Глава 8
На следующий день Лиза сидела за огромным столом в особняке Мюллера.
Свет из высоких окон ложился на полировку древесины, отражаясь в хрустальных бокалах .
Атмосфера была напряженная. Впервые за столько лет Лиза сидела за одним столом с отцом.
Во главе стола , как всегда, был её отец — Князь, спокойный и уверенный, с привычной сдержанностью в движениях и взгляде.
По правую руку от него — Стас, известный всем как Чугун.
Стас был высокий, статный мужчина лет тридцати, с широкими плечами и плотной фигурой, которая сразу внушала уважение. Его движения медленные, уверенные, но в них чувствовалась сдержанная энергия — он был тем, кто привык держать ситуацию под контролем.
Лицо овальное, с чёткими чертами, глаза серые и внимательные. Волосы темные, короткие.
Слева от Князя через место сидел Кедр, немного напряжённый, взгляд его периодически скользил на Лизу .
Напротив отца — Ворон, спокойный и наблюдательный.
Лиза села со стороны Чугуна, оценивая каждого за столом и саму расстановку фигур.
Завтрак проходил в тишине: аромат свежего хлеба, кофе и яиц наполнял зал, но ни один звук не мог перебить напряжение, висевшее в воздухе.
В самый разгар завтрака в зал вошла блондинка лет двадцати пяти.
Она шла легко, почти паря, с улыбкой, которая сразу притягивала взгляды.
Волосы золотым сиянием ложились на плечи, платье подчёркивало её молодую фигуру, а движения были лёгкими, почти игривыми.
Лиза сразу же подняла взгляд на Кедра. Он молча опустил глаза, не произнеся ни слова.
Блондинка подошла к столу, её шаги звучали легко и бесшумно, будто она не входила в комнату, а появлялась на сцене. Она заняла место рядом с Князем и села так, словно это был её законный трон.
Лиза чуть поперхнулась — не от еды, а от внезапной, едва уловимой резкости в груди.
Её взгляд скользнул по блондинке.
Князь сохранял привычное спокойствие.
Лиза поняла , что эта блондинка принадлежала ее отцу. И в этот момент ей вдруг захотелось спросить вслух: когда же он собрался объяснить ей, почему после смерти матери, когда ей было тринадцать, вкусы у него изменились? Почему статная, дорогая женщина, была заменена на эту юную блондинку с розовыми губами, словно выброшенную из глянцевого журнала?
За столом повисло еще сильнее напряжение: тихие вздохи , звон столовых приборов об тарелки резали уши.
Чугун спокойно отламывал хлеб, его широкая фигура ничего не выдавала, кроме спокойной уверенности; взгляд Ворона был холоден и внимателен, он изучал не столько блондинку, сколько реакцию Лизы за столом. Кедр же опустил глаза и снова уставился в тарелку.
Лиза спокойно пододвинула стул ближе и, не отводя взгляда от отца, задала вопрос ровным голосом:
— Папа, ты не хочешь нас познакомить?
Князь на мгновение замер, после отпил слегка виски из стакана. Он нехотя выдохнул и кивнул.
— Лиза, познакомься с Ольгой. Ольга, это моя дочь, Лиза.
Ольга улыбнулась так, как умеют улыбаться те, кто многие годы привык к вниманию: легко, красиво, отточено.
Она подняла взгляд на Лизу , ее голос был теплым, немного певучим:
— Приятно познакомиться, Лиза. Отец много о тебе рассказывал. Я работаю певицей.
Лиза наигранно улыбнулась.
— Почему же ты раньше не рассказывал? А да точно, мы же с тобой не общались,— сказала Лиза смотря на отца . — Ты всегда все скрывал. Но теперь я здесь — и мне кажется, мне полагается знать, кто вошёл в наш дом и почему.
Она перевела взгляд на Ольгу и добавить с лёгкой иронией:
— Ты певица, говоришь? Интересно — джаз, поп, камерный репертуар? Или у тебя свой жанр: «любовь влиятельного покровителя»?
Ольга чуть покраснела, но улыбка не исчезла. В её ответе слышалась попытка шутки, словно она пыталась сыграть роль лёгкости, не желая вдаваться в детали:
— Я пою в основном эстраду, немного авторской песни. В ресторане "Метелица" — это был маленький концерт, мы просто разговорились...
— «Просто разговорились», — повторила Лиза, как цитату из плохо скрытой правды. — Хорошая формулировка. Звучит почти литературно. Как у Чехова: «всякий повод — дело случая», — сказала она.
Князь посмотрел на дочь с напряжением. Его голос стал тише.
— Лиза, не стоит драматизировать. Я взрослый человек, принимаю решения сам.
— Конечно, — сухо ответила Лиза. — Ты — взрослый. И потому я и спрашиваю: Когда твой вкус начал выбирать за тебя молодость вместо... скажем, достоинства?
