Глава 1
4 июня
«Солнце пригревало всё сильнее, листва распускалась с фантастической быстротой, словно при ускоренной киносъемке, и я почувствовал знакомую с детства уверенность, что летом жизнь начинается заново».
Ф. Скотт Фицджеральд, Великий Гэтсби
Мне казалось, что это лето будет таким же, как предыдущие.
Всё всегда начиналось одинаково — с дороги, солнца и чувства, что жизнь наконец разрешили прожить по-настоящему.
Но с каждым шагом это ощущение становилось более хрупким. Будто я возвращалась не просто к морю и друзьям, а к вопросам, на которые раньше не приходилось отвечать.
Мне не терпелось поскорее засунуть школьную сумку подальше в шкаф и достать из глубины пыльного чердака жёлтый чемодан. Он ждал этого часа целый год, как и я.
Перепрыгнув через ступеньку, поднялась на крыльцо и бросила взгляд в сторону гаража. Папа копошился с машиной; лицо, обычно суровое от забот, смягчилось при виде меня. Отец спросил что-то, кажется, про школу, но слова затерялись в мыслях.
В голове крутился только один вопрос: «Будет ли он там?».
— А, что? — уставилась на него с глупой улыбкой.
— Ты в порядке?
— Всё хорошо, па. Я просто... немного устала после школы. — Рюкзак скользнул по плечу и плюхнулся на тёплые доски. — Собираешься куда-то?
— Меня вызвали на работу, милая. Завтра утром уеду. Прости.
Я вздохнула. Его слова звучали также привычно, как и прогноз погоды, который мама слушала, не пропуская, каждое утро.
Подняв рюкзак с крыльца, я вошла в дом. Мама как раз спускалась по лестнице с одной из сумок, в которую складывала пляжные полотенца.
— Как дела? — спросила она, остановившись на последней ступеньке. — Почему в твоей комнате такой бардак? Ты должна будешь убраться до вечера, иначе всё лето будешь помогать мне в саду.
— В смысле?
— В прямом. В Эдисто ты снова будешь бегать где попало. В этом году — нет.
Её взгляд, холодный и оценивающий — от него всегда хотелось стать аккуратнее, тише, правильнее. Она замечала всё: криво заправленную постель, пятнышко на одежде, книгу не на своём месте. Мама слишком серьёзно относилась к порядку. Брат называл её перфекционистом и бесился, когда она наведывалась к нему в комнату в самый неподходящий момент.
— Да уберусь я, ма-а-ам! — простонала я. — Мне всё равно нужно собирать вещи, беспорядок неизбежен.
— Ещё как избежен, Миранда.
Всегда ненавидела, когда мама называла меня полным именем. Сразу представляла, будто я какая-то ассистентка или секретарша, которая забыла что-то очень важное.
— Пообедай и иди к себе.
Кивнула машинально, хотя есть не собиралась, и пошла к лестнице. И, лишь зайдя в комнату, наконец выдохнула. Сквозь шторы сочился солнечный свет, ложась на стену неровными полосами, и, если бы не вид из окна, я бы подумала, что нахожусь в Эдисто. В воображении тут же возникли прогулки по песку у моря, нежные касания ласковых волн, накрывающих ноги прохладной водой, крики и пересмешки мальчишек вдалеке.
Эдисто-бич — наш рай, хранящий секреты многих летних каникул. Мне нравилось, что городок не так популярен у туристов, поэтому даже летом там довольно тихо и спокойно. Мой брат называл Эдисто деревней, потому что там всего несколько магазинов и парочка небольших отелей. Но именно в этом прелесть города.
Полежала на кровати несколько минут, прежде чем заставить себя встать и добраться до чердака. Спустив громоздкий чемодан вниз, прикатила его в комнату и распахнула. От него пахло солью, внутри даже остался песок с прошлого года. В боковых кармашках нащупала ракушки и камушки, которые каждое лето собирала на побережье; в самом большом отделении лежала голубая футболка. Не помню, что когда-либо покупала такую. Достав её и встряхнув, заметила надпись: «Edisto Island Yacht Club». Внутри щёлкнуло — так, будто случайно нащупала больное место.
