Глава 1.
– Чей это ребенок?
Холодный голос без предупреждения резанул по ушам. Юджин вздрогнул, возвращаясь в реальность. Дуло пистолета по-прежнему было направлено на него. Как и ледяное лицо Уинстона, который смотрел на него сверху вниз, и презрение в его глазах ничуть не изменилось. Осознав, что он впал в какое-то нелепое заблуждение, Юджин на мгновение растерялся и не знал, что ответить. Пока он стоял, не в силах вымолвить ни слова, Уинстон ухмыльнулся, словно ожидал этого.
– Конечно, ты не можешь ответить.
Похожий на выдох смешок сорвался с его искривленных губ.
– Такая грязная шлюха, как ты, даже не догадывается, кто отец.
Ему показалось, что что-то острое вонзилось ему прямо в сердце. Юджин мог только смотреть на Уинстона, его лицо побелело.
«Это ты».
Он открыл рот, чтобы заговорить, но не издал ни звука. Его искренность угасла, затерявшись в запертом горле.
«Это ты, Уинстон».
Все еще потрясенный и неспособный говорить, Юджин услышал насмешливый тон Уинстона, который ухмыльнулся и сказал:
– Детка, никто не знает, какая ты грязная шлюха, лучше меня.
– Кхе, кхе.
От резкого кашля его тело содрогнулось. Адвокат молча стоял с прямой спиной, не выказывая никаких эмоций.
– Хаа, хаа, – мужчина хрипло дышал, сгорбившись от усталости. Вокруг него витал сладкий запах феромонов. Именно этот запах вознес его на эту должность, дал ему все, кроме того, чего он хотел больше всего.
Этот запах больше не был пьянящим или сильным. Теперь он лишь слегка ощущался, напоминая о своем присутствии. Он напоминал запах смерти. Мужчина, хрипло дыша, открыл рот и заговорил грубым и хриплым голосом.
– Не... намного дольше, верно?
Из его горла вырвался еще один влажный металлический хрип. Врач, стоявший у кровати, молча смотрел на него. Дождавшись, пока кашель утихнет, адвокат наконец заговорил.
– Ты готов?
В ответ на тихий вопрос мужчина еще дважды кашлянул, а затем медленно кивнул. Словно получив сигнал, врач задал ему несколько вопросов. Получив ответы, он повернулся к адвокату и заговорил.
– Мистер Кэмпбелл находится в полном сознании. Уровень его феромонов также ниже обычного.
У доминантных альф нередко наблюдались нарушения работы мозга из-за избытка феромонов. Но Гарольд Кэмпбелл, несмотря на ослабленное тело, сохранял ясность ума.
– Конечно. Я никогда в жизни не был так уверен.
Хозяин поместья ответил без колебаний, его голос был грубым, как скрежет железа. Адвокат и врач молча посмотрели на него. Гарольду Кэмпбеллу было чуть больше семидесяти. Но даже так у него оставалось не так много времени.
Учитывая черту «Доминантный Альфа» – более высокий иммунитет, замедленное старение, более продолжительную жизнь, его состояние было редким. Возможно, это была плата за то, что он был единственным в семье, кто родился с почти мутировавшей версией этой черты. Феромоны, которые управляли им на протяжении десятилетий, наконец-то склонились перед смертью. Впервые в жизни Гарольд почувствовал себя свободным. Вскоре он освободится и от своего больного, тяжелого тела.
Гарольд снова кашлянул. Адвокат, убедившись, что все, включая показания врача, записывается должным образом, открыл рот.
– Это завещание было составлено заранее в соответствии с инструкциями мистера Гарольда Кэмпбелла. Доктор Уилсон подтвердил, что мистер Кэмпбелл находится в здравом уме. Два других врача подтвердили его психическое состояние, и их заключения будут приложены к завещанию. А теперь, мистер Кэмпбелл, пожалуйста, прочтите завещание вслух.
Отбарабанив формальный текст как по писаному, изменив только имя клиента и несколько слов, адвокат передал заранее составленное завещание и отошел в сторону. Гарольд сделал вдох, заставил себя выпрямиться и откинулся на большие подушки, прежде чем едва слышно произнести:
– Я, Гарольд Кэмпбелл, пишу это завещание в здравом уме накануне своей смерти. Оно должно быть исполнено без ошибок под юридическим надзором адвоката Маккоя.
