Пролог
ПАДАЖЖИ: Здесь опубликован сырой и недоработанный вариант книги, и после завершения работы над третьей, эта будет подвержена значительным изменениям и улучшениям как и в плане сюжета, так и авторского слога. Советую дождаться отредактированной версии, и, если любопытно, заглянуть в мой тгк https://t.me/upakovkazefirok - Там много всего интересного
Солнце постепенно двигалось за горизонт. Над небольшим, ничем не примечательным городом сгущались облака. На улицах было пусто, лишь редкие машины порой проезжали по дороге, поднимая за собой облака пыли.
На краю постепенно засыпающего и затихающего города, со стороны леса послышались перепуганные крики птиц, опрометью взметнувшихся в небо огромной стаей. Они черными пятнышками пролетели по воздуху и скрылись где-то за густыми облаками. И только птицы стали свидетелями необычного происшествия.
Из леса выскочила изящная черная пантера с яркими зелеными глазами, неся в зубах плетеную корзинку с двумя младенцами. Дети лениво посапывали во сне, иногда хватая животное за короткие усы. Пантера, наконец, покинув густой лес, с нежностью посмотрела на младенцев и, чтобы лучше их рассмотреть, аккуратно поставила корзинку на землю. Дети были милыми. И такими крошечными...
Убедившись, что за время пробежки по лесу младенцы не получили никаких ранений, пантера взглянула на город, видневшийся совсем близко. Были видны серые, небольшие дома, построенные длинными рядами, далекие вершины многоэтажных зданий, исчезающих в вечернем тумане, свет зажигающихся фонарей, блеск и мигание быстро проносящихся фар. Город уходил вдаль, занимая собой равнину и слегка холмистую местность, возле которой расположился густой лес. Чем дальше от него, тем выше казались дома и тем оживленнее становились улицы, будто всеми силами избегая соседства с жителями лесной обители.
Пантера смотрела на город, испытывая смешанные чувства. Но ярче всего ощущалась грусть, ведь ей предстояло оставить детей здесь, в этом странном и мрачном месте. Одно все же радовало. Здесь их искать точно не станут, здесь они в безопасности. По крайней мере, до какого-то времени.
Пантера поправила на обоих младенцах одеяльца, осторожно подцепив их когтем. Зверь бережно лизнул обоих в лоб и двинулся в сторону города, держа в пасти ручку корзинки. В голове пантеры роилось множество тревожных мыслей, но она старалась отгонять их, как могла. Зверь вышел к пустой улице, в которой постепенно начинали зажигаться высокие фонари. Вдоль улиц тянулись линии электропередач, словно паутина, охватившая весь город, чье предназначение пантере было малоизвестно. Все дома были похожи: на многих выцвела краска, на некоторых были видны следы пожаров, заборы были местами выбиты. Это место не было похоже на благополучный район, что стало еще одним поводом для сомнений у пантеры. Она снова огляделась, в поисках того дома, который был нужен именно этим младенцам.
Внезапно тело пантеры начало стремительно уменьшаться, конечности становится короче, кончики ушей острее, и сам вид зверя стал менее угрожающим. Возле корзинки стоял уже не грозный хищник, а чёрный кот, вроде тех, что часто могли встретиться и в обычных городах.
Зверек неторопливо взобрался на крыльцо дома, который, как он полагал, и был тем самым, о котором говорили родители младенцев. Возле двери висела табличка, и, прочитав ее, кот убедился, что это детский дом. Со стороны здание выглядело не слишком обнадеживающе. Бледная краска выцвела и стала напоминать серый цвет, чем некогда воодушевляющий голубой. Некоторые окна были поцарапаны, а на одно из них открывающему вид с чердака, и вовсе было видно отверстие, от которого тянулись трещины, будто в окно бросили камнем. Задний дворик был более ухоженным. В нем стояли красные качели, клумбы с маленькими цветочками и беседка, раскрашенная в несколько хаотично подобранных цветов.
Судя по всему, этот дом многие обходили стороной, и он не пользовался особой популярностью. Впрочем, это было даже хорошо. Кот всегда мог приглядывать за детьми, пока не придет время и пока в их родном месте все не уляжется.
Кот приподнялся на задние лапы и заглянул в окно. С его ростом, он почти не сумел ничего рассмотреть, кроме светло-бежевых обоев. К его большому счастью, внутри дом выглядел более прилично. Обернувшись на корзинку с детьми, зверёк скакнул к ним. Они лениво переворачивались в ней, совсем не подозревая о том, что их ждёт и какое насыщенное будущее для них заготовлено. Смогут ли они, после долгой жизни на Земле принять все то, что узнают, вероятно, всего за несколько дней? И сможет ли кот все им объяснить, когда придет время? Этим детям вообще тут не место, но, по крайней мере, они будут здесь в безопасности, а к тому времени, если оно придет, они будут готовы.
