Разговор
Солнечный лучик медленно перемещался по стене, за окном весело щебетали птицы. Василиса проснулась и осторожно приоткрыла глаза. Яркий солнечный свет поспособствовал появлению звёздочек в глазах и приятному потягиванию, а ещё появлению милой улыбки на губах. Девушка не сразу вспомнила, где она находится и как сюда попала, но память услужливо подкинула воспоминания вчерашней давности. Она в квартире у Фэша, своего учителя физкультуры. За последние два дня произошло слишком много всего. Как будто не пара дней, а целая вечность.
Сквозь свои мысли Василиса услышала, как открывается дверь в её комнату, и поспешила закрыть глаза, притворяясь спящей. А сделала она так уже по привычке. Это уже было похоже на игру. Что-то вроде проверки актёрского мастерства. Поймают или нет?
Девушка почувствовала взгляд Фэша на себе и не смогла сдержать улыбки. Да, не быть ей актрисой. Она тут же постаралась спрятаться лицо в подушку, чем и выдала себя. Девушка не знала как вести себя теперь с ним. Что он ей скажет о вчерашнем случае? Что вообще думает об этом? Было слишком сложно, поэтому она продолжала упорно притворяться, надеясь на то, что Фэш не засёк её махинации, и момент разговора можно будет оттянуть.
— Я же вижу, что ты не спишь, — сказал парень, и Василиса услышала, как он улыбается.
Девушка открыла глаза и осторожно, словно боясь собеседника, взглянула на него. Но на неё смотрел улыбающийся и довольный Фэш. Он был таким милым с лохматыми волосами и в растянутой футболке, так интересно было увидеть его в домашней одежде, хотя, она не особо отличалась от физкультурной формы, но разница всё-таки была. Опустив взгляд, она смущенно улыбнулась. Ну вот, опять покраснела! Почувствовав это, Василиса чуть не взвыла. Ну надо же быть таким человеком, у которого все эмоции, мысли и чувства на лице видны.
А Фэш смотрел на неё и думал какой же она всё-таки ещё ребёнок.
— Солнце моё, взгляни на меня, — сказал Фэш, усмехаясь, и осторожно приподнял голову Василисы за подбородок, заставляя встретиться с голубизной глаз, — Василис, завтрак готов.
Сказал учитель чуть серьезнее. Василиса кивнула и отвела взгляд, но её глаза тут же расширились в немом восторге. Парень обернулся, и устремил взгляд на объект, на который с таким восторгом и благоговением смотрела девушка. Он улыбнулся и, легонько тряхнув спутавшимися волосами, спросил:
— Хочешь сыграть? — парень осторожно взял стоящую в углу комнаты гитару. Обычная классическая, ничем непримечательная гитара, но дорогая сердцу. Её Фэшу родители подарили на восемнадцатилетие.
Василиса радостно кивнула и протянула руки. Он отдал ей гитару, на секунду докоснувшись до её ручки, и по телу прошелся словно электрический разряд, оставляя после себя невыносимо приятное ощущение.
Какого же было удивление Фэша, когда Василиса начала тихонько наигрывать что-то мелодичное, нежное и очень красивое. Девушка доигрывала произведение с закрытыми глазами, эмоции на её лице менялись, она как будто пропускала музыку через себя. Сыграв последний аккорд и мягко приглушив струны, она посмотрела на парня, который с замиранием сердца вслушивался в такую красивую мелодию.
— Мама научила, — сказала Василиса тихо и опустила голову. Опять вспомнились мама и папа, времена, когда они были все вместе. Так хотелось опять заплакать, плакать до тех пор, пока не станет легче. А легче не станет никогда.
Она держалась, успокаивая себя. Слишком много её слёз видел чужой человек. А чужой ли?..
Окунуться в депрессию ей не дал слишком громкий для такой тишины звук шагов Фэша, который резко поднялся и уже стоял возле двери. Он слишком быстро переменился в лице. На место спокойствию и улыбке пришла какая-то напряжённость в каждом действии. От его действий Василиса испугалась. Она уже не первый раз видит, как быстро меняется настроение Фэша, но сейчас она не могла понять, что стало поводом. «Может, он из-за меня так? Может, я что-то сказала не то?» — Василиса уже не на шутку накрутила себя. Парень остановился в дверях и, не оборачиваясь, сказал:
— Приходи на кухню.
Девушка вздрогнула от его голоса. Не было в нём тех насмешливых ноток, только сухость и безэмоциональность. На полу лежал её телефон с кучей пропущенных от отца. В девушке появилась такая злость вперемешку с обидой, что она запустила телефоном в стену, и тот, жалобно звякнув, упал на пол. Василиса быстро встала с кровати и пошла на кухню, намереваясь найти для себя объяснения поведения Фэша.
Зайдя на кухню, Василиса увидела физрука, который сидел за столом и ел яичницу. На второй тарелке, кстати, тоже была её часть. Девушка осторожно отодвинула стул и присела. Фэш даже не посмотрел на неё, он ел с таким лицом, как будто перед ним сейчас вовсе не сидит ученица, которая по непонятным причинам вчера шла по проезжей части. Пока они ели, никто не обмолвился и словом. Было слышно лишь звяканье вилок, да звук работающей кофемашины. Василиса уже доела, но продолжала сидеть, глядя в пол. Что ни говори, а Фэша она всё-таки побаивалась. Он встал, убрал тарелки и сел на всё место.