Он несколько раз кашлянул после длинного заявления, затем выровнял дыхание и продолжил читать.
– Камелии, которая разделила со мной свою жизнь, – ты подарила мне четверых детей, которые подобны сокровищам.
Удивительно ясным голосом Гарольд начал перечислять, что получит каждый из них. Его жена Камелия будет получать ежемесячное пособие в размере одного миллиона долларов до конца жизни, если только она не выйдет замуж. Его единственная дочь и старший ребенок, Кэтрин, получит десять миллионов долларов наличными и всех семейных лошадей. Старший сын, Гордон, также получит десять миллионов долларов, семейную виллу и землю в Малибу. Третий ребенок, Джейсон, будет получать ежемесячное пособие в размере ста тысяч долларов, но только в том случае, если он продолжит регулярно проходить лечение от зависимости. Если он прекратит лечение или у него случится рецидив, выплаты будут приостановлены до тех пор, пока он не будет выписан из специализированного учреждения после интенсивной терапии.
Он едва успел договорить до этого места, время от времени прерываясь на грубый кашель, а затем жестом попросил у врача воды. Только осушив стакан, Гарольд, хватая ртом воздух, продолжил.
– И за Уинстона, моего любимого младшего сына.
Сын, которого он любил больше всех. Тот, кто больше всех был на него похож. Самый выдающийся из всех его детей. Представив холодные фиолетовые глаза Уинстона – единственного, кто унаследовал его черты, – Гарольд заговорил дрожащим голосом.
– Тебе я оставляю...
Юджин возвращается.
Как только новость распространилась, в семье Кэмпбел начался хаос. Леди Кэтрин, которая часто падала в обморок без предупреждения, снова потеряла сознание ровно на 34 секунды. Ее муж Джордж уложил ее на диван и обмахивал платком, едва сдерживаясь, чтобы не выругаться, и бормоча только одно слово:
– Черт.
Камелия Кэмпбелл, всегда собранная и хладнокровная, сидела выпрямившись и казалась спокойной. Но в глубине души она мечтала просто упасть в обморок, как ее слишком чувствительная дочь, потому что чувствовала себя ужасно.
Дочь Кэтрин, Джорджина, сидела отдельно от остальных, потягивая чай и с большим интересом наблюдая за взрослыми. Как всегда в подобных ситуациях, дядя Гордон заговорил первым, повысив голос, чтобы привлечь к себе внимание.
– Какого черта этот жалкий ублюдок пришел сюда? После того, как он опозорил фамилию, теперь еще и это?
Леди Кэтрин драматически застонала с дивана и добавила:
– Этот мальчик позорит нас просто за то, что он существует.
«Настоящий позор, – подумала Джорджина, – это то, что дедушка в его возрасте привел домой любовника, намного младше себя».
Но она благоразумно оставила это при себе и спокойно потягивала чай. Она так давно не слышала имени Юджин, что даже не была уверена, прошло ли с его ухода пять или шесть лет. Тот чудак, который жил в пристройке. Вот и все, что она помнила. Позже ей сказали, что он был каким-то дальним родственником, настолько дальним, что это почти не имело значения. Но одно было точно: ни один человек в семье никогда не считал его своим. Все решили, что история с «дальним родственником» была одной из лжи Гарольда Кэмпбелла, чтобы сохранить лицо.
Правда заключалась в том, что он был тайным любовником Гарольда.
За все время его пребывания в поместье его ни разу не поприветствовали. Когда Юджин уезжал, вся семья устроила ему настоящую вечеринку.
И вот теперь он возвращался. Конечно, никто не был рад. Мусор, который едва успели убрать с глаз долой, теперь снова выползал наружу. Все испытывали одинаковое отвращение. Джорджина, наблюдая за тем, как взрослые скрывают свое отвращение, притворялась невинной и потягивала чай. Но Джордж, не в силах сдержать гнев перед своей дочерью-подростком, наконец взорвался.