Часть 7 Обманчивый идеал
После мучительного, тянувшегося школьного дня, мы с Софией и Викой, наконец, вышли из здания академии, как путники, закончившие долгий и утомительный путь. Мы не спеша шли по улице, и я вздохнула с облегчением, ощущая, как напряжение медленно покидает мое тело.
— Девчонки, — сказала я, стараясь придать голосу непринужденность, — я сегодня опять иду гулять с Максимом.
— Опять? — протянула София, с притворным презрением, но в ее глазах промелькнула искорка любопытства. — Геля, знаешь, для "друга" вы слишком уж много времени проводите вместе. Скажи честно, он тебе всё-таки нравится?
— Я сама не знаю, вроде да, но... — я вздохнула, и этот вздох прозвучал как тихий протест, — но я не готова к отношениям, ты же знаешь, что мои родители никого не одобрят.
— Блин, фигово, — сказала София с грустью, ее плечи поникли. — Тогда расскажешь нам потом, что у вас там было на прогулке. Даже интересно.
— Да вы чего, — я слегка улыбнулась, стараясь отшутиться, — я всегда рассказываю вам всё о своих прогулках с кем-либо.
София легонько толкнула меня в плечо, ее глаза озорно блеснули.
— Ну мало ли, вдруг ты что-то от нас утаиваешь, — сказала она, подмигнув мне.
Мое сердце пропустило удар. Я отвела взгляд, ощущая, как меня пронзает чувство неловкости. Ведь она попала в точку. Я действительно умалчивала о своих "взаимоотношениях" с Всеволодом, и этот факт висел над моей головой как темная туча. "Я расскажу им, но не сейчас, а попозже", — подумала я, стараясь унять беспокойство.
Мы шли дальше, и я невольно заметила как ухмыляется Вика, но ее улыбка была какой то зловещей. "Что она задумала?" — подумала я, но решила не зацикливаться на этом.
София нежно обняла меня за плечи, и Вика, подхватив эстафету, присоединилась к нам. Так, втроем, мы и шли по улице, создавая уютный кокон из дружбы. Лишь подходя к зданию общежития, мы расцепились.
Зайдя в нашу комнату, я словно вихрь, в мгновение ока переоделась в свою повседневную одежду: джинсы и чёрный обтягивающий топ, который словно вторая кожа облегал мою фигуру. Я сбросила портфель на пол, и, предвкушая встречу с Максимом, выскочила из комнаты, как выпущенная из клетки птица. Волнение, словно назойливый комар, не давало мне покоя. Я предчувствовала, что что-то странное должно произойти, но что именно — не знала.
Я пришла в парк, где меня уже ждал Максим. Он сидел на скамейке, и его фигура в лучах заходящего солнца казалась силуэтом из прекрасной сказки. Собравшись с силами, словно перед прыжком с парашютом, я подошла к нему. От волнения мои руки сжимались в кулаки, а сердце билось в груди.
— Привет, — улыбнулась я, стараясь скрыть волнение, — не заждался?
— Привет! — Максим улыбнулся в ответ, его глаза засияли. — Нет, конечно, я пришел раньше, чтобы убедиться, что все готово к твоей прогулке со мной.
Мы обнялись, и от его прикосновения по моему телу пробежала приятная дрожь, словно от легкого электрического разряда. Я, стараясь казаться равнодушной, заметила, что на скамейке лежат белые розы, такие же нежные как его прикосновения, и мои любимые конфеты с карамелью. Я сделала вид, будто ничего не вижу, ожидая сюрприза.
— Кстати, я хотел тебе подарить... — он с торжественным видом протянул мне цветы и конфеты, словно волшебник, достающий сокровища из потайного ларца.
Мое сердце ликовало.
— Спасибо, Ма-а-акс, ты самый лучший! — я чмокнула его в щеку, на что он ответил смущенной улыбкой.
— Всегда пожалуйста, — пробормотал он, покраснев. — Я просто не мог не порадовать тебя.
Мы шли по парку, смеясь, обсуждая всё подряд, и я, с каждым его словом, чувствовала, как влюбляюсь в него всё сильнее. Его улыбка, его глаза, его отношение ко мне — всё это было для меня бесценным сокровищем, которое я боялась потерять.
Стало темнеть, и в парке включились фонари, отбрасывая на дорожки причудливые тени. От этого атмосфера между мной и Максимом стала ещё более романтичной. Воздух был пропитан сладковатым ароматом цветов и листьев.
— Ангелин, я хотел кое-что сказать... — Максим остановился, и его голос прозвучал как едва слышный шепот.
— Что такое? — сердце ухнуло вниз от тревожного предчувствия.
Меня пронзила мысль, что он собирается сказать что-то плохое, и от этого страх, как ледяная игла, вонзился в мое сердце.
— Ангелин, я люблю тебя, очень, — с искренней нежностью прошептал он, его глаза блестели в свете фонарей.
Я сначала словно оглохла, а потом меня, словно вспышкой молнии, озарило понимание. "Я очень рада, я действительно очень рада". Чтобы не говорить ему лишних слов, я хотела его поцеловать, предварительно положив его подарки на фонтан. Он бы понял, что это действительно взаимно.
Я нежно обхватила его шею, а он, словно почуяв мои намерения, крепко обхватил мою талию. Мы подошли к фонтану, и я, нисколько не сомневаясь, потянулась к его губам, предвкушая мой первый поцелуй. Я думала, о том, как он отреагирует на это.
Но сзади Максима я вдруг заметила...
Какого чёрта?! Что этот идиот тут делает?! — прокляла я его в своей голове, когда увидела причину моих проблем.
