Глава 44.
«Работает так поздно?»
Юджин был озадачен. Но если Уинстон не искал его после возвращения по этой причине, то в этом был смысл. Возможно, он просто был слишком занят работой, чтобы беспокоиться.
Крайне альфа-самцы не пьянеют и не становятся зависимыми. Говорят, что им нужно выпить абсурдное количество алкоголя, чтобы даже слегка опьянеть. Так что он никак не мог опьянеть от одной бутылки виски.
Это означало, что... все, что должно было произойти, должно было произойти с полностью ясным сознанием.
Юджин стиснул зубы и вздернул подбородок. Что еще могло пойти не так? Он уже слышал самые ужасные вещи.
Закрыв за собой дверь, Юджин собрал все свое мужество и сделал шаг вперед. Чем ближе он подходил к Уинстону, тем быстрее от тревожного страха колотилось его сердце, но он не останавливался.
А потом, среди своих тревожных мыслей, он вдруг заметил, что в комнате что-то изменилось. Он не обратил на это внимания прошлой ночью, но теперь увидел, что чего-то не хватает. Большая ваза, которая стояла на центральном столе в тот первый раз, когда его заманили в эту комнату, исчезла. Он смутно припоминал, что в какой-то момент слышал громкий грохот из-за закрытой двери... но подтвердить это было невозможно.
Стараясь не шуметь, Юджин подтащил стул к Уинстону и сел. Но Уинстон даже не поднял глаз, он был сосредоточен на планшете.
Тишина была оглушительной. Уинстон не подавал признаков жизни, и Юджин, чувствуя неловкость от этого напряжения, не решался нарушить его первым. Что хорошего будет, если этот мужчина откроет рот?
Но здесь Юджин оказался в невыгодном положении. Если бы у Уинстона что-то пошло не так, проиграл бы только он. Вспомнив лицо Анджелы, Юджин заставил себя собраться с духом и заговорить.
– Эм, спасибо, что выделил Энджи отдельную комнату...
Он хотел выразить благодарность, но Уинстон перебил его, даже не подняв головы.
– Подожди.
Юджин чуть не расхохотался от удивления. Он что, дрессирует собаку? Уинстон пытался его приручить или просто говорил, что он не лучше собаки? Юджин посмотрел на него обиженным взглядом, и наконец Уинстон заговорил.
– Мне нужно кое-что срочно закончить. Это займет всего минуту.
Его голос был совершенно спокоен. На лице тоже не было никаких изменений. И, осознав, что это не было какой-то мелочной, детской причиной, Юджин почувствовал легкий стыд.
«Не реагируй слишком остро. Ты уже решил, что пока просто будешь с ним соглашаться».
И все же нужно было кое-что сказать. Юджин сидел и ждал, решив позволить Уинстону закончить то, что он делал. Но время тянулось, и конца этому не было видно. Юджину пришлось несколько раз протереть глаза, чтобы не уснуть.
Еще один зевок подступил к его горлу, когда Уинстон наконец положил планшет на стол. Юджин выпрямился и подождал, пока Уинстон сделает еще один глоток, прежде чем заговорить.
– Я был бы признателен, если бы ты перестал обращаться со мной как с каким-то домашним питомцем.
Он вздрогнул, когда их взгляды встретились, но не подал виду и заставил себя закончить заготовленную фразу.
«Хорошо. Ты сказал это». – он мысленно похвалил себя пока Уинстон не ответил.
– Конечно, я не считаю тебя собакой.
Затем, прищурившись, Уинстон усмехнулся.
– Собаки преданны.
«В отличие от тебя».
Юджин слишком ясно слышал невысказанные слова. Уинстон обвинял его в предательстве. Что было задето: его гордость или его сердце? Юджин пылал яростью, но сдерживался.
– Спасибо, что выделил Энджи эту комнату. Она была очень рада.
Все, что он говорил и делал, было ради Анджелы. Повторяя это про себя, он заставил свой голос звучать спокойно. Уинстон поднял свой бокал с кривой улыбкой.
– Учитывая, что ты залезешь в постель с любым мусором, который найдешь, безопаснее держать ее там, где я ее вижу.
Терпение Юджина лопнуло. Он пытался сдержаться ради дочери, но Уинстон не давал ему этого сделать. Стиснув зубы, он изо всех сил старался говорить тихо, но все равно прошипел:
– С кем, по-твоему, я бы переспал? Это твой дом. Кто, черт возьми, осмелился бы что-то предпринять с твоим так называемым супругом?
