Глава 8.
– Вам что-нибудь нужно?
У Юджина не было другого выбора, кроме как сказать «нет» и отступить, потому что голос все еще был напряженным. Его лицо, закрывшее дверь, исказилось от разочарования. При таком раскладе было бы невозможно зайти в комнату дочери. Горничная, казалось, была готова стоять там всю ночь, охраняя дверь. Было неясно, кто отдал горничной этот приказ дворецкий или миссис Кэмпбелл, но намерения были ясны.
– Черт возьми!
Юджин выругался приглушенным голосом. Если бы Анджела услышала, она бы широко раскрыла глаза от удивления, но если бы он был с ребенком, он бы не выругался.
Он хотел выбежать и сразу же оказаться рядом с дочерью, но ноги не слушались его. Может, они этого и хотели. Юджин кусал ногти и беспокойно расхаживал по комнате. Если бы его вытащили из особняка даже по малейшему поводу, ситуация ухудшилась бы. Он прекрасно понимал, что у него есть только один выбор. Когда к нему вернулись воспоминания, которые он едва успел забыть, все его тело задрожало против его воли. Люди, которые презирали его, хватали за руки и ноги со всех сторон, насильно вытаскивали из особняка и выбрасывали на улицу.
Даже фиолетовые глаза, которые полностью почернели от гнева и презрения к нему.
Потрясенный воспоминаниями, которые вернулись так ярко, словно это случилось только вчера, Юджин закрыл глаза и попытался не обращать внимания на страх, который снова охватил его.
«У меня нет другого выбора, кроме как сделать, как ты говоришь».
Он был в ярости от собственной беспомощности, но реальность была сурова. Мимолетное чувство победы, которое он испытал мгновение назад, полностью исчезло, когда он снова потерпел поражение от их тактики.
«Как и ожидалось, я...»
Он быстро покачал головой, отгоняя охватившую его на мгновение беспомощность.
«Очнись, сейчас не время впадать в отчаяние».
Он выругался про себя и заставил себя подумать о лице ребенка.
«Я могу встретиться с ней утром. Все, что они могут делать, это ребячиться. Они все равно хотят заполучить меня, так что они не причинят вреда Анджеле».
Юджин утешил себя таким образом и обернулся. Только тогда он увидел обстановку в комнате и остановился, не задумываясь.
Это была огромная и роскошная комната, несравнимая с той, которую он покинул, уложив ребенка спать. Просторный интерьер с отдельной гостиной был больше, чем весь дом, в котором Юджин жил с ребенком. Потолок был таким высоким, что ему приходилось задирать голову, чтобы посмотреть вверх, а стены спальни были увешаны огромными рамами с известными картинами. За большим стеклянным окном, занимавшим одну из стен спальни, виднелась широкая терраса с мраморным полом. На длинной террасе, примыкающей к гостиной, стояли круглый стол и стулья, так что, казалось, он мог в любое время пить чай и любоваться пейзажем внутри дома и широким открытым видом.
Было так странно, что они выделили такой роскошный номер для Юджина. Было ли это сделано намеренно?
«Моя дочь живет в таком убогом номере, а я живу в таком красивом номере, так что я должен чувствовать себя виноватым?»
Если это и было целью, то на этот раз она была достигнута. Оскорбления, которые он терпел до сих пор, никак не повлияли на него, но когда дело дошло до его дочери, все было по-другому.
Вернувшись в «Восторг», Юджин впервые почувствовал себя глубоко оскорбленным. Он вздохнул, словно неосознанно страдая, а затем на мгновение застыл на месте, прежде чем медленно сделать шаг. Когда он открыл стеклянную дверь, ведущую на террасу, и увидел представшую перед ним картину, из его уст вырвалось сожалеющее восклицание.
Насколько весело было бы позавтракать здесь с Анджелой?
Юджин, погрузившись в свои счастливые фантазии, на мгновение растерялся от тоски по дочери и чувства вины, но вскоре покачал головой. Скоро они уедут. Сейчас не время предаваться нелепым фантазиям. Он должен прийти в себя. Он понятия не имеет, что за мероприятие они приготовили для Юджина.
Юджин снова нахмурился и быстро снял с себя одежду.
«Нужно пока отдохнуть. Как только взойдет солнце, я пойду к Энджи в комнату. И я больше никогда не расстанусь со своей дочерью. Я не должен ослаблять бдительность до того дня, когда завещание будет обнародовано».
Он собрался с духом и прошел прямо в примыкающую ванную. Как он и ожидал, его плечи поникли при виде огромного пространства перед ним. Он поспешно включил душ, чувствуя прохладу, исходящую от комнаты, полностью отделанной мрамором.
После того, как он отрегулировал холодную и горячую воду, чтобы создать подходящую температуру, напряжение в его теле немного ослабло. Он вымыл все тело и волосы в удобной ванной и надел висевший там халат. Халат был до смешного большим, поэтому ему пришлось несколько раз подвернуть рукава, но он чувствовал себя прекрасно. Юджин быстро высушил волосы феном и вернулся в спальню.