Кот замер, вслушавшись в невероятное тихое сопение хрупких младенцев. Усы его дернулись от неожиданного порыва ветра и, вновь убедившись, что с детьми все в порядке, подтащил корзинку ближе к крыльцу и приблизился к двери. Внутри дома слышалось жужжание далеких разговоров, но даже в этой неразборчивой болтовне слышались нотки беспокойства.
Кот медлил. В его груди бешено стучало сердце, ведь он боялся, что, постучав в дверь, он сделает роковую ошибку. Ему всем сердцем хотелось оставить этих детей где угодно, но не здесь, не на Земле, но только тут они были в безопасности и только тут кот мог быть уверен, что они никуда не исчезнут.
Кот глубоко вздохнул, стараясь унять колотящееся сердце. Когда зверёк все же смог справится с нарастающим чувством тревоги, он поднялся на задние лапы и со всей силы ударил по двери. Разговоры в доме затихли, и кот, в пару скачков преодолев расстояние до земли, шмыгнул в ближайшие кусты, с беспокойством поглядывая на корзинку.
Двери детского дома открылась и на крыльцо вышла няня – высокая девушка, лет двадцати на вид, со светлыми кудрями и серо-голубыми глазами. Она прикрыла за собой дверь и оглянулась. Стало заметно темнеть, и лишь тусклые фонари освещали улицу.
– Что за шутки? – проворчала девушка и спустилась на пару ступенек ниже, стараясь разглядеть того, кто стучал в дверь. Она показалась коту знакомой, но он не придал этому особого значения.
Наконец, свет фонаря позволил няне разглядеть корзинку. Она широко распахнула глаза, проверяя не мерещится ли ей это.
– Эй! – крикнула она – Кто их здесь оставил? Объяснитесь что ли!
Никто не ответил. Не дождавшись отклика, девушка смиренно склонилась над корзинкой. Дети вертелись в одеяльцах, нелепо дергая ручками и поглядывая на девушку большими, полураскрытыми глазами. Девушка усмехнулась, и ее взгляд упал на кусты, где сидел кот. Он почувствовал, будто она смотрела точно на него и содрогнулся.
Девушка снова взглянула на детей и поднесла корзинку ближе к свету, благодаря чему заметила на ней выцарапанные надписи: «Джес» и «Жасмин».
Девушка долго разглядывала их, а затем взяла на руки мальчика, но продолжала с недоверием смотреть на девочку. Кот сразу забеспокоился. Не оставит же она ее здесь? Девушка хотела было зайти в дом, но услышала, как девочка заплакала. Няня бросила на нее взгляд, полный сочувствия и смятения. Девушка не знала, как лучше поступить, но чувствовала, что этой девочке здесь быть не стоило. Но няня просто не могла оставить ее на улице, чувствуя, как с наступлением темноты начинало холодать. Няня не знала, пожалеет об этом, или нет, но она взяла корзинку с девочкой и только после этого зашла в детский дом, заперев за собой дверь.
Кот облегченно вздохнул. Теперь он мог уходить, его задача была выполнена. С этого момента забота об этих детях легла на плечи няни. Кот не мог вспомнить, где ее видел, но знал, что ей можно верить. Одно все же не давало ему покоя: почему же она не сразу взяла девочку?
Зверёк ещё раз взглянул на окно, стараясь проследить за тем, как чувствуют себя младенцы, оказавшись за дверьми. Но вновь, кроме стен и мелькнувших на них теней, он ничего не смог рассмотреть.
Кот сделал неуверенный шаг назад, а затем развернулся в сторону дороги, которая должна была вновь привести его в лес. Поморщившись от брызнувшего в глаза света фонаря, кот пересёк улочку и вышел к тропинке. Преодолев кусты, которые прежде, в обличии пантеры, казались ему небольшими, стали целыми зарослями. Теперь нужды в том, чтобы вновь становится большим зверем больше не было, ведь более груз нести не полагалось. Это замечание заставило вспомнить об оставленных в детском доме младенцах, отчего в груди ощутимо кольнуло.
Кот вышел к опушке леса и ускорился. Он быстро и изящно пронёсся по траве, притормозив лишь у самого леса. Зверёк встряхнулся и остановился из-за внезапно посетившей его мысли. Она заставила его сердце забиться еще чаще, чем во время бега. А что, если дело было не в няне, и не в ее приоритетах, а... в самом ребенке?..