Глава 39.
– Папочка!
– Энджи, ангел мой!
В тот момент, когда они воссоединились, они оба обняли друг друга изо всех сил.
Несмотря на то, что у Юджина едва хватило сил дойти досюда, он ни за что не отпустил бы ребенка, которого держал на руках.
– Прости, Энджи. Тебе, должно быть, было так одиноко.
Когда он прижался щекой к ее щеке и спросил, Анджела храбро покачала головой.
– Кейн читал мне сказки и угощал вкусным печеньем. Я совсем не скучала.
Когда Юджину удалось поднять голову, Анджела заговорила убежденно:
– Я знала, что папа не бросит меня. Я верила, что ты вернешься. Хе-хе, – ребенок хихикнул и снова обнял Юджина. – Видишь? Ты пришел.
От ее слов у Юджина на глаза навернулись слезы. От одной мысли о том, как она, должно быть, волновалась, ожидая его в одиночестве в этом огромном доме, у него так сильно защемило сердце, что ему показалось, будто оно разорвется.
– Верно, Энджи. Папа никогда тебя не оставит.
Юджин выдавил из себя улыбку, глядя ей в лицо.
– Спасибо, что веришь в меня, Энджи. Моя прекрасная девочка.
Когда он нежно откинул ее челку, уверенность, озарившая ее лицо, начала исчезать. Увидев, как по ее щекам катятся крупные слезы, Юджин понял, что его дочь изо всех сил сдерживалась.
Конечно. Что может понять трехлетний ребенок?
– Прости меня, Энджи. За то, что оставил тебя одну.
Когда он от всего сердца извинился, Анджела вдруг разрыдалась. Юджин крепко обнял девочку, которая уткнулась ему в грудь, и, хотя он старался не плакать, по его щекам текли слезы.
Он совершил глупость. Что хорошего может выйти из чего-то подобного?
Грубо потерев глаза тыльной стороной ладони, он почувствовал сожаление. Только сейчас он осознал, что чуть не сделал прошлой ночью.
«Если бы со мной что-нибудь случилось, Энджи осталась бы совсем одна».
Неважно, как Уинстон его называл. Юджин все равно собирался покинуть это место. Он больше никогда его не увидит.
Так почему же он был так зол, так обижен?
Он переживал и похуже.
Поклявшись никогда больше не совершать ничего столь безрассудного, Юджин лег в постель вместе с ребенком. Все его тело болело, и усталость грозила поглотить его целиком, но он не мог умереть. Вместо этого он прижал к себе Анжелу и нежно погладил ее по щекам.
– Энджи, папе сейчас очень хочется спать... можно я посплю? Ты побудешь со мной, пока я не усну?
– М-м-м, конечно! Я помогу тебе уснуть. Давай.
Всхлипнув, девочка нежно погладила Юджина по руке.
– Мерцай, мерцай, маленькая звездочка...
Услышав, как Анджела поет колыбельную, тщательно выговаривая каждую ноту, Юджин мгновенно заснул. Как только она услышала тихое дыхание папы, Анджела продолжала поглаживать его по руке, пока не закончилась песня, затем прижалась к нему и уснула рядом.
«Кто он вообще такой?»
Вернувшись в особняк, Уинстон не мог выбросить это лицо из головы. Он опоздал на урок и получил выговор, но ему было все равно. Его разум был полностью заполнен мыслями о Юджине.
– Что с тобой не так? Опаздывать неприемлемо. Это невежливо.
Когда учитель ушел, мать отругала Уинстона, но он лишь извинился. Леди Кэмпбелл сочла такое поведение сына странным, но он ушел от ответа, сказав, что ему нужно попрактиковаться в игре на фортепиано.
«Юджин. Юджин».
Он перерыл весь интернет в поисках имени, которое назвал ему ангел. Ангела по имени Юджин не было. Поколебавшись, он даже поискал имена демонов, но, конечно, результат был тот же самый.
«Ни за что. Кто-то настолько красивый не мог быть человеком».
Даже лежа в постели, Уинстон не мог перестать думать об этом мальчике. Что бы он ни делал, мысли не покидали его. В конце концов, на следующий день он придумал план.
– Ты простудился.
Доктор Гербер, семейный врач, поставил диагноз, и его мать вздохнула громче, чем обычно.
– Простуда? Тогда что нам делать? Нужно ли его госпитализировать?
