Глава 65.
– Тц.
Резкий щелчок языка Гарольда эхом отозвался в тишине. Юджин замер на месте, его лицо обесцвечивалось. Его широкие испуганные глаза встречались с глазами Гарольда, который ничего не сказал, когда поднимал руку и кричал пальцем, маня.
Этот маленький жест заставил Юджина захотеть плакать.
Но вместо того, чтобы убежать в слезах, он сделал неохотный шаг вперед.
Он ненавидел это, ненавидел, но ему больше некуда было идти. Был только один путь, один вариант: подчиниться Гарольду.
Перетаскивая ноги, Юджин медленно двинулся к нему. Гарольд остался в таком же положении, в каком был, протянул руку и пристально посмотрел на мальчика.
Сильно сглотнув, Юджин сгорбился плечами и подошел, прикрыв грудь одной рукой, а пах – другой. Чем ближе он приближался, тем тяжелее становился аромат воздуха, сладкий и удушающий.
Когда он наконец остановился в пределах досягаемости руки – достаточно близко, что его колени почти дотронулись Гарольда, улыбка распространилась по лицу пожилого мужчины. Он повернул руку и нежно погладил Юджина по талии, его голос был густым от похвалы.
– Хороший мальчик, Юджин. Такой послушный ребенок.
Юджин ответить не смог. Он просто стоял, дрожа. Прикосновение Гарольда было мягким, но от него кожа ползла. Не обеспокоенный ответом Юджина, Гарольд положил обе руки на талию и приблизил лицо к животу.
Он вдохнул его запах. Юджин сжал руки и крепко закрыл глаза, борясь с непреодолимым желанием оттолкнуть его. Гарольд еще раз, глубоко, несколько раз обнюхал, прежде чем заговорить.
– От тебя чудесно пахнет. Зреешь красиво.
По его словам, Гарольд прижал нос к коже Юджина и еще раз вдохнул, закрыв глаза, как будто смакуя прекрасное вино. Юджин, глубоко встревоженный, вздрогнул. О каком запахе он говорит? Это было его тело? Что-то было не так?
Как только паника раздулась, Гарольд заговорил снова, как будто читая мысли.
– Конечно, себя не понюхаешь. Ты никогда не был с мужчиной.
Он поднял глаза, довольный, его взгляд зацепился за взгляд Юджина. Даже с закрытыми глазами Юджин чувствовал, что может чувствовать этот взгляд. Когда он наконец поднял глаза, его встретили фиолетовые глаза. Дрожь, которая пробежала через него, была мгновенной.
Непоняв реакцию, Гарольд улыбнулся.
– Мои феромоны, должно быть, тебя напугали.
Запах в воздухе стал гуще, окружая его, как туман. Юджин хотел прикрыть нос, но его тело не двигалось – замороженное на на месте.
– Все в порядке. Не бойся. Тебе понравится.
Голос Гарольда был нежным, когда он гладил Юджина по голой руке.
– Когда ты чуть постарше, то будешь реагировать иначе. Жду с нетерпением.
Он тепло улыбнулся, глубокие гусиные лапки складывались ему в кожу. Невинность в выражении Юджина, эта невежественность безмерно порадовали его.
– Когда твой аромат достигнет своего пика... Я буду тем, кто тебя научит, лично.
При этом он снова наклонился, прислонившись к коже Юджина. Юджин стоял жестко, как статуя, сдерживая себя всем, что у него было.
– Спи хорошо сейчас.
Гарольд уговаривал его на ночь у входной двери, улыбаясь. Юджин, жесткий, как камень, только успел пробормотать,
– Вы тоже, мистер Кэмпбелл.
Все еще улыбаясь, Гарольд потянулся, чтобы погладить его по щеке, прежде чем повернуться и пойти к своей машине.
Юджин стоял там, наблюдая, как машина исчезла в ночи, а затем внезапно повернулся и побежал.
– Угх!..
Тошнота, которую он подавил, взорвалась сразу. Он упал на колени перед туалетом, сильно вздымаясь. Ничего не выходило, кроме горькой желчи, снова и снова.
– Хаа, хаа...
Ему потребовалось много времени, чтобы успокоиться. Он моргнул, задыхаясь. По его лицу потекли рефлекторные слезы, и он вытер их тыльной стороной руки. Визиты Гарольда всегда оставляли его разбитым. Он хотел рухнуть тогда и там, но не смог.
Весь дом пах феромонами Гарольда.