Опасливо оглянувшись на дверь, словно кто-то мог увидеть, что у меня в руках, сжала ткань и вспомнила: это была футболка Криса...
23 августа,
прошлый год
Неделя августа выдалась серой и дождливой. Никак не получалось привыкнуть к такой погоде в Эдисто, хотя я проводила здесь каждое лето с рождения. Дожди казались неправильными, словно природа ошиблась месяцем. В такую погоду не хотелось ничего: ни гулять по пляжу, ни выбираться в город. Оставалось только сидеть дома и смотреть в окно. Лишь сегодня мне пришлось выйти на работу.
Вышла из гостиницы и хотела уже пойти домой, но моросящий дождь резко сменился на ливень. Зонтика с собой не было, а в этой маленькой гостинице и подавно. До дома всего десять минут пешком, но дороги успело размыть.
Пробираться по мокрому песку было трудно: лужи мешали идти, и приходилось всё время смотреть под ноги, чтобы ненароком не сломать себе чего-нибудь. Выйдя на Поинт-стрит, поначалу обрадовалась асфальту под ногами, но потом поняла, что легче не стало. Между пальцами кожу саднило из-за резиновых ремешков шлёпок.
Жжение усиливалось. На секунду остановилась, пытаясь стряхнуть с ног песок, и в этот момент сквозь пелену дождя заметила белый «Chevrolet» соседей.
— Что ты делаешь здесь в такой дождь? — голос Криса узнала сразу. — Залезай, подкину.
— Спасибо... — открыла дверь и запрыгнула на переднее сиденье. — Ты... домой?
Боже, Мира, это же очевидно...
— Ага, — сказал Крис слишком быстро.
Он казался каким-то расстроенным, смотрел, не моргая, прямо на дорогу и крепко, до вздувшихся вен, сжимал руль. На панели мигал экран телефона — чьё-то сообщение. Крис тут же швырнул его в бардачок, не читая, и резко нажал на газ. Но я успела увидеть имя, и внутри что-то крикнуло: «Не спрашивай!».
Мы ехали молча до самой Поинт-стрит. Свернув направо, мы оказались у прибрежных коттеджей. Через две минуты мы были бы уже у моего дома, но Крис резко остановился около пляжа.
— Возьми, — он протянул голубую футболку, мягкую и пахнущую чем-то свежим. — Вытри волосы и кожу, чтобы не простудиться.
— Не стоит. Я почти дома. Приму душ и всё будет в порядке, — попыталась отказаться, но Крис продолжал держать её у моего лица. Пришлось сдаться. — Спасибо, я верну завтра.
Он ничего не ответил, сдал назад и вновь повернул на Поинт-стрит. Через пару минут мы были уже у моего дома, ютившегося среди других, похожих на него коттеджей. Воздух здесь пах мокрым деревом и солью.
— Спасибо, что подвёз. Не знаю, как бы я добралась без тебя.
Взглянула на свои ноги. Резиновые ремешки сланцев натёрли кожу до жгучих мозолей.
— Как-нибудь бы добралась, — взгляд Криса задержался на моих ногах. — Обязательно обработай.
Кивнула, быстро выскочила из машины, накинув футболку на голову, как капюшон. Ткань быстро намокла, стала холодной и прилипла к голове.
Вечером постирала её, намереваясь вернуть Крису на следующий день. Но утром их подъездная дорожка была пуста, а двери заперты. Они уехали и даже не попрощались... Осталась только футболка, пахнущая морем и дождем, и горьковатое чувство незавершённости.
И самое странное — оно никуда не делось. Даже спустя год, когда я снова держала эту футболку в руках.