Глава 38.
Его живот был полон, и он не мог дышать. Уинстон, который был глубоко внутри него, удовлетворенно вздохнул в ответ на вопрос Юджина, который тяжело дышал и делал глубокие вдохи. Он перевел взгляд на него, который дрожал, даже не в силах закричать.
– Разве я когда-нибудь говорил, что дело в этом?
Вопрос, который он задал, был полон насмешки. Юджин заставил себя спросить, словно выдавливая из себя звук.
– Тогда, почему... Ах!
Не заботясь о том, что происходит с Юджином, он снова вышел из него. Вопрос превратился в крик, когда он резко вошел в него.
– Шшшш... – ласково успокаивал его Уинстон, пока он лежал, практически растянувшись на кровати. – Милый, дырка – это всего лишь дырка.
Уинстон продолжил, поглаживая Юджина по щеке.
– Я же говорил тебе, что ты ничем не отличаешься от мужчин-проституток, которых я купил на вечеринке с феромонами.
Тон был мягче и добрее, чем когда-либо, но содержание было совсем не таким. Юджин просто тупо уставился на его лицо и в конце концов сдался. Он начал проникать внутрь Юджина, который потерял желание сопротивляться и теперь лежал неподвижно.
«Ах, как и ожидалось».
Уинстон смутно вспомнил, что в его голове промелькнула мысль, которая быстро растворилась в удовольствии. Может ли быть другая дырочка, которая так идеально ему подходит? Внутренние стенки Юджина так нежно сжимали и втягивали его, словно были даром от Бога для Уинстона. Он не мог прийти в себя.
Через несколько раз его движения стали на удивление быстрыми. Последовательно раздавались звуки «шлеп-шлеп-шлеп». Все тело Юджина сильно затряслось, и он даже почувствовал сильное головокружение.
Ему ничего не оставалось, кроме как снова открыть глаза, потому что он отчетливо ощущал, как его гениталии трутся о живот.
Сдавленный стон вырвался из его плотно сжатых губ. Отверстие, в котором находился его член, сжалось само по себе от ощущения многократного трения глубоко внутри его тела. Уинстон сразу же отреагировал на внезапное сжатие.
– Черт возьми...!
Его движения внезапно прекратились с проклятием. Затем в Юджина снова хлынули новые потоки жидкости.
Юджин моргнул полуоткрытыми глазами, смутно ощущая, как внутри у него все сжимается. Эякуляция Уинстона была долгой, а количество спермы огромным. Всего после двух раз его и без того узкие внутренности наполнились, и он больше не мог терпеть.
«Неужели это действительно конец?..»
Юджин думал так же, но не был уверен. Дело в том, что член Уинстона еще не успокоился. Твердость и пульсирующая боль в животе, казалось, кричали о том, что этого недостаточно.
«Ни за что».
Именно тогда Юджин испуганно огляделся. Уинстон, который на мгновение задержал дыхание, поднял голову. Когда их взгляды встретились, Юджин невольно пожал плечами.
– Я, я... Теперь все кончено...?
«Пожалуйста».
Вместо ответа Уинстон посмотрел на Юджина, который, сам того не осознавая, почувствовал, что ему хочется умолять его. И Юджин увидел. Длинный, огромный член, который бесконечно выходил из него.
Но было кое-что еще, что по-настоящему шокировало. Он все еще был сильно набухшим и напряженным, заполняя поле зрения Юджина. На члене, пропитанном его собственной спермой, отчетливо виднелись выпуклые кровеносные сосуды, словно демонстрирующие его пульс.
Уинстон открыл рот, чтобы заговорить с Юджином, который забыл даже дышать и застыл на месте.
– Я думаю, нам нужно проделать это еще несколько раз.
Его голос был таким спокойным, но от этого Юджин испугался еще сильнее. Он закричал и отпрянул от протянутой к нему руки.
– Сколько раз? Сколько раз я должен это сделать? Сколько раз я должен это сделать, чтобы ты был доволен?
– Ну и что?
Уинстон склонил голову набок.
– Я не знаю.
– Есть такое понятие, как средний показатель!
Казалось, Юджин вот-вот расплачется.
«Неужели мне придется продолжать это делать, пока у меня не будет ребенка? Я не могу иметь детей. Тогда как долго? Сколько раз?»