Он дрожал, несмотря на все усилия. Уинстон нахмурился и усмехнулся.
– Кто знает. Но ты ведь не можешь жить без мужчин, правда?
Вот и все. Выдержка Юджина дала трещину. Глядя на Уинстона, он сплюнул сквозь стиснутые зубы.
– Прекрасно.
Его дыхание стало прерывистым. Уинстон, как будто разговор был окончен, налил себе еще. Наблюдая за ним, Юджин с горечью пробормотал:
– Делай, черт возьми, что хочешь, ублюдок.
Впервые в жизни Юджин сказал что-то настолько вульгарное вслух. Его сердце колотилось так, словно вот-вот выпрыгнет из груди от шока, вызванного его собственными словами. Рука Уинстона замерла на полпути к стакану, и он отвел взгляд.
Выражение его лица было непроницаемым, но реакция отличалась от прежней. В ней было что-то вроде удивления, может быть, даже искреннего потрясения. Сердце Юджина снова забилось быстрее, но уже по другой причине.
Вероятно, это был первый раз, когда кто-то осмелился назвать Уинстона Кэмпбелла ублюдком прямо в лицо.
Мгновение Уинстон просто смотрел на него. Затем, словно в замедленной съемке, он поставил свой бокал. Его взгляд не отрывался от лица Юджина. Уголки его губ начали приподниматься – конечно, это была не настоящая улыбка.
– Интересно. Продолжай.
Откинувшись на спинку стула, Уинстон жестом пригласил Юджина продолжить. Как будто его это действительно забавляло. Но Юджин уже потерял всякую смелость.
– Если ты будешь так со мной разговаривать, я отвечу тебе соответственно.
Он старался говорить спокойно, но его голос дрожал. Между ними повисла напряженная тишина. Уинстон просто смотрел на него, ничего не говоря. Юджин тоже молчал, потому что, честно говоря, не знал, что еще сказать. Что касается Уинстона, кто знает?
Затем Уинстон наконец заговорил.
– Похоже, ты закончил говорить. Тогда перейдем к делу?
Он встал первым, схватил Юджина за руку и поднял на ноги. Юджин испуганно вскрикнул. Уинстон тут же притянул его к себе и нежно прошептал:
– Пора завести ребенка, милый.
Лицо Юджина смертельно побледнело.
Уинстон коротко рассмеялся, увидев это выражение, но они оба знали, что на самом деле ему не смешно.
Не колеблясь, Уинстон поднял его на руки и понес к кровати. Комната, которая всего несколько минут назад казалась такой просторной, теперь казалась удушающе маленькой. В несколько шагов Уинстон дошел до кровати и с небрежной легкостью опустил Юджина на нее. Когда тело Юджина слегка отскочило от матраса, Уинстон забрался на него.
– Мм-ммф!
Он даже не успел увернуться, прежде чем их губы соприкоснулись. Язык Уинстона без колебаний проник в его приоткрытые губы, терзая его. Юджин зажмурился, пытаясь выдержать это.
«Думай об Энджи. Энджи. Моя дочь».
Руки Уинстона грубо сорвали с Юджина одежду, обнажив его за считаные секунды. На его коже все еще виднелись синяки и отметины от прошлых ночей. Уинстон остановился и уставился на обнаженное тело Юджина. Его дыхание участилось, Юджин слышал это. Большая рука схватила его за бедро и раздвинула его. Юджин инстинктивно сжал колени, но это не помогло. Его ноги без труда раздвинулись, и Уинстон устроился между ними. Юджин едва успел заметить, как расстегнулась его молния.
Он зажмурил глаза, напряг все мышцы, молясь, чтобы это поскорее закончилось.
– ...Юджин?
Уинстон вдруг произнес его имя. Не «шлюха». Не «потаскуха». Просто Юджин. Осознание тускло промелькнуло в его затуманенном сознании, но он не смог его удержать.
– Xa.. xa... xa...
Он резко хватал ртом воздух, который не попадал в легкие. Он не мог дышать. Хотя он и вдыхал, ему казалось, что он задыхается. Его лицо побледнело, и он схватился за горло обеими руками.
– Юджин, очнись! Юджин!
Уинстон кричал снова и снова, но Юджин не успокаивался. Его дыхание становилось только тяжелее.
– Юджин...!
Последнее, что он увидел, было пепельно-серое лицо Уинстона, а затем Юджин потерял сознание.