Глава 37. Сын-подкидышь.
На кухню заходит Артём и молча смотрит на меня.
Прямо в душу. Как следователь на допросе.
Я сразу напрягаюсь.
— а ты чё так смотришь? только не говори что я тебе вчера что-то говорила.
Он медленно кивает.
— говорила.
Я закрываю глаза.
— бляяяя…
Глеб, стоящий у раковины, довольно ухмыляется:
— ты ему вчера заливала что он твой сын и у него твои глаза.
— я тебя ненавижу, — шепчу я.
Артём, не отрывая взгляда, добавляет:
— да и когда я сказал что у меня голубые глаза, а у тебя почти чёрные… ты начала оправдывать что у нас взгляд один.
Я чувствую, как лицо начинает гореть.
— нет… нет… я так не могла…
— могла, — спокойно добивает он. — а потом решила не мелочиться и сказала что я подкидыш.
На кухне на секунду повисает тишина.
Олег первый не выдерживает и начинает ржать. Громко. Без шансов остановиться.
— а вы здесь откуда?
—пришли на разборки, — ответил радостно Олег.
Я медленно опускаюсь на стул.
— пристрелите меня.
— поздно, — хмыкает Глеб. — ты уже мать-героиня.
— я вас всех прокляну.
Адель пытается не смеяться, но по лицу видно — ей тяжело держаться.
— ты ещё сказала… — начинает она.
— нет, — резко поднимаю руку.
— всё. хватит. я не выдержу больше информации.
— ты сказала, — всё равно заканчивает она, — что если кто-то его обидит, ты их лично закопаешь.
Я утыкаюсь лбом в стол.
— я ебанутая.
— это мы уже поняли, — спокойно говорит Рома.
Я поднимаю голову и смотрю на него.
Он стоит чуть в стороне, облокотившись о стену. Не смеётся. Просто наблюдает.
И от этого становится вдвойне неловко.
— ты чего молчишь? — спрашиваю я.
— думаю, — отвечает он.
— о чём?
— как ты вообще дожила до своего возраста.
— на злости.
Он кивает.
— логично.
Я фыркаю и тянусь за ашкой. Затягиваюсь, выдыхаю в сторону окна.
Руки всё ещё немного трясёт. Не от никотина — от стыда.
— слушайте… — говорю тише. — если я вчера перегнула…
— перегнула, — одновременно говорят Глеб и Артём.
— заткнитесь.
Я смотрю на девочек.
— я серьёзно.
Диана пожимает плечами.
— ты была в ахуе. Это объяснимо.
Лантана кивает:
— мы бы на твоём месте вообще дом подожгли.
— не давай ей идеи, — бурчит Олег.
Я тихо усмехаюсь.
— спасибо за поддержку, конечно.
На кухне становится чуть спокойнее. Разговоры затихают. Каждый будто переваривает вчерашний пиздец по-своему.
Я смотрю на них.
И впервые за всё время чувствую не угрозу.
А странное… принятие.
Как будто они уже вписали меня в эту реальность. Со всеми косяками. С истериками. С зависимостями. С дурной головой.
Я отвожу взгляд.
— всё равно позор.
— зато весёлый, — говорит Артём.
Я кидаю в него салфетку.
Он ловит.
И впервые улыбается нормально, без напряжения.
И от этого внутри что-то щёлкает.
Не страшно.
Просто… тихо.
Как перед бурей, которая на этот раз решила меня не трогать.
***
в самом деле, умираю, что же до свидание мир.