— Долго ещё молчать будешь? — задал вопрос Фэш, разрезая тишину. Василиса лишь подняла на него взгляд, не зная, что он хочет от неё услышать.
Он устало выдохнул, прикрывая глаза, и заговорил:
— Василис, послушай. Я не верю, что ты просто так вчера оказалась ночью на улице и случайно попала на проезжую часть. У всех есть проблемы, и я не исключение. У кого-то они масштабные, а у кого-то мизерные. Большее зависит от того, как человек воспринимает эту проблему. Не держи всё в себе, выговорись. Слёзы не помогут решить проблему. Расскажи мне, тебе же станет легче. Но я не настаиваю. Я просто хочу понять, что сподвигло молодую красивую девушку идти навстречу машинам.
Фэш замолчал, давая время Василисе подумать. Она молча смотрела на него, не видя ничего перед собой, её глаза стали словно стеклянными, и смотрела она в никуда.
— Когда умерла мама, я много плакала. Практически каждую ночь. Очень больно терять самого близкого человека. В такие моменты меня всегда успокаивал отец, он всегда был со мной. Помогал во всём. Он тоже тяжело переживал смерть мамы. Никогда не заводил себе подруг, во всяком случае, я не знала о них. А вчера… вчера я пришла домой, а отец со мной поделился наипрекраснейшей новостью, что Елена будет жить с нами, — на лице Василисы появилась горькая усмешка и, прикрыв глаза, она продолжила, — Ну, я и сказала:«Или я, или она.» Ответ был очевиден. Вот, в общем-то, всё, что вам хотелось узнать.
Девушка смогла сфокусировать взгляд и остановилась на лице Фэша. Её взгляд не выражал ничего. А Фэш молча смотрел на неё. Может, он ждал, что она заплачет. Но она не заплачет. Не сейчас. Не при нём.
— То есть ты ушла из дома? — спросил Фэш как ни в чём не бывало.
— Получается, что да, — ответила Василиса равнодушно.
— А отец знает о твоём местонахождении?
— Нет, я не хочу возвращаться домой. Там же эта Елена. И отец… Он предал маму, — жёстко сказала девушка. В её словах было столько обиды, что можно было захлебнуться.
— Ты ему могла позвонить. Да хоть сказать, что ты живая! Что тебя, твою мать, не изнасиловали и не убили где-нибудь в лесу! Чёрт возьми, Огнева! Тебе совсем плевать на отца? — казалось, что учитель уже дышал гневом. Он был зол за беспечность Василисы, а она начинала приходить в себя. Внутри неё что-то пыталось возмущаться и опровергать слова Фэша, но девушка начинала понимать, что физрук прав. Фэш уже встал и начал расхаживать по кухне, стараясь справиться с гневом.
— Да, он привёл в дом другую женщину. Да, он не говорил тебе о ней. Но, чёрт, Огнева, что ж ты сразу в крайности бросаешься! Ушла она из дома, видите-ли. Думаешь, взрослая уже? Нифига ты не взрослая. Мозгов вообще нет. Только представь, если бы я тебя не встретил, что могло бы быть. Только подумай, что чувствовал бы твой отец, если бы ему сообщили, что его дочь погибла? Сразу после одной потери другая. Огнева, хоть иногда думай головой!
Василиса была ошарашена его словами. Она действительно не подумала о чувствах отца. Девушку кольнуло чувство вины. Как сейчас отец переживает… вон, сколько пропущенных. Василиса низко опустила голову и сказала еле слышно:
— Прости…
— Мне на что твоё «прости»? Иди отцу звони. Он, наверное, места себе не находит, если ещё не объявил тебя во всероссийский розыск, — сказал Фэш, уже немного успокоившись.
— Спасибо, — девушка робко взглянула на него. Она почувствовала порыв желания обнять его. Но не знала, как он на это отреагирует. Василиса тихонько встала и осторожно подошла к нему сзади, собираясь обнять, но Фэш резко обернулся и крепко прижал девушку к себе, упершись подбородком ей в макушку.
— Дура ты, — тихо выдохнул он.
На что девушка лишь крепче прижалась к нему. Как будто он — её единственная защита и опора. От него приятно пахло одеколоном. Огнева старалась дышать медленно и глубоко, чтобы как можно чётче запомнить этот запах.
— Ну, всё-всё, хватит, — Фэш мягко отстранил ученицу от себя и посмотрел ей в глаза, — Иди звони.
Василиса медленно сделала шаг назад, всё ещё смотря в глаза Фэшу, и, поддавшись необъяснимому желанию, резко сократила расстояние между ними и осторожно поцеловала его. В один миг она испытала столько счастья, сколько не испытывала никогда в жизни. Василиса отстранилась также быстро, как и поцеловала. Вся красная, рыжая выбежала из кухни, оставив озадаченнго Фэша одного.
— Какая же ты неправильная, Огнева, — сказал он уже в пустоту.