Уинстон не ответил на его отчаянный крик. Он просто хмуро посмотрел на лицо Юджина, а затем внезапно схватил его за бедра и раздвинул их. Сперма, которой он только что кончил, потекла из-под Юджина, который кричал. Уинстон безучастно посмотрел на него и открыл рот, все еще хмурясь.
– Милый, ты должен хорошо себя вести. Это течет.
А потом он сразу же ввел свой член внутрь. Как будто пытаясь остановить вытекание спермы.
Но это было невозможно. Внутри Юджина уже все было заполнено, поэтому чем больше он двигался, тем больше спермы булькало у него в животе и вытекало из отверстия.
– Ax... ax... ax...
Уинстон просунул руку под шею Юджина и обнял его сзади. Уинстон двигался, лежа на боку, держась за одно бедро и вводя свой член, и из уст Юджин время от времени вырывались бессмысленные звуки.
Возможно, из-за того, что он дважды подряд кончил, на этот раз ему было не так легко. Несмотря на это, Уинстон не останавливался. Казалось, что он мастурбирует, заменяя руку внутри Юджина.
«Да, это то же самое, что мастурбация».
Уинстон задумался. Чем еще это могло быть? Как он мог так сильно желать это тело?
Нет, причина была в чем-то другом.
Уинстон крепко обнял худенькое тело. Юджин застонал в его объятиях, но он не мог его отпустить. Неужели в мире не найдется мужчины, который не влюбится в это тело? Конечно, нет. Это невозможно.
Внезапно ему вспомнились незнакомые мужчины, которые держали это тело. В конце списка бесчисленных безликих мужчин был его отец. Когда он представил, как тот держал Юджина, внутри Уинстона все закипело.
Внезапно звук дыхания Уинстона в его ухе показался ему другим, не таким, как раньше. Член внутри его живота тоже слегка изменился.
«Больно».
Юджин, рефлекторно исказивший лицо, замешкался и осторожно положил руку на живот. Вскоре он почувствовал сквозь тонкую кожу живота тяжесть чужого члена.
«Ни за что».
Однажды с ним уже было подобное. В тот день, когда у него так сильно болел живот, что казалось, будто он вот-вот разорвется. В тот день, когда он забеременел Анжелой...
– Ax!
Внезапно Уинстон изо всех сил обнял Юджина. Юджин едва мог дышать, поэтому смог лишь коротко ахнуть, что было почти восклицанием. Он почувствовал, как в животе у него заколотилось.
«Ни за что».
Юджин, едва вспомнивший забытое воспоминание, с трудом повернул голову, чтобы посмотреть Уинстону в лицо. Точнее, в глаза. Поскольку он не чувствовал запаха чрезвычайно сильного альфа-феромона, другого способа проверить не было.
– A.
Юджин, который едва мог разглядеть его глаза, молча вздохнул. Глаза Уинстона были полностью покрыты золотом. Это было не из-за гнева, как раньше. Это было по другой причине.
– Ай!
Уинстон, закончивший эякулировать в живот Юджина, заставил его снова лечь и начал трахать его сзади. Помимо механических движений, которые отличались от прежних, гениталии, застрявшие в его животе, плотно перекрывали проход изнутри, усиливая боль.
Гон.
Он был уверен в этом, даже увидев это один раз. У Уинстона начался Гон.
Но это было не похоже на обычный гон. Теперь Уинстон, казалось, был полностью без сознания. Его нынешнее поведение, когда он, казалось, двигался только инстинктивно, было таким же, как и тогда, но ситуация изменилась. Тогда была причина, по которой Уинстон не мог избавиться от феромонов. Вот почему он внезапно впал в гон, и все закончилось беспорядком, но сейчас разве не все по-другому?
Почему?
Разве он не ходил на феромонные вечеринки? Феромоны не могут накапливаться, потому что если бы они накапливались, то сводили бы с ума.
Именно тогда Юджин заметил подозрительные следы на руках Уинстона.
«Что это...?»
Он был сбит с толку, но на этом все.
Уинстон обнял его за талию, приподнял, и, лежа, как собака, Юджин принял его член.
И когда Уинстон снова излился ему в живот, Юджин в полубессознательном состоянии выглянул в окно и увидел, как восходит серое утреннее солнце.
Прошло целых четыре дня, прежде чем Юджину удалось сбежать от Уинстона, который был без сознания после гона.