вечность в сердце

Анна закончила привычные перевязки, и споила очередной отвар. Ярость короля ушла, так словно её и не бывало. Балдуин лежал на её груди, гладил руки. А она его волосы. Зеленоглазая была безмерно счастлива, и рада таким спокойным моментам в их отношениях. Девушка наклонилась и поцеловала его в лоб, он в наслаждении прикрыл глаза, и в следующую секунду повернулся лицом к ней, так что она оказалась под ним.

—Твоё плечо Балдуин! Испуганно воскликнула Анна. —Тебе не больно?

Он отрицательно махнул головой.

—А твоя нога?

—Почти не чувствую боли. И девушка не наврала. Да порез безусловно был глубоким, но мази отлично с ним справлялись.

Юноша сладко произнёс:

—И я до сих пор не верю что у меня есть ты.

Наклоняется и целует её в губы. Уже не так нелепо как раньше. Уже с большей страстью, настойчивостью. Девушка приняла его с удовольствием. Когда он отстранился, она недовольно хмыкнула. Но король удивил, его губы опустились к её шее, и нежно и медленно целовали там. Резко забилось сердце, в комнате стало жарко. А в животе запорхали приятные бабочки, она была возбуждена. Девушка водила руками по голой спине парня, пока он обцеловавал её ключицы.

—К нам никто не зайдёт? Шёпотом спросила она.

—Кто посмеет?

Ответа не последовало. Анна притянула его к себе, и страстно поцеловала. Когда он прижался к ней всем телом, она почувствовала его член, в районе бедра. Он тут же отстранился, и в глазах его читался страх и неловкость.

—Прости, я...

—За что ты извиняешься? Перебила она. —Всё хорошо, я готова, и это естественная реакция, Балдуин.

—Я боюсь сделать тебе больно..

—Будь медленнее, и аккуратнее.

Он кивнул, и прошёлся губами по её шеи. Новая волна возбуждения накатила вновь. Это было приятно, и удивительно. Такие эмоции девушка испытывала первый раз. Она провела рукой по его торсу, он замычал от маленького удовольствия. И расстегнул пуговицы на её платице. Аккуратно провёл пальцами по груди, девушка не долго думая сняла бюстгальтер, открывая его взору женские прелести.

—Восхитительно..

Тихо проговорил он, и аккуратно поцеловал. Анна выгнулась на встречу новым ощущениям, а Балдуин окончательно осмелел, и принялся посасывать правую грудь. Оставляя красные пятна. Парень снял свой последний элемент одежды, и приставил член к её промежности. Нежно и аккуратно вошёл. Она невольно вздрогнула, и обхватила его ногами.

—Всё нормально? Обеспокоенно поинтересовался он.

—Да, продолжай.

Второй толчок был более чувствительным, девушка ахнула. А парень тяжело дышал ей в ухо.
Третий толчок, она почувствовала его полностью. Стон короля, возбудил ещё больше. Когда он стал двигаться быстрее, и без перерывов, она ощутила неописуемое удовольствие. Он смотрел в её глаза, наслаждение и похоть заслонили их.

—Ещё!

И он повиновался. Громкие шлепки их тел, и стоны возбуждения нарушали тишину комнаты. Когда оба были на пике, девушка ещё громче стонала, пошлые просьбы, его имя. Он двигался быстро, но старался аккуратно. Когда она поцеловала его в губы, он замычал от приятных ощущений, и Анна почувствовала что уже близко к экстазу. Два крайних толчка, и она изогнулась в удовольствии. Балдуин тяжело дыша всем телом навалился на неё.

—Это один из лучших дней, моей королевской жизни.

Прошептал он, и накрыл их одеялом.

***
Сибилла важно вышагивала по дворцу. Стражи кланялись перед ней, а вот обычный люд сегодня был сам не свой. Она ловила косые и даже ненавистные взгляды в свою сторону, когда проходила мимо. И это напрягало. Она не была королевой, но статус принцессы тоже говорил о многом. И разве смеют они, ненависто глядеть ей в глаза, и шептать в спину оскорбления? Когда мимо проходила старая служанка, она окликнула женщину.

