько бы не вешал нос и стремился к цели, все равно меня настигнет неожиданная смерть, а за ней и непременная тьма.
В момент боя с так называемой ,,сестрой" моё сердце пронзило клинком; во время падения с горы Ёго мое тело и тело друга превратились в кровавые лепешки; в случае же смерти Ала, а то есть меня из первой жизни мне не было ничего известно, как и о гибели Кадзуси - бывшего носителя данного мне тела. Но вновь погибнув и открыв глаза в четвертый раз, я не попал ни в прошлое, ни в новый для себя мир. Я стоял в прежнем теле - теле Кадзуси, стоял в Тейвате - мире Геншина, но момент времени, в котором я очутился, не был мне знаком. Да что я все загадками да недосказанностями бросаюсь? Сами сейчас все поймете. И так, рассказываю...

Она была передо мной, превосходная девушка в длинном кимоно с узорами цветков сакуры. Она была идеальна, идеальна во всем, идеальная девушка, что обратила на меня внимание, девушка, что распустила тяжёлую косу и её длинные, роскошные волосы упали с плеч до самых пят. Прекрасная девушка всё время только и делала, что поправляла подол слегка мятой юбки, думая, что я не замечаю этого жеста во время её сольного танца. Она благодарила меня со слезами счастья на глазах, была единственной, кто это делал, ведь во всём огромном зале суда мы были лишь вдвоём.

- Прости меня, Кадзуси...

,,Кадзуси" - так меня когда-то звали.

- Прошу, братец, сохрани обо мне воспоминания. Как хорошие, так и плохие.

Был я этой девушке братом, но не мог вспомнить общего прошлого.

- Не скорби. Люби будущее.

Черная скорбь поглощала меня всего. Я купался в ней.

- Кадзуси, ты кукла. Ты так прекрасен, словно полевые цветы.

Плоды мои были политы нефтью с самого начала, но я ничего тебе не сказал.

Дождь обжигал мою кожу, ничего не спасало, человеческая кровь сестры на мраморном полу растекалась цветочными узорами. Она наконец стала человеком, обрела эмоции ценой собственной жизни. Но так ли эта жизнь была дорога, если только что моя сестра пожертвовала ею, дабы обрести истинные эмоции, как у человека, но лишь на мгновение по сравнению со всей жизнью? Такой как я попытался бы убедить ее не поступать столь отчаянно. Но представьте себя на месте моей сестры: вы счастливы? Каждый день она билась в агониях ,,ложных эмоций", свойственных поломанным куклам. Она ощущала гнев, тоску, скуку, одиночество... Наш Бог, наш Архонт, а также мать, решила, что будет правильным оставить собственную дочь - свое ,,лучшее" творение одну править страной. Прогнав меня, мама надеялась, что куклы, обладающие ,,истинными эмоциями", которые несут человеческие пороки внутри своего сердца, не будут больше существовать, а потому создала Сегун - мою сестру. Да, теперь я могу с точностью сказать, что она моя сестра. Только родной человек способен смотреть столь нежно и аккуратно, мягкой украдкою, даже во время предсмертного танца. Так и закончилась жизнь обыкновенной, но невообразимо прекрасной девушки в несколько сотен лет.

Не успел я опомниться как моя кукольная оболочка вся облезла от моросящего дождя.

- Эксперимент удался. - послышалось позади колонны зала суда.

- Да... Благодарю вас, доктор. Все прошло в точности так, как  вы и прогнозировали. - я прикоснулся кончиками пальцев к крови возле лежащего на холодном камне тела. - Она ушла без сожалений, а о большем мне и не стоило бы мечтать.

- Лучше отойдите от дыры в крыше, вы ранены, я вас подлатаю.

Я лишь молча кивнул.

Доктор в белых одеждах и с маской, скрывающей глаза, усадил меня на потрепанную колонну, что упала еще много лет тому назад. Он использовал неизвестные для обычного человека, а также лекаря мази. Разве возможно с легкостью сказать, какое лекарство способно вылечить искусственную ткань робота, выглядящего словно человек?

- Тогда... Что планируете делать дальше?

- Найду кое-кого.

- Не уж-то брата? 

- Он брат мне лишь по существу, прошу, не называйте его так. Мияно уже давно не тот человек, которого мы знали.

Доктор с жалостью взглянул на меня. Не то что бы его волновало мое состояние. Должно быть, для него я всего лишь очередной эксперимент, но не такой явный, как остальные. - Вы ведь скорбите. Люди обычно оплакивают близких, когда те умирают. И вам стоит.

- Нет. Я пока не могу, слишком много дел.

- Ах да... Я совсем совсем позабыл, что вы не человек... Я закончил. - мужчина закрутил крышки мазей и оставил их на колонне.

Возможно, слова доктора могли бы задеть кого-нибудь другого, но, став неживой куклой, я все еще помнил о своем прошлом, о своей самой первой жизни. 

