Глава 29
Горячий зеленый чай с мелиссой и теплые дружеские объятья быстро помогли Еве успокоиться. Теперь она сидела на койке Криса и рассказывала парням о "прекрасно удавшейся" встрече с семьей. Иногда в глазах их вспыхивал недобрый огонек, и у обоих зрачки становились маслинно–черные.
– Эту Люсиль упечь бы за решетку, заслужила, серьезно, – изрек Крис под конец истории.
Все согласно покачали головами, но увы, это было невозможно.
Дверь палаты распахнулась, и внутрь зашла женщина молодых лет, с длинными блондинистыми волосами и большими, далеко не добрыми зелеными глазами. Хоть она и улыбалась во все 32, но положительных эмоций ни у кого не вызвала.
– Ты зачем пришла?, – сухо поинтересовался Шистад.
Он что, знает ее?
– Как это, Крис?, – защебетала она, – как я могу бросить своего сыночка? Я как только узнала, что ты здесь, то мгновенно примчалась, а Луизу, твою сестричку, оставила с няней. Привет, Вильям, привет, девочки. А как вас зовут?
На вид женщина казалось дружелюбной и заботливой, но что–то подсказывало Нуре, что она не такой уж и ангелочек, и похоже, она догадывается, кем она приходится Крису. Это его мачеха.
– Я Ева, его девушка, – представилась рыжеволосая.
– Нура, девушка Вильяма, – попыталась улыбнуться Сатре.
– О, как приятно!, – специально заставляя голос дрожать, говорила она, – Крис, почему я узнаю об этой милашке и ее подруге только сейчас?
– Ну хватит, надоела!, – вскипел он, – выходи отсюда, не то будет плохо!
В глазах мачехи Криса вспыхнуло недовольствие, но она быстро сменила его невинностью кота из "Шрека".
– Ты зачем со мной так разговариваешь? Я же хочу как лучше!
– Ни фига ты не хочешь, – презрительно бросил парень.
– Мы оставим вас одних, – сказал Вильям, поднялся с табурета и вывел девочек за дверь.
– Вильям, кто эта курица?, – спросила Ева приглушенным голосом.
– Жена его отца, ну, не мать, если вы понимаете. Ее зовут Лора.
– Меня от нее воротит, – откровенно призналась Нура.
– Даа уж, а представьте состояние Криса. Он же с ней под одной крышей живет и подумывает уже купить собственный дом.
Раздалось уверенное цоканье каблуков по кафелю, и появилась Лора. Но лицо ее уже было искажено гневом.
– Похоже, ты совсем не можешь совладать со своим парнем, Ева, – она сверху вниз оглядела девушку, – раз он позволяет повышать голос на меня.
– Это не его проблемы, – твердо отчеканила Мун, – а ваши. Можете уже не придуриваться, я и так знаю, что вы не подарок.
– Так, значит слушай, – она грубо взяла ее за запястье, Нура сдавленно ахнула, но была удержана Вильямом, – если хочешь занять мое место, скажу, что не получится. В наш дом ты ногу не поставишь и вниманием со стороны членов семьи не овладеешь, даже не жди. В том доме хозяйка – я, и никто более.
– А мне и не нужно туда ставить ногу. Мой парень купит нам отдельный дом, и мы будем там жить отдельно.
– Ну мы это еще посмотрим.
Она злорадно улыбнулась и зашагала прочь.
– Почему все люди – такое дерьмо?, – сказала Ева.
– Потому что это так, – вздохнула Нура, – пошли к Крису, ладно?
– Да.
* * *
Ужасы миновали. Криса выписали, а до выпускного оставалось всего три дня. Нура все время прокручивала в голове движения и положения тела, чтобы не запутаться и не забыть. Ребята решили сходить в торговый центр и выбрать платья и костюмы для столь знаменательного события.
Они разделились, так что получалось, что девочки выбирали себе, а парни – себе.
Естественно, девушки возились очень долго. Никакой вариант их не задел, им хотелось выглядеть на все сто, так, чтобы этот вечер надолго запомнился.
Но тут они наткнулись на витрину одного неприметного винтажного магазинчика. На деревянные манекены были надеты два платья: одно – черное, скромное, в пол. С красивыми бретельками и отделкой. Другое – изумрудное, коктейльное, длины миди, отделанное скромными стразами снизу. Глаза обеих сразу же заблестели при виде них.
– Это определенно наше.
Они поспешно ворвались в помещение. Над дверью звякнул колокольчик, и из–за стойки выглянула старая дама с доброй улыбкой.
– Здравствуйте, юные леди. Чем могу быть полезна?
– Нам... Нужны...
– ... Вот те платья, – дополняя друг друга, выговорили девушки, показывая пальцами на них.
– О, эти?, – женщина медленно зашагала к витрине и провела по черному платью рукой, – они – моя гордость, довольно много значат для меня. Но вам я их отдам, потому как даже и не сомневаюсь, что вы их сбережете.
Она принялась бережно снимать изумрудное платье с манекена, после чего подошла к Еве и протянула ей его, внимательно перед этим ее разглядев.
– Это платье вам, несомненно, подойдет. С вашими волосами и глазами это будет отменно смотреться. Теперь вы, – обратилась она к Нуре и отдала ей платье, – ваша фигура очень красивая, да и с красной помадой будет выглядеть очень благородно. Словом, вон примерочные.
Сломя голову, подруги побежали мерить.
Первая вышла Ева и шуточно продефелировала перед хозяйкой.
– Бесподобно.
А потом вышла Нура и скромно покружилась на месте. Глаза обеих заблестели.
– Ты прекрасна, Нура!, – сказала Мун.
– Спасибо.
– Ну так что, вы покупаете?, – поинтересовалась продавщица.
– Да!, – сказали они в один голос.
Девушки сидели в маленьком и уютно обустроенном подвальчике при магазине и пили чай с, как они уже узнали, миссис Эванз, старой вдовой, имеющей в жизни только этот магазинчик и сына, который живет в Болонии, Италии со своей семьей. Ее муж был пожарным и погиб, спасая девочку из горящего здания.
Также она угостила их отменным овсяным печеньем и рассказала много интересного.
А после этого их нашли парни, сообщив радостную новость, что тоже нашли себе одежду. Ну все, теперь дело за малым: записаться в салон и достойно станцевать в этот вечер.
Много раз поблагодарив миссис Эванз, они положили платья в пакеты и с радостной улыбкой вышли из центра.