—Ты чем то недовольна? Возмутилась брюнетка. —Говори как есть, а не смотри с ненавистью и не шепчи за спиной.

Старушка забегала глазами, но вскоре смирилась со своим положением.

—Ваше Высочество. В замке шепчут что ваш будущий муж, на убийство короля покушался! От того и люд недоволен.

Сибилла встала в ступор. Ги? Она не питала к нему особенно тёплых чувств, выбирала лишь из за статуса в обществе, но разве был он способен на такой опрометчивый и жестокий поступок?

—Свободна.

Единственное что произнесла она, и понеслась в покои её братца. Ярость, непонимание, и даже обида. Эти три эмоции полностью охватили её разум. Какого чёрта она узнает от служанки такие новости? Почему никто не сообщил ей сразу же как стало известно? Она шла туда с единственным желанием отвесить ему хороших подзатыльников, и плевать она хотела что он король. Для неё он в первую очередь брат.

—Велено никого не пускать.

Проговорили стражи, когда принцесса подлетела к его покоям.

—Ничего ли вы не перепутали? Я его сестра, а ну немедленно разошлись! Яростно проговорила девушка. Она кажется была на грани срыва. —Я сказала немедленно!

Двое здоровых лбов переглянулись и запустили разъярённую брюнетку. В его покоях как обычно было темно, пахло травами и лавандой. На столе идеальный порядок, и одинокие горящие свечи. Он сидел за столом, вертя в руках железную маску. Одежда на нём была простой, даже весьма необычный для него. Обычная белая майка, и лёгкие штаны.

—До..

—Почему я только сейчас узнаю от служанки, что на тебя напали? Когда это произошло? Почему я была не в курсе?!

—Невежливо, перед началом вопросов нужно было поздороваться. Ехидно улыбнулся он. —Может так у меня бы возникло желание дать на них ответ.

Сибилла сделала то, о чём мечтала. Она дала ему смачный, сестринский подзатыльник. Король удивлённо на неё глянул. Принцесса сложила руки на груди, и ждала ответа.

—Иногда ты заслуживаешь подзатыльника, или даже нескольких. Представь себя на моём месте, и ты был бы не в восторге.

Несколько секунд он помолчал, но потом решил поведать историю прошлой ночи.

—Ги Де Лузиньян организовал план убийства. Но не моего, а Анны. Они бы убили её, но я вовремя оказался рядом. Они хотели уничтожить её записи, где говорилось о том как лечить проказу. И убить её, а точнее сделать всё так, чтобы это выглядело как самоубийство. Они бы сожгли книгу, а я без должного лечения снова бы ослаб.

—Кто ещё замешан в этом?

—Тибо и Бахрам. Крестоносцы. Я ни капли не жалею что не дал согласие на брак сразу.

Она молчала. Резкое осознание того, с кем бы она жила, если бы Балдуин согласился сразу. И как она была ему благодарна, что он уберёг её от мерзавеца. Теперь в ней играла ненависть и отвращение.

—Твоё плечо. Это они? Кто из них?

—Тибо. Самый смелый и нахальный из них. У нас был с ним поединок, и если бы не Анна я бы проиграл.

—Твой первый настоящий поединок.

Улыбнулась девушка, но глаза её обеспокоенно осматривали тело брата, в поисках новой раны.

—Я не желал драться при таких обстоятельствах.

—Что с Анной? Всё нормально?

—Тибо порезал ей ногу. Она говорит не критично, но я переживаю.

В его голове пронеслись сцены, их страсти сегодня утром. Он сдержал порыв улыбнуться.

—Что ты будешь делать?

—Я хотел прилюдно казнить, но Анна против. Она предложила просто изгнание. Хотя я не против ещё один раз сломать нос Ги.

—Ты сломал ему нос?

—Нет, это сделал Тиберий. Я ему очень благодарен.