Почему он всегда всё портит?! Долбанный Богачёв!!! «Чтоб ты утопился в этом фонтане!», — пронеслось у меня в голове, словно ураган.
Я, как от огня, отпрянула от Максима. Я не хотела, чтобы Всеволод узнал о том, что у меня есть парень. Я боялась, что он начнет издеваться над Максимом, и мое сердце сжалось от страха.
— Что случилось? — растерянно спросил Максим, и в его глазах застыл вопрос.
— Там просто... — я вздохнула, понимая, что моё спокойствие только что кануло в лету, — тот самый идиот, который сломал мне скрипку... Пойдём отсюда, не хочу видеть его дебильную рожу.
Я увидела, как глаза Максима вспыхнули, словно раскалённые угли, и я впервые увидела его таким злым.
— Стой здесь, — с угрозой в голосе произнёс он, и в этот момент я поняла, что беды не миновать.
— Макс, ты с ума сошёл?! Не подходи к нему! Он явно не из робких, — крикнула я, пытаясь его остановить, но тщетно.
— Ангелина, я тоже не слабак, и тебя защитить смогу, — прорычал он, и его слова прозвучали как обещание.
Максим, словно хищник, почувствовавший добычу, направился к Богачёву. Всеволод, повернувшись к нам спиной, продолжал говорить по телефону. Максим резким движением развернул Богачёва к себе. И в тот момент, когда их взгляды встретились, глаза Максима расширились от удивления. «Что происходит? Они что, знакомы? Откуда?». Ведь у Максима другой класс и мы вообще в разных кабинетах учимся, — эти вопросы пронеслись у меня в голове, словно вихрь.
Максим, не говоря ни слова, со всей силой ударил Всеволода по лицу, да так сильно, что тот едва удержался на ногах, а телефон с глухим стуком упал на асфальт.
— Ты чё творишь?! — прорычал Всеволод, его лицо исказила ярость. — Тебе что, психушку надо вызвать?! Могу тебе устроить.
Всеволод, словно разъярённый зверь, не стал ждать, а тоже врезал Максиму, да так, что тот пошатнулся. «Ну вот, началось! Идиоты!» — промелькнуло у меня в голове, пока они сцепились в драке.
Они начали ожесточённую бойню. Люди вокруг, словно зрители в театре, остановились, и, как заворожённые, смотрели на их безобразное представление.
Они были словно два разъяренных зверя, готовых разорвать друг друга на части. Мое сердце колотилось в груди и, понимая, что их драка может закончиться трагедией, я бросилась к ним, как ураган.
Я подбежала и увидела, что Макс был снизу, а Всеволод нависал над ним, словно хищник над поверженной добычей.
— Ещё раз пристанешь к ней, и я тебя убью, — прошипел Макс, его голос был полон ярости.
— Да к кому?! Объясни, ты, ничтожный кусок дерьма! — прорычал Всеволод, его лицо исказила гримаса ненависти.
Взгляд Макса, словно молния, метнулся ко мне, и в тот же миг Всеволод резко повернул голову в мою сторону. Несколько секунд он молчал, словно поражённый громом, его глаза выражали изумление и недоверие.
— Заучка?! Ты знакома с ним? — произнес он ошеломлённо, словно не веря своим глазам.
Максим, не давая ему опомниться, с силой заткнул ему рот, и теперь уже он возвышался над Всеволодом. Богачёв, словно раненый зверь, начал отбиваться, его удары были сильными, но Макс, казалось, не чувствовал боли, он был словно несокрушимая стена.
— Прекратите немедленно!!! — прокричала я, срывая голос, — Вы оба ведете себя как неразумные дети, позорища!
На удивление, они, словно по волшебству, отпрянули друг от друга, послушавшись моего крика. Обменявшись взглядами, полными ненависти, они замерли в ожидании нового столкновения.
Максим, тяжело дыша, подошел ко мне, и я увидела, что его губа разбита, а кровь медленно стекает по подбородку.
— Макс! Губа! Это сильно больно? — спросила я, нежно касаясь его раны.
— Совсем чуть-чуть, — пробормотал он, стараясь казаться сильным, но в его голосе слышалась боль.
— Пойдем, я обработаю тебе рану, нужно зайти в аптеку, — сказала я, чувствуя, как во мне нарастает беспокойство.
***
И что это сейчас было? Это парень заучки? Смешно до колик. Как там говорят, "каждой твари по паре"? Но меня крайне удивил тот факт, что ее парень он.
Я провел рукой по щеке, которая пылала от удара, но боль была ничто по сравнению с тем, как досталось Максиму. "Спасибо, что не пропускаю тренировки в спортзале", — подумал я, сжав кулаки. Я достал с асфальта свой новенький "Айфон" последней модели и, прислонившись к фонтану, стал ждать придурка Сережу. "Ну где он опять шляется?"
Я, невольно окинув взглядом фонтан, заметил, что на бортике лежат белые розы и коробка шоколадных конфет. На конфетах была надпись, как насмешка: «Моей любимой Ангелине Т.». Я ухмыльнулся, прекрасно понимая, кому предназначалось это.
— Лучше бы звучало «Моей любимой заучке», — прошептал я, словно отвечая самому себе. — Зря ты связалась с ним, Ангелина Тунцова.
С этими словами я сорвал розу и, сжав ее стебелек в руке, почувствовал невольное удовлетворение. Когда я это сделал, ко мне, наконец, подошёл Сережа.
— Ну, почему ты так долго? — недовольно прошипел я, глядя на него с высока.
— Да там кое-что произошло, — отмахнулся он, словно уклоняясь от ответа, — неважно, пошли уже.