Он, шатаясь, встал на ноги и открыл все окна и двери, которые только мог найти. К счастью, сюда никто так и не пришел. Вот уже много лет единственным человеком, который его посетил, был Гарольд.
Как только окна были открыты, он направился прямо в ванную. Он яростно почистился, особенно в тех местах, к которым прикасался Гарольд. Его кожа всегда оставалась красной и сырой в течение нескольких дней после, но ему было все равно.
Когда он наконец закончил и надел пижаму, он закрыл все двери в доме, кроме окна у кровати. Аромат травы и деревьев всегда успокаивал его. Лежа в постели, подтягивая простыни к подбородку, он наконец позволил себе дышать.
Гарольд начал вести себя странно вскоре после выступления Юджина. Во время одного из визитов он зашел в пристройку и сразу же обнял Юджина, надавив на его тело носом и обнюхав его. Это был первый раз, когда они были так близко. Юджин, ошеломленный, просто замер.
Гарольд вдыхал глубоко снова и снова, как будто выпивая его. После долгого вздоха удовлетворения он заговорил.
– От тебя пахнет им. Ах... как я это пропустил.
Юджин не понял. Он даже не знал, кто такой "он". Но Гарольд вроде бы не хотел вопросов, поэтому промолчал. В конце концов Гарольд ушел, ухмыляясь до ушей. Тогда Юджин подумал хорошо
«Я сделал его счастливым».
И радовался.
После этого Гарольд приходил чаще. То, что раньше было посещением каждые несколько месяцев, становилось раз в месяц или два. Для Юджина эти визиты были всем. Каждый раз Гарольд сажал его на колени и вдыхал его аромат, как будто это был самый дорогой в мире человек, предположительно невосприимчивый к наркотикам, но опьяненный феромонами Юджина.
Примерно через год требования Гарольда изменились.
В первый раз, когда он сказал Юджину снять штаны, Юджин был шокирован и отказался. Но когда Гарольд внезапно остыл, глядя ужасающим взглядом, Юджин запаниковал и подчинился.
Гарольд похвалил его, улыбнувшись. Он даже извинился за то, что был страшным.
«Если бы ты просто слушал с самого начала, мне бы не пришлось быть резким» – сказал он.
С тех пор каждый визит означал снятие штанов. В конце концов Гарольд приказал ему это сделать, и он уже разделся, когда тот приехал. Юджин проплакал долго, но подчинился. Гарольд был всем, что у него было. Дом – это маленькое изолированное пространство, было всем его миром.
Несколько месяцев спустя ему пришлось снять рубашку. К концу года Юджин будет стоять там полностью обнаженным и ждать.
Все знали, что будет дальше.
Даже малыш мог догадаться.
Юджину не нужно было это представлять, страх уже был слишком велик, чтобы вынести. Примерно в это же время его начало рвать всякий раз, когда он знал, что Гарольд придет. Первый раз при нем его стошнило на штаны Гарольду. После этого он перестал есть в те дни, которые посетил Гарольд.
– Ты нездоров. Это меня беспокоит.
Гарольд говорил это, притворяясь обеспокоенным. Юджин продолжал расти, но так и не набрал вес. Это в сочетании с его недоеданием задержало "последний шаг."
Но причина была не только в этом. Более серьезной причиной было то, что Юджин еще не вошел в течку.
Альфы и омеги не выделяют феромоны, пока не начнутся их гоны или течки. Но иногда слабый запах просачивается рано, и Юджин был одним из таких случаев. С возрастом аромат углубился. Это был знак того, что приближается его первая течка.
Гарольд не возражал против ожидания.
На самом деле, он получал удовольствие. В тот момент, в конце концов, он придет. А когда бы это произошло, он взял бы тело Юджина, потому что именно к этому он все это время готовился.
Зачем ему еще держать его запертым в этом личном мире?
Никакой спешки. Вовсе нет.
Но для Юджина это было невыносимо.
Каждый день ощущался как обратный отсчет до разрушения.
«Мне нужно что-то придумать придумать» – думал он. – «Должен быть выход... что-то... кто-то...»
Бросаясь и поворачиваясь всю ночь, его внезапно осенила мысль.
«Может быть... может быть, этот человек послушает».
Он сидел прямо в постели, сердце колотилось.
«Да, он будет. Он должен. Почему я раньше об этом не подумал?»
В его груди расцвела хрупкая надежда.
Юджин отступил, сжимая простыни, и сердцебиение участилось. Ему нужен был сон, но он был слишком подавлен, чтобы успокоиться. После нескольких часов беспокойных метаний он наконец заснул.
И в кои-то веки не мечтал.