- Спасибо вам, до скорых встреч.

- Да... Пускай однажды нас вновь сведет бездна... - доктор скрылся среди лесов и зеленых холмов. Встретимся ли мы вновь? Надеюсь, что нет. Так мы и разошлись.

Но лучше начать всё с самого начала, с начала четвертой жизни, после смерти от клинка Сегуна.
Однажды я вновь вернулся назад. Но это оказалось не прошлое, а будущее. Волей случая на момент попадания в новое время я лежал в захудалой гостинице. Выйдя наружу, я осознал, что более не нахожусь на родной земле.

- Это не Инадзума...

Думаю, вы уже давно насмотрелись на мою реакцию по поводу вечных перемещений, а потому скажу сразу без задержек: я оказался в другой стране, стране под названием ,,Сумеру". Место мудрости и ясности мысли, страна, где народ стремится к знаниям и пресекает еретиков, желающих осквернить дарованную мудрость народу их любезнейшим Архонтом. Вскоре я узнал, что после моей последней смерти прошло более семи лет. Оказавшись в новом месте, я растерялся, но сразу вспомнил об Алексе. Я стал ходить повсюду и расспрашивать о нем как ненормальный, но вскоре, чуть не разгромив овощной магазинчик из-за глупой драки из ничего с каким-то бродягой, я встретил молодого парня со свертком хлеба в руках, зашедшего, видимо, закупиться продуктами. Юноша среднего телосложения, горчичные волосы по плечи, собранные в тонкий низкий хвост, ткани красных и коричневых оттенков так подходили его глазам... Небесным глазам... На момент мне показалось, я увидел саму ясность красоты.

- О мой бог, кажется, мое сердце выпрыгнет! - воскликнул я, не подумав. 

Миловидный носик задергался и юноша заметил меня с рядом лежащим бродягой, только что избитым мною, потому что тот буянил в лавке. Моей вины нет, всего лишь насилие во благо.

Наши взгляды пересеклись. Одинаково небесные глаза.

- Брат? Что ты здесь делаешь? Ты ведь совсем недавно лег спать.

,,Брат"? Откуда этот красавец знает моё имя? Я с ним не знаком! И в смысле ,,недавно лёг спать"? Уже ведь утро!

- Брат? Почему ты молчишь? Плохо себя чувствуешь что ли? - юноша переложил свёрток хлеба в правую руку, бумага приятно захрустела, а левую ладонь юноша приложил к моему лбу. В тот самый момент, когда он немного обеспокоенно, но нежно проверял меня на жар, я понял: передо мной Алекс. В моей голове всё перевернулось. Попасть в будущее? Это невообразимо!

- Алекс..? - не веря в происходящее, я неуверенно прикоснулся к его руке.

- Да? Видимо, тебе и вправду нездоровится. Я ведь говорил, что ночные смены вредны, но ты меня не слушал! Пойдем-ка домой. - он схватил меня за руку и повел обратно в гостиницу.

Пока мы шли, я много размышлял. И самое первое, что пришло мне в голову это «ПОЧЕМУ МОЙ АЛЕКС БОЛЬШЕ НЕ ЗОВЁТ МЕНЯ ПАПОЙ????». Это и вправду ужасно...

А..?

Неспешные шаги Алекса отбивали ритм. Казалось, это мягкое постукивание повторяет удары моего сердца. Шум вывел меня из размышлений и я поднял взгляд с каменных дорог новой страны. Мир вокруг словно открылся для меня. Как только я сюда попал, то думал лишь об Алексе, даже не замечая всего Сумеру. Куча народу: матери, отцы, дети, ученики, рабочие, кузнецы, продавцы, мудрецы и множество людей разных ролей. Их дома, магазины, храмы - все отображало их веру, их Архонта, их мудрость. Молочно-белые сооружения с зелеными, словно трава узорами, напоминали жилища эльфов из сказок моего мира. Хотя Бог сумерцев сама является отчасти эльфом, так что, думаю, все правильно. В каждом уголке, на каждом переулке, на каждой улице обязательно росла какая-нибудь зелень, радующая глаз. Этот мир цвел красками цветов, сильно отличался от мрачных островов Инадзумы, вечно пугающих грозами и молниями. Если сравнить эти две страны, то возникнет чувство, словно Сумеру - это райский уголок на земле, а Инадзума - наказание божие. Возможно, так оно и есть, но в обеих странах проповедуется слепая вера, не смотря на возгласы мудрецов о великом знании.

- Аластр... Тебе стоит лечь спать.

Мы дошли до той самой дряхлой гостиницы, в которой я очнулся сегодня утром.

- Н-но..! - я слишком мало знаю.

- Брат!! - вдруг повысил тон тот. После он тяжко вздохнул, будто именно сейчас расскажет что-то ужасное. Но этого не случилось, мы лишь стояли в полной тишине один десяток секунд, а затем разошлись после его ,,Я обо всем позабочусь".