Я одержим твоим запястьем[Закончен]

Юнги, откидываясь на спинку кресла, глубоко вздыхает. Смотрит на пустую кружку у клавиатуры. Потом на экран. Снова на кружку. Голова побаливает где-то внутри, в самом центре. Глаза неприятно жжёт. Нужно немного отвлечься, он просидел за компьютером почти пять часов, пытаясь подобрать нужные звуки для проекта, над которым работает. Ноги и задница затекли, хочется поприседать и что-нибудь съесть.

Когда Мин направляется в столовую, где обнаруживает Джин-хёна, который сидит за ноутбуком, быстро клацая по клавишам, то порядком удивляется. Он видит старшего никуда не торопящимся и ничего не сбивающим впервые за последние дни.

— Почему ты работаешь не у себя? — Мимоходом спрашивает Юнги, открывая холодильник.

— Не могу там сосредоточиться, — пожимает старший плечами, увлечённый какой-то работой.

Мин про себя отмечает, что есть, оказывается, совсем и не хочется ведь. Тогда зачем хотелось выйти? Потому что, как бы ни было тяжело это признать, хочется увидеть Чимина. Они не пересекались утром. И в обед тоже. Сам он спал, принял душ, перекусил, а потом засел за работу. Общежитие пустовало весь день. Непреодолимое желание посмотреть на Пака такое странное, что Мин вдруг почувствовал себя полным придурком.

— А Чимин где? — Спросив это как бы между прочим, Юнги достал с дверки бутылку с прохладной водой, откупоривая крышку.

— Не знаю, собрался и ушёл куда-то, — отвечает Джин, одарив Мина секундным взглядом.

— Куда?

— Понятия не имею, говорю же.

— Мм.

— А что?

— Ничего.

Отправившись в комнату, Юнги плюхается на кровать и думает, что же с ним не так. Так сильно хочется знать, где сейчас Чимин, что аж подгорает. Зудит. Чешется. Это бесит, и старший пытается понять, почему. Но невольно рука лезет в карман и достаёт телефон. Пальцы сами тыкают по сенсору, лезут туда, куда не нужно, открывая диалог с Паком.

Он пуст.

Пак Чимин онлайн.

Привет. Где ты? 

Мин замахивается и шлёпает себя по лбу ладонью, опрокидывая телефон на грудь и топя затылок в подушке. Хочется заскулить от безысходности. Он не понимает, зачем вообще пишет Чимину, потому что никогда в жизни ещё не делал этого. Хочется кого-нибудь запинать. Желательно себя. Ответ приходит, и телефон вибрирует на груди старшего. Мин не спешит проверять, потому что самое лучшее — это когда знаешь, что должно произойти что-то хорошее. Например, что твоя страна победила в Олимпиаде или что на Рождество тебе подарят то, что ты хочешь. Хреново, если ты знаешь, что должны произойти не очень приятные вещи. Например, что нужно идти к зубному или переезжать. Но Юнги думает, что ещё хуже — это когда не знаешь, что именно должно случиться: плохое или хорошее? Что ответил ему Пак? А может там вообще что-то типа «пользователь добавил вас в чёрный список»?

Непонимание самого себя жутко бесит. Мин просто устал, устал находиться в постоянном недоумении и не знать почему он чувствует то, что не должен чувствовать ни здесь, ни где-то в параллельной вселенной. Устал пытаться что-то менять, но не знать, что именно. Это нужно исправлять, иначе он больше не вынесет. Ничего не получается: от написания музыки до заваривания кофе. Из рук всё валится, в голове — каша.

Привет. В кафе

Прочитав короткую фразу (короче и не придумаешь), Юнги злится. Он не имеет права злиться, ведь Пак может ходить куда угодно, с кем угодно и зачем угодно. И оповещать об этом Мина он просто-напросто не обязан. Особенно после того, как Юнги оставил его на холодном крыльце, когда тот просил остаться. После того, как наплевал на него не один раз. После того, как положил на все чувства Пак Чимина большой хер. После всего, что Юнги сделал — Чимин ничего не должен.

С кем? 

Ответ приходит практически через секунду.

С Тэмин-хёном

Юнги вообще редко злится. Он просто сам по себе хмурый и угрюмый, вот такой человек. Он использует это, чтобы не подпускать людей слишком близко. Но чтобы злиться до вздувающихся вен и дёргающегося глаза — нет, крайне редко. Злость всегда лишает Мина разума. Обычно он не умеет вспыхивать таким огненным гневом, его злость и ненависть всегда остаются холодными, промораживающими его самого насквозь. Но это — невозможно было контролировать.

Юнги не мог этого стерпеть. Он, если честно, даже не пытался сопротивляться охватившему его гневу.

В каком кафе?

Какая тебе разница? 

Чимин, в каком ты кафе?

Юнги сжимает в руках телефон настолько сильно, что пальцы белеют, а экран готов вот-вот пустить по себе трещину. Стискивает зубы, играет скулами. Внутри происходит что-то нереальное. Всё трясётся и дребезжит. Юнги не замечает, как пальцы начинают дрожать. Его просто перекашивает от злости. Выворачивает. Не сдерживаясь, Мин подскакивает с кровати и хватает из шкафа первую куртку, что попалась на глаза. Наскоро напяливает на себя, слыша вибрацию телефона. Плевать, если Чимин не скажет адрес. Плевать, что Юнги будет выглядеть глупо. Плевать, плевать и снова плевать. Юнги будет ездить по всем кафе в Сеуле, пока не отыщет его. Не схватит за руку и не притащит домой.

Зачем? Потому что так нужно.