Они замолчали. Каждый ушёл в свои мысли. Всё происходящее в замке было похоже на выдуманную историю, но увы это оказалось правдой. Правдой в которой они жили.
Услышанное не укладывалось в голове, и девушка раз за разом прокручивала короткую, но информативную историю реальности брата. И всё ещё не верила, что могла потерять его этой ночи, и что могла потерять Анну, которая стала для неё больше чем просто лекарь.

***
Сегодня на главной площади стоял хаос. Народу было больше чем когда либо. Все собрались по приказу королевскому. Никто не был предвкушен, все примерно знали что будет этим вечером. Роскошный и величественный трон убрали, теперь место пустовало, но и без него король мог без труда оглядеть толпу.

Когда он вышел с главных дверей замка, гул и возгласы в миг прекратились.
Но следом за ним вышла девушка, разговоры возобновились. Она жалась к нему от любопытных взглядов, а он прикрывал её спиной. Следом вышли Тиберий вместе с Годфри, и крестоносцы, что вели трёх пленников. В кандалах, и с мешками на голове.

—Добрый вечер, народ! Воскликнул король. —Я собрал вас всех, чтобы вы узнали, какие люди жили с нами в одном замке, спали в этих стенах и делили хлеб за столом. Они оказались предателями. А я не прощаю предательств. Сегодня я буду карать их лично, без помощи совета.

Люди зашептались между собой, с любопытством глядя на трёх пленных. От короля так и веяло стальной властью. Его фигура облачённая в дорогие ткани, величественно возвышалась над народом. Он снял железную маску с лица. Они не скрыли радости и удивление, когда их взору, предстал симпатичный юноша, без каких либо признаков проказы. В толпе Анна заметила, какими глазками на него смотрели Иерусалимовские девицы. Ревность.

—Убить хотели не меня. Но если они хотели причинить боль тому, кто мне дорог, это тоже считается предательством. Анна, имя прекрасной девушки, что посмели тронуть: Ги Де Лузиньян, Тибо и Бахрам. Король взял её за руку, и вывел к народу. —Она спасла мою жизнь! Избавила меня от проказы! Благодаря труду Анны, я снова могу жить без боли, могу взглянуть в зеркало без отвращения, участвовать в поединках!

По площади пронеслись аплодисменты. Девицы высокомерно поглядывали на девушку, но её это не волновало, ведь она знала что он не отпустит её руку, во чтобы это не стало. Балдуин приказал снять мешки с парней.
Вид у всех был мягко говоря не очень, даже Тибо не выглядел таким наглым, каков был всегда. Бахрам прятал лицо в собственное плечо по которому текли слёзы, а Ги опустил голову вниз, на его носу была непонятная грязная тряпка, на которой виднелись капли крови. Их били в темницах, можно было судить по синякам на лице.

—Я признаю Анну, своей! И если кто-то позволит себе лишнего, или посмеет обидеть, вы будете жалеть что родились. Я уважаю свой народ, но если вы перестанете уважать меня, то я несомненно отплачу вам, вдвое хуже. Девушка под моей защитой, под королевским крылом.

Он улыбнулся ей, и сжал руку крепче. Балдуин перед всем народом признал её своей, выразил свою благодарность, и вполне понятно объяснил что будет, с тем кто её обидит. Этот момент будет очень ценным в её жизни. Она сохранит его в памяти, так словно он будет последней надеждой на счастье.

—Ги Де Лузиньян, Тибо и Бахрам. Вы изгнанны из замка, навсегда. Если вы попытаетесь вернуться обратно, вам немедленно отсекут голову. И если найдётся смельчак что решит им помогать.

Вся площадь замерла в напряжении от дальнейших действий короля, позволит уйти самим, или их выкинут стражи? Долго размышлять не пришлось. Крестоносцев взяли подмышки, и потащили к выходу под громкие ругательства народа.
Пленники не возражали, даже не вздрогнули когда стражи потащили их к выходу. Никто из них не проронил не слова. Прилюдное изгнание было хуже казни. Теперь их имена до конца жизни, были омрачены, и это было заслужено. Предателей не прощают.