Глава 8
Ари вышла из зала быстрым шагом, и едва успела сделать несколько шагов по коридору, как Хёнджун догнал её и схватил за руку. Он развернул девушку к себе — в его взгляде кипела ярость, смешанная с чем-то слишком личным.
Хёнджун:
— Ты думаешь, можешь играть мной сколько захочешь? Сколько ещё? Каждый раз заводишь меня, а потом уходишь, будто ничего не произошло.
Он отпустил её руку, но тут же притянул к себе, обхватив её за бёдра. Его голос стал низким, почти срывающимся:
Хёнджун:
— Ты даже не представляешь, как сильно я тебя хочу...
Она почувствовала, как в его теле нарастает напряжение. На долю секунды взгляд Луны стал холодным. Девушка аккуратно, но строго убрала его руки и подняла глаза.
— Хён... Хёнджун. Ты выбрал слишком плохое место, чтобы выяснять отношения.
Я сейчас работаю. Между нами может быть только работа.
Когда ты контракт подписывал — ты его чем читал?
Её слова ударили точнее пощёчины. Парень резко выдохнул и резко оглянулся по сторонам — наконец вспомнив о камерах. На его лице впервые появилась не злость, а настоящий страх.
Ари мягко, но сдержанно шагнула к нему, будто успокаивая. Легко обняла на секунду, а затем, подставив ладонь, создала видимость прощального жеста — специально для камер.
Ари (шёпотом):
— Камеры не пишут звук.
Если кто-то спросит — скажешь, что я была расстроена, а ты просто поднял мне настроение.
Дальше я разберусь сама.
Она улыбнулась так, будто ничего не случилось, и продолжила путь.
Спустя двадцать минут
Дверь квартиры хлопнула за её спиной, Ари сбросила каблуки и буквально рухнула на край кровати. Тёплое одеяло прижалось к её коже, будто обещая хотя бы несколько часов забвения.
— Два часа ночи... осталось четыре часа сна, да? Прекрасно.
С иронией закатив глаза, она уже тянулась выключить свет, когда телефон резко завибрировал.
— Кто там ещё в два ночи?.. Такой смелый...
Она взяла телефон — голосовое от Лоры.
Сердце Ари едва ощутимо дрогнуло.
Она нажала на воспроизведение.
Голос Лоры, сорванный, испуганный:
— Ари... АРИ. Меня куда-то везут... Мне страшно... их несколько... помоги... мне...
Последние слова утонули в каком-то глухом шуме и будто обрывались — как будто Лора выронила телефон или потеряла сознание.
Запись оборвалась.
Комната стала слишком тихой.
Дыхание Ари — слишком громким.
Сон исчез мгновенно, как будто его и не было.