Её слова звучали тонко и метко.
Ольга опустила взгляд на чашку, затем взглянула на Князя, как бы ожидая его защиты. Он молчал.
Лиза молча отставила вилку и поднялась со стола. Атмосфера за завтраком висела густой, напряжённой паутиной, но она не обращала на это внимания. Глаза её были холодны и ровны, голос — тихий, но с оттенком решимости:
— Аппетит пропал.
Она повернулась и спокойно направилась в коридор, оставляя за спиной блондинку, отца и всех остальных за столом.
***
Вечером, когда сумерки мягко опускались на особняк, Лиза решила выйти из своей комнаты и провести некоторое время в гостиной. Она взяла учебные материалы и устроилась на большом диване, расставив перед собой книги и конспекты. Уютная лампа отбрасывала мягкий свет, освещая страницы, но глаза Лизы то и дело скользили по комнате, отмечая всё вокруг.
Ольга почти пролетела мимо гостиной — быстрым шагом, будто боялась задержаться лишнюю секунду.
Лиза, не поднимаясь с дивана и не меняя позы, резко произнесла:
— Остановись.
Слова прозвучали чётко, ровно, без эмоций, но с явным приказом.
Ольга остановилась сразу. Не потому что хотела — потому что в тоне не было просьбы. Она обернулась.
— Да? — осторожно сказала она.
Лиза сидела на диване расслабленно, но в этой расслабленности чувствовался контроль. Она медленно закрыла книгу и положила её рядом.
— Подойди, — сказала она. — Раз уж ты теперь в этом доме не гостья, то мне кажется нам стоит поговорить лично.
Ольга сглотнула и подошла ближе.
— Я тороплюсь, — сказала она.
— Я не планирую тебя задерживать на долго , лучше скажи мне, зачем ты здесь.
Ольга глубоко вздохнула, глаза её на миг потемнели, как будто за светлой оболочкой вскрылась нервная нить:
— Я... я действительно познакомилась с вашим отцом в «Метелице». Мы говорили о музыке, о работе.
— Я хочу знать: ты здесь по любви, по работе или по договору? Потому что от этого зависит, как я буду с тобой общаться,— сказала Лиза смотря на нее.
Ольга молчала.
— Начнём с простого, — продолжила Лиза. — Сколько тебе лет?
— Двадцать пять, — ответила Ольга.
— Мм, — протянула Лиза. — Молодо. Очень. Даже слишком для моего отца. Как давно ты с ним спишь?
Ольга побледнела.
— Лиза...
— Без театра, — резко перебила та. — Я задала прямой вопрос. Я не повышаю голос — значит, у тебя есть шанс ответить спокойно.
— Четыре месяца, — сказала Ольга. — Примерно.
— Значит, не мимолётно, — кивнула Лиза.
— Я его люблю, — быстро сказала Ольга, словно защищаясь.
Лиза усмехнулась.
— Конечно любишь. Это обычно идёт в комплекте. Вопрос в другом: ты любишь его или его возможности?
— Его, — твёрдо сказала Ольга. — Он сложный, но настоящий. Я рядом с ним не чувствую себя пустым местом.
— Сколько?,— Произнесла Лиза.
— Что сколько?,— С непониманием посмотрела на Ольга.
— Сколько денег он тебе дает?
Ольга напряглась, но не отступила.
— Он помогает, — сказала она. — Квартира, машина, иногда деньги.
— «Иногда» — любимое слово людей, которым дают много, — усмехнулась Лиза.
— Я не живу за его счёт, — сказала Ольга. — Я пою, работаю.
— Прекрасно, — кивнула Лиза. — Значит, ты не просто красивая девушка при взрослом мужчине пенсионного возраста. Это плюс. Небольшой, но плюс.
Ольга посмотрела на неё внимательно.
— Ты не боишься так со мной говорить?,— Спросила Ольга оглядевшись по сторонам замечая как охранник в дальней стороне коридора смотрит в их сторону.
— Нет, — спокойно ответила Лиза. — Это мой дом. Мой отец. И если в этом доме появилась женщина, я имею полное право знать, кто она и на каких условиях здесь находится.
Повисла пауза. Но теперь она была не напряжённой — выверенной
— Знаешь, — сказала Ольга, — в этом доме трудно дышать. Может... поговорим где-нибудь вне этих стен?
Лиза прищурилась.
— И что ты предлагаешь?
— Предлагаю клуб, — улыбнулась Ольга.
— Есть клуб, Лебедь. Там работает моя подруга. Тихо, спокойно. Без лишних ушей. Сегодня в десять.
Лиза медленно кивнула.
— Хорошо.
— Тогда договорились, — сказала Лиза и снова взяла книгу. — Можешь идти.
Ольга развернулась и пошла дальше по коридору.