Как всегда, она слишком сильно беспокоилась. Доктор покачал головой и небрежно сказал:
– Ничего серьезного. Он поправится после дня отдыха. Я оставлю ему лекарство. Просто поспи. Сон – лучшее лекарство.
Натянув тяжелое одеяло до самого подбородка и тяжело дыша, Уинстон получил несколько легких инструкций от доктора Гербера, прежде чем тот встал и ушел. Леди Кэмпбелл неохотно кивнула.
– Хорошо, я отменю все сегодняшние занятия. Отдохни немного.
– Мне очень жаль, мама.
Он несколько раз нарочито кашлянул, и мать обеспокоенно посмотрела на него, прежде чем поцеловать в лоб.
– Все в порядке. Спи спокойно. Ни о чем не думай.
Она бросила на него последний нежный взгляд, прежде чем выйти из комнаты вместе с доктором. Она велела персоналу задернуть плотные шторы и закрыть окна, чтобы Уинстон мог поспать. Горничная выполнила приказ и даже выключила в комнате весь свет. Благодаря этому Уинстон остался один в полной темноте.
«Идеально».
Он подождал немного, чтобы убедиться, что в коридоре никого нет, а затем тихо выскользнул из постели. Приоткрыв дверь и выглянув наружу, он увидел, что коридор, как и ожидалось, был пуст.
Дальше все прошло гладко. Он избегал случайных встреч со слугами, пробираясь по особняку и в конце концов сбежав. Затем он направился прямиком в конюшню. Конюх, который в тот момент чистил стойла, удивленно подскочил при внезапном появлении Уинстона, но Уинстон оставался спокойным и собранным.
– Мне нужен Ланселот. Немедленно подготовь его.
Конюх выглядел растерянным, но быстро выполнил приказ. Уинстон одним плавным движением забрался на лошадь, достал приготовленные деньги и протянул их конюху.
– Это секрет. Это деньги за молчание.
Конюх, удивленный, не смог скрыть довольного выражения лица. Оставив его позади, Уинстон пришпорил лошадь и поскакал во весь опор.
Он хотел как можно скорее увидеть Юджина. Лицо, которое он так хотел увидеть всю ночь, вот и все, о чем он мог думать, пока ехал верхом.
«Будет ли там сегодня Юджин? Будет ли он ждать меня? Что, если он вернулся на небеса?»
Его переполняли пугающие мысли. Когда он наконец добрался до пристройки, Уинстон тяжело дышал, а его плечи вздымались.
– A?
Юджин, который сидел за чайным столиком у окна и читал книгу, вдруг почувствовал что-то странное. Он выглянул на улицу и был потрясен.
Вчерашний красивый мальчик снова был здесь – верхом на лошади, как и накануне. Это было настоящим потрясением. Он думал, что сегодня будет еще один скучный, однообразный день, что же происходит?
Вздрогнув, Юджин вскочил на ноги и уже собирался выбежать, но остановился у двери и вернулся к окну. Мальчик все еще был там. Потерев глаза, он убедился, что это не сон, а затем повторил то же самое еще два раза, прежде чем наконец заставил себя выйти на улицу.
Нежный звон колокольчиков мягко разносился по ветру. Уинстон постоял немного, погрузившись в раздумья. Вокруг пристройки не было ни единой тени.
«Может, он внутри».
Рядом с дверью висел маленький колокольчик. Если он позвонит, выйдет ли Юджин?
«Надеюсь, там не пусто».
Если это так, то Юджин действительно был ангелом и вернулся на небеса.
«Надеюсь, я ошибаюсь».
Уинстон подумал про себя. Он хотел увидеть его снова. Если Юджин вернулся на небеса, он никогда больше не сможет встретиться с ним, разве что умрет.
«Увижу ли я его снова, только когда стану стариком?..»
– Фу, ни за что.
Уинстон выругался вслух. Он приложил столько усилий, притворяясь больным и сбегая из дома, только для того, чтобы сидеть здесь на лошади и предаваться глупым мечтам. Сначала он должен был убедиться, что Юджин вообще здесь. Все остальное могло подождать.
Приняв решение, Уинстон спешился. Как только он ступил на клеверное поле, дверь пристройки внезапно открылась. В широко распахнутой двери появился ангел. Удивление на его лице медленно сменилось теплой улыбкой.
– Уинстон!
Ангел, раскрасневшись, просиял, когда назвал Уинстона по имени. Затем он изо всех сил бросился прямо в объятия Уинстона.