Ο.
Тогда он понял, что ему не во что переодеться. Это была его вина, что он не взял с собой багаж, который оставил в комнате Анджелы. Он думал, что, естественно, вернется в ту комнату, но это было опрометчивое решение. Если бы он с самого начала планировал оставить его в этой комнате, то было бы естественно перенести его багаж, но такая услуга была доступна только для гостей этого дома.
Короче говоря, дворецкие и слуги «семьи Кэмпбелл» не могли бы проявить к Юджину такое внимание.
Но он не мог прямо сейчас позвонить кому-нибудь, чтобы ему принесли багаж. Он думал о том, чтобы надеть ту одежду, в которой был, но она была покрыта пылью, и когда он только что принял душ и собирался лечь спать, ему стало противно от мысли, что придется снова ее надевать.
Он ничего не мог поделать.
Кто-нибудь все равно разбудит его утром. Нужно будет сказать об этом потом и попросить принести его багаж. Как только он переоденется, он сможет пойти к Энджи. Он беспокоился, что на нем даже нет нижнего белья, но выбора не было. Юджин неохотно принял решение и забрался в постель в одном халате.
Он не мог не восхититься мягкостью простыней и матраса, которые оказались даже мягче, чем он себе представлял. Проползя по огромной кровати и устроившись в центре, он наконец вздохнул с облегчением и лег.
– Хаа, – как только он вздохнул, воцарилась тишина. Юджин почувствовал, как по спине пробежал холодок от этой тишины, в которой не было слышно даже обычного шума ветра. Он лежал неподвижно и крепко зажмурил глаза.
Даже его собственное дыхание казалось ему громким, поэтому он дышал как можно медленнее и тише. Он думал, что не сможет уснуть из-за беспокойства о ребенке и тревоги за будущее, но неожиданно вскоре погрузился в глубокий сон.
Во сне он лежал на кровати. Юджин был обнажен, как и мужчина, лежавший рядом с ним. Они оба, лежа лицом к лицу на большой кровати, все еще не могли прийти в себя после того, что только что пережили вместе. Увидев, что Юджин тяжело дышит с раскрасневшимся лицом, мужчина тоже сдерживал тяжелое дыхание и спросил:
– Было больно?
– Нет. – ответил Юджин.
– Ложь. – сказал он, но улыбнулся, как будто не злился на ответ Юджин. Юджин рассмеялся.
– Было немного больно. – признался Юджин тихим голосом.
– О. – мужчина нахмурил брови и погладил Юджина по щеке. – Прости, я такой глупый.
– Нет.
Юджин тихо взял его за руку, которая была такой большой, как у мужчины, и тихо прошептал:
– Я привыкну к этому.
Высказавшись, он понял, что сказал. Они оба широко раскрыли глаза от удивления, но их последующие реакции были совершенно разными. Лицо Юджина покраснело, а мужчина громко рассмеялся.
Юджин, который из-за стыда пытался поскорее встать с кровати, был обнят мужчиной сзади. Его крепкие руки обхватили стройное тело Юджина.
– Ты никуда не уйдешь.
Мужчина поцеловал Юджина в обнаженное плечо и заговорил с улыбкой в голосе.
– Теперь ты мой.
– Ты тоже. – тихо прошептал Юджин.
– Да, – мужчина ответил с улыбкой. – Я твой. Надолго, навсегда и навеки.
Их губы тут же встретились. Юджин с радостью ощутил, как мужчина снова наваливается на него. Он смутно помнил, что в его жизни вряд-ли когда-нибудь еще будет такое полное удовлетворение.
– Я люблю тебя.
Юджин прошептал. Мужчина улыбнулся и наклонил голову. Он прошептал, касаясь губами его губ.
– Мой....
Тяжелый, дребезжащий звук пробудил одну из сторон ее сознания. Тело Юджина, которое рефлекторно сжалось, запоздало застыло. Тяжелый воздух, который, казалось, придавливал все его тело, заставил его задыхаться. Она медленно приподнял веки, продолжая лежать неподвижно. Он слышал только собственное испуганное дыхание. Темная комната была залита лунным светом, льющимся через большое окно. Сладкий сон исчез в одно мгновение, и мрачная реальность обрушилась на него.
Единственное, что не изменилось, это огромное мужское тело, навалившееся на Юджина.
Его лицо, освещенное мягким лунным светом, было темным, и его трудно было разглядеть. Но Юджин ясно видел, кто этот человек. Так же ясно, как холодный ствол пистолета, направленный на него. И Юджин понял, что это был за звук, который его разбудил.
Мужчина, который приставил дуло к виску Юджина и спустил курок, прошептал голосом сладким, как сахар:
– Давай, детка.
Уинстон Кэмпбелл.
Его фиолетовые глаза сверкали в темноте.
Юджин широко раскрыл глаза, побледнел и просто смотрел на мужчину из прошлого, которого так сильно любил.