Глава 3
Хёнджун сидел напротив, сосредоточенно пришивая оторвавшуюся пуговицу. Иголка плавно входила в ткань, стежок за стежком — аккуратно, почти бережно. Но после каждого стежка его взгляд неизменно поднимался к лицу Ари, будто он проверял не пуговицу, а её реакцию.
Ари позволила себе впервые за долгие полгода немного расслабиться. Она откинулась на спинку дивана, закрыла глаза и почувствовала удивительное ощущение — когда кто-то делает что-то для неё, а не наоборот.
Когда Хёнджун заметил, что она расслабилась, его взгляд задержался на её лице дольше, чем следовало: чёткие скулы, аккуратный нос, мягко очерченные губы... Он поймал себя на том, что смотрит слишком долго.
И именно в этот момент Ари чуть приоткрыла губы, чтобы глубже вдохнуть воздух — но вместо привычного дыхания ощутила тёплое прикосновение чужих губ к своим.
Поцелуй был неожиданным, коротким, но насыщенным — как вспышка между двумя проводами. Она ответила, не задумываясь, будто тело само нашло путь.
Но момент оборвался, когда парень чуть дернулся — иголка в его пальцах неприятно уколола кожу. Он резко выдохнул ей в губы и отстранился.
Ари открыла глаза. На его футболке проступило крошечное, едва заметное пятно — неопасная царапина, но достаточно, чтобы на миг зацепить её внимание. В её взгляде что-то блеснуло.
Она быстро взяла иглу из его руки, аккуратно завершила последний стежок и отложила всё на стол. А затем, прежде чем он понял её намерение, Ари уже сняла с него футболку, чтобы проверить ранку поближе.
По его торсу скользнула тонкая красноватая дорожка — след от неосторожного укола. Всего лишь капля, но в тишине комнаты она ощущалась слишком выразительно.
Ари приблизилась. Кончиками пальцев едва коснулась кожи рядом с царапиной, проверяя, не нужна ли обработка. Затем — почти машинально — провела губами по следу, словно желая убедиться, что всё в порядке.
Хёнджун застыл. Его взгляд мгновенно потемнел, а уголки губ медленно, почти лениво поползли вверх.
— Так ты теперь сама прикасаешься ко мне? — мягко усмехнулся он. — А ведь недавно смотрела на мою руку на своей талии, как на что-то запрещённое.
Ари подняла взгляд. Ни тени смущения.
— А ты всего минуту назад перешёл все возможные рамки, — так же тихо ответила она.
Она встала, застегнула блузку, умышленно оставив верхнюю пуговицу расстёгнутой. Этот жест Хёнджун заметил мгновенно.
— Напомню, — произнесла она ровно, — у нас вечером дружеская встреча с другими участниками. Дружеская. Я приведу девочек в семь. Подготовь своих ребят. И надень что-то официальное — вас будут фотографировать. Адрес пришлю.
Он слегка заморгал, как будто не ожидал такой холодной собранности после их почти что... столкновения.
Поэтому он, конечно, попытался спрятать растерянность за ухмылкой:
— А ты не хочешь мой номер? Чтобы не ползать потом перед моим менеджером в попытках его выбить?
Ари взяла сумочку, не оборачиваясь.
— Думаю, твой номер такой же легко достать, как и его владелеца. Если понадобится — я найду способ.
— Время покажет, кто перед кем будет ползать.
И, оставив эти слова висеть в воздухе, она вышла.
Когда Ари вернулась домой, её встретила привычная домашняя суета: кто-то готовил салат, кто-то дочитывал бессмысленный роман, кто-то сидел с маской на лице. Но стоило ей зайти — как все взгляды сразу поднялись.
— Мои прекрасные леди, — торжественно объявила она, — нет ли у вас желания составить мне компанию на вечеринке в доме группы «Затмение»?
Джени вскинула брови:
— Прекрасные леди?
Рокси приподнялась с дивана:
— На балу?
Молли округлила глаза:
— В доме парней?
Кетти тихо выдала:
— Что?..
Ари рассмеялась и обняла их всех, притягивая ближе.
— Девочки, всё просто. Нам нужно поднять репутацию — и сделать это красиво. Сегодня мы снимем дом, проведём мини-вечеринку, первые полтора часа сделаем совместные фото и видео, потом — два часа общения без камер. Атмосфера, дружелюбие, никаких скандалов.
Это была лучшая новость за долгое время.
Девочки вскочили и почти одновременно засуетились, каждый в свою сторону — кто подбирать одежду, кто делать макияж, кто проверять зарядку телефона.
Ари медленно оглядела квартиру и поднялась к себе, выбирая наряд — тот, в котором вечер обещал стать